Чтение онлайн

— Он молод, он еще многому научится.

— Да, мы слышали. Так король оправдывал его поведение в Ирландии. Но Джону уже больше двадцати, и если он до сих пор не набрался ума, то теперь уж не наберется.

Гаррик был согласен со всем, что она говорила, но не собирался в этом признаваться. Пока Генрих жив, Джон плетется у него в хвосте. А потом? Кто бы из принцев ни стал королем, последуют огромные перемены. Какой смысл беспокоиться о том, чего нельзя предвидеть? Пустая трата времени, которое лучше бы потратить на решение сегодняшних проблем.

Шаги королевы мигом положили конец перепалке. Все это время Алерия сидела раскрыв рот, а Коннел чуть не хохотал, глядя, как женоненавистник Гаррик вступил в словесный поединок с представительницей противоположного пола — да еще монашкой! Он с уважением посмотрел на девушку, сумевшую поставить в тупик гордого Гаррика.

Как только Элеонора уселась в свое кресло в центре комнаты, Несса осознала, до какой степени утратила здравомыслие. Она встала и обратилась к королеве:

— Завтра меня ждет долгий путь, и я чувствую, что нужно отдохнуть перед трудной дорогой. Позвольте мне уйти.

От королевы не укрылась бледность девушки, на которую не мигая смотрел Гаррик. Граф был изумлен горячностью будущей монахини. Он-то думал, что она — голубка, а у этой голубки когти сокола! Она встала на защиту своей госпожи, и ни один благородный человек не попрекнет ее за это, даже если сам он — из другого лагеря. Более того, она не хитрила, не скрывала свои истинные чувства. Женщины, которых он знал, притворились бы, что согласны с мужчиной, чтобы получше скрыть свои интриги.

Высокомерие простых смертных минует женщин, посвятивших себя Богу, но сейчас он столкнулся с женщиной, не принадлежавшей ни к миру дворцовых интриг, ни к царству холодного, отстраненного благочестия. Интерес к необычной послушнице стремительно возрастал наряду с недовольством собой. Граф злился на себя… и почему-то на нее — за то, что она ни на кого не похожа.

Алерия не вышла к утренней трапезе, не оказалось ее и в спальне. Несса хотела перед отъездом попрощаться с сестрой и пожелать ей удачи в связи с предстоящей помолвкой, но Алерии нигде не было. В Нессе нарастало нетерпение и раздражение, и, чтобы устоять перед столь недостойными чувствами, она замерла посреди коридора, разделяющего надвое верхний этаж башни королевы. Замерла и поднесла к губам сложенные вместе ладони — этот жест заменял ей другие проявления нервозности. Сделав глубокий вздох, она помолилась о ниспослании помощи в обретении неспешности, даже хладнокровия, которое пристало слуге Господа.

Впервые Несса боялась возвращаться в аббатство. Она была бы не прочь считать свою спешку признаком готовности принять предназначение, но недремлющая совесть указала, что это скорее желание побыстрее сбежать от пугающе красивого мужчины, а вовсе не тяга к монастырской жизни с ее бесконечными повторами. Эта мысль, удручающая, но неопровержимая, украдкой пробралась в сознание, и Несса ничего не могла с ней поделать; было очевидно, что монастырская жизнь слишком уж скучна для пытливого ума. Она надеялась, что в аббатстве продолжит свое образование, но там почти не было стоящих книг, вопросы не приветствовались, а некоторые из них и вовсе считались ересью. Поиск такой же простой и однозначной веры, как у Сибиллы, послушницы в том же аббатстве, углубил ее веру, но вместе с тем в ней окрепло убеждение, что она не имеет призвания к служению Богу.

Бледный свет пасмурного дня едва сочился сквозь узкое окно в стене коридора и не мешал Нессе в ее смутных думах. Ее молитва была услышана, хотя и не в такой мере, как ей бы хотелось. Тревога о том, что будет, ушла и сменилась тревогой о том, чего не должно быть. Потом она подумала, что у нее нет выбора, а эта мысль отбросила к тому, с чего она начала… У нее окончательно пропало желание спешить в аббатство.

Заставив себя сосредоточиться на ближайших делах, Несса придала лицу обыденное выражение и решительно направилась к двери, за которой можно было бы найти Алерию в самом крайнем случае. Тяжелая дубовая створка поддалась без звука, и Несса увидела сестру. Алерия стояла, сдвинув красиво очерченные брови, и у нее был вид котенка, у которого отняли сметану. Румянец на щеках только усиливал ее красоту, но Несса сразу поняла, что сестра вне себя от гнева.

— Ах, Несса!.. — И Алерия сразу же начала изливать горькие жалобы на причиненную ей обиду. — Он ужасно холодный! Насквозь холодный! — Она ткнула пальчиком на дверь, за которой стоял невидимый Нессе человек.

Молча кивнув, Несса вошла и тотчас же увидела графа. Черноволосый, в темной одежде, он стоял у окна и казался… огромным и устрашающим. Светло-серые глаза сверкали льдом, и Несса невольно поежилась под его неподвижным взглядом. Алерия же тем временем продолжала:

— Когда я сказала, что не хочу его в мужья, он не обратил на мои слова никакого внимания! Я со всей вежливостью высказала ему свое намерение, поблагодарила за честь, а он как будто не слышит — даже когда я закричала, что оказываюсь от помолвки с таким, как он! Объясни ему, что я не буду делать то, чего не хочу! — Она топнула ножкой.

Граф по-прежнему молчал. Алерия же разрыдалась и бросилась сестре на грудь.

Несса подумала о том, что страшнейший враг женской красоты — слезы — только добавил блеска такой лилии, как Алерия. Подумала — и тут же упрекнула себя за греховную мысль. Конечно, следовало отговорить сестру от бесполезного запирательства. Давно следовало внушить Алерии, что всегда найдется воля более сильная, чем женская, — воля Бога, короля или мужа. Увы, теперь поздно. Она так давно обрекла себя на то, чтобы облегчать путь Алерии, что теперь не могла отойти в сторону, хотя это означало столкновение с глыбой черного льда.

— От слез глаза опухают и краснеют, — шепнула она на ухо младшей сестре. Несса знала, что Алерия, услышав эти слова, обратится в бегство.

Алерия тут же отпрянула и пробормотала:

— Ох, милорд, прошу прощения, мне надо идти. — Покосившись на Нессу, она шепотом добавила: — Пожалуйста, заставь его понять.

Глядя на захлопнувшуюся дверь, Несса говорила себе: «Граф такой же мужчина, как и все другие, так что нужно сохранять достоинство». Возможно, она и некрасивая, зато благоразумная. Может, граф Презирает ее за внешность, но он увидит, что она способна противостоять ему. Увы, его взгляд чуть не отбросил ее назад, когда она храбро повернулась к нему.

Несса опустила глаза — она пыталась собраться с духом. Главная ее задача — облегчить путь Алерии, и она не дрогнет даже перед Ледяным Воином, который так холоден, что его не трогают ничьи чувства. Но все же он должен понять, должен проявить хоть какое-то уважение…

— Зачем так ее злить? — спросила Несса, поднимая глаза на графа.

Он невесело хохотнул:

— Она сказала мне, что решила: свадьбы не будет. Я был вынужден сказать ей, что не она принимает решения! Это король уговорил меня взять ее в жены.