Чтение онлайн

Тяжело вздохнув, прикрываю глаза. Мне нужно уйти из спальни и оставить ее в покое. Подождать, пока проснется, а потом шаг за шагом исправить то, что натворил. Вернуть ей украденную жизнь. Я знаю, с чего начать. У меня есть подозрения, кто разгромил квартиру и устроил отчисление Таи из консерватории. От того, что это сделал не я, не легче. Ведь собирался, два этих пункта значились в моем списке.

Сначала я не успел их выполнить, а потом передумал. Отказался от всех замыслов, когда поговорил с личным водителем отца. Давно пора было выяснить правду об его отношениях с любовницей. И ею оказалась вовсе не Тая, а ее мать. Она взяла на себя чужую вину. Кто так делает? Кто настолько жертвенен, что готов терпеть любые издевательства ради родного человека?

На это способна лишь самая чистая душа. Которую я запятнал своей грязью, сломал…

И неважно, что отказался от планов мести.

Кто-то их воплотил в жизнь. У Таи слишком много врагов. При всей невинности и порядочности у нее поразительная способность вляпываться в неприятности и привлекать к себе плохих людей. Имея неограниченный запас денег, эти люди думают, что могут портить другим жизнь. Мама. Я не знаю, что с ней делать. Уверен, что это она уничтожила жилье Таи, она вполне могла бы и отправить фото выступления в консерваторию. Или это сделали сучки из труппы, жадные завистливые шлюхи. Мысли крутятся вокруг того, как исправить ситуацию. А руки так и тянутся к Тае. Они не поддаются контролю.

Невесомо касаюсь губ, слегка приоткрытых, влажных, сочных, наверняка не знающих поцелуев. Внутри разливается потоком необоснованная ревность ко всем тем полудуркам, которые могли коснуться ее своими слюнявыми губами. Почему-то мне кажется, что их было от силы два, вместе с ее долбанутым мужем. С ним тоже предстоит разобраться. Он первый в очереди. В том числе из-за предпринятой им попытки насилия понимаю, что Тае будут неприятны любые прикосновения. Теперь она изранена. Нужно время, чтобы оправиться. Я дам ей его. Сколько угодно. Она заслужила.

Пусть желание скручивает внутренности узлами и поджигает кровь, но придется терпеливо ждать, пока моя невинная девочка успокоится и оттает. Правда, она ни в какой степени не моя, разве что в мечтах. Но раз уж не сбежала, когда давались все шансы, не могу от нее отказаться. Мне и так пришлось наступить себе на горло, когда отпускал ее. Сжать до боли зубы, призвав на помощь все свои самые лучшие моральные качества, чтобы освободить.

Но она осталась. И я так и не знал почему. Дико хотел выяснить, в надежде, что у меня есть шанс на завоевание этой недотроги.

Конечно, между нами так много всего неправильного. Никто не примет наши отношения. Наши гипотетические отношения.

Стоит только вспомнить безумный взгляд матери на Таю в свадебном платье. Сам не понимаю, почему подтвердил нелепое предположение, что она моя жена. Это было порывом, инстинктивным желанием защитить честь Таи. Ведь если бы мать узнала правду и присовокупила быстрое замужество любовницы отца к другим ее грехам, никогда бы Тае не отмыться.

А я все же надеюсь, глубоко в душе, что когда-нибудь наши отношения с Таей примут близкие, и мне уже сейчас нужно очищать ее честь в глазах матери. И статус моей жены поможет в первую очередь.

По крайней мере, так я размышлял, пытаясь понять, зачем бросился на амбразуру.

Снова возвращаюсь к созерцанию спящей принцессы. Никогда не устану смотреть на ее. Такие длинные ресницы, такие красивые дуги бровей, изящные скулы… Она совершенна. Картину портят только обрубленные неровные кончики волос. Пропускаю их сквозь пальцы, концентрируясь на своих ощущениях. Шелк, чистый шелк, целую их, потому что не смею касаться губ Таи, опасаясь ее разбудить.

Надо будет пригласить знакомую визажистку. Пусть сделает Тае красивую прическу, макияж. Женщины так любят прихорашиваться. Я куплю Тае столько нарядов, сколько она захочет. Если захочет. Она не из тех, кого купишь шмотками и драгоценностями. Я не думаю, что ее в принципе можно купить.

Отец тоже вряд ли поймет, если скажу о чувствах к Тае. Вообще не представляю, как отреагирует. Мне казалось, что знаю его, но измена матери открыла родителя с совершенно другой стороны. И самое ужасное, что нам не удалось поговорить. Сначала я настолько был разъярен выяснившейся правдой, что не навещал отца в больнице.

Намеренно делал ему больно, несмотря на то, что у меня могло и не быть потом шанса поговорить с ним.

Просто игнорировал чувство вины, сыновний долг. Благо было кому навещать. Ромка приехал в Россию, чтобы увезти отца на лечение за границу. Мы смачно поссорились по телефону, потому что он, в отличие от меня и матери, отбросил всё ненужное, оставив только заботу об отце. Мы разосрались вконец.

И это добавляло градуса напряжения в нашей семье. В итоге я добился того, что отец уже сам не хотел меня видеть, наверняка считая беспринципным равнодушным щенком. Того же мнения придерживался брат. А Тая еще спрашивает, как отец…

Сижу и жду каждый день, как мне сообщат о том, что на похороны нужно ехать… И буду потом до конца жизни жалеть, что вел себя как последний мудак и не попрощался с отцом…

Понимаю, что, если бы не напряженные отношения с отцом, не стал бы так срываться на девчонке, будь она хоть сто раз его любовницей. Именно вся ситуация целиком привела меня в такое бешенство и заставила пойти на поступки, вспоминать о которых откровенно стыдно. Стыд терзал меня, острыми когтями разрывал нутро, но мои теперешние мучения — ничто по сравнению с теми, что вынесла по моей вине Тая.

Последний взгляд на ее умиротворенное лицо, и поднимаюсь с постели, чтобы отправиться под холодный душ и кое-как унять нереальное возбуждение в паху. Не имею права хотеть ее, но хочу безумно, до боли, до искр из глаз. Не имею права рассчитывать на благосклонность — по многим причинам. Но, мать твою, уже распланировал соблазнение. Придется потерпеть, взять эмоции под железный контроль, но в итоге я уломаю тебя, сладкая невинная недотрога.

— Как она? — поинтересовался у Арсения, добравшись наконец до телефона. — Мне стоит приезжать?

Голос личного водителя матери звучал приглушенно, будто он старался не разбудить кого-то находящегося рядом. Скорее всего, подобно мне, охраняет покой дорогой ему женщины.

— Не думаю, что ты чем-то тут поможешь. Она слишком нестабильна, а твое вчерашнее появление… В общем, мы с Надеждой насилу ее успокоили. Сейчас Наталья отдыхает, так что можешь заняться своими делами. Максим, я, конечно, не имею права спрашивать…