Чтение онлайн

— Большое спасибо, джентльмены. Значит, я могу считать, что вы одобрили мое предложение?

Теперь даже Талиранд поднялся. При виде девицы, готовой добровольно распрощаться со своими деньгами, у него прямо-таки потекли слюнки.

— Проведем голосование? Кто за это, пусть скажет «да». Тошно было слышать, как нетерпеливый хор голосов провозгласил «да!».

— Ну, Сент-Обин, что скажете? — спросил Ратледж. — У вас есть возражения по поводу предложения мисс Раддик? Да или нет?

Сент пребывал в раздумье, решая, как поступить. Он мог бы отказать. Ему не нужно было, чтобы она повсюду совала свой нос: ведь он всеми силами старался избавиться от этого места. Эвелина придет в ярость, но уберется восвояси, а потом на всех приемах будет третировать его. И так до конца жизни. Все это, конечно, замечательно за исключением одного — никогда уже она, распростершись под ним, не будет в порыве страсти со стоном выкрикивать его имя.

Он скривил губы, глядя на предмет своего вожделения.

— Полагаю, этот маленький эксперимент будет проводиться под моим присмотром?

Довольная улыбка Эвелины слегка поувяла. Наверняка она не знает, как вести себя с мужчиной, который не падает на колени при виде ее улыбки.

— Если вы настаиваете, — уклончиво сказала она.

— Я настаиваю.

Она вздернула подбородок, яркий румянец на щеках стал еще сильнее.

— В таком случае да, мой проект будет осуществляться под вашим надзором.

Он слабо улыбнулся:

— Тогда мой ответ — «да».

— Эвелина!

Эви так и застыла на полпути к входной двери. Прежде чем она успела решить, стоит ли рисковать и ринуться к ожидающей ее коляске, Виктор преодолел последний пролет лестницы. Скрестив руки на груди, он остановился перед сестрой.

— Доброе утро, — сказала она с приветливой улыбкой.

— Я заезжал вчера к тетушке Хаутон, — раздраженно сказал ее брат. — Ты уже около недели не показывалась у нее.

— Это где…

— Ты пропустила во вторник чаепитие женщин.

— Я не собиралась…

— И я не получил от тебя внятного объяснения, почему ты согласилась танцевать вальс с Сент-Обином.

— Виктор, если позволишь…

— Ведь так обстоят дела, разве нет? — продолжал он, затем перевел дух. — До того как я вернулся из Индии, ты могла делать все» что захочешь, Эвелина. Как только меня выберут в парламент, ты сможешь вновь заниматься и покупками, и вечеринками, и всем, чем только тебе угодно. Но пока этого не произошло, пожалуйста, проявляй больше сдержанности и здравого смысла.

Она постаралась скрыть недовольство. Был явно неподходящий момент для откровенности. Напротив, наиболее разумной линией защиты она посчитала уклончивость. Эви решила отделаться объяснениями, которые придумала за последние несколько дней.

— Я не пытаюсь повредить твоей избирательной кампании, Виктор. Я думаю, из тебя получится превосходный член парламента. Но все же у меня есть собственные дела и обязательства. И если я буду пренебрегать ими, это неблагоприятно отразится на нас обоих.

— Ах… — Виктор, протянув руку над ее плечом, захлопнул дверь перед носом удивленного Лангли. — Что за «обязательства», позволь спросить?

Пропади все пропадом!

Если она ему скажет, что готовится всерьез заняться делами сиротского приюта, в котором Сент-Обин возглавляет совет попечителей, он просто посадит ее под замок.

— Леди Дэр и герцогиня Уиклифф заинтересовались идеей обучения бедняков. Они просили меня помочь.

— Тебя?

Она постаралась не обращать внимания на скептицизм, прозвучавший в его голосе, словно ему и в голову не могло прийти, что кто-то мог бы попросить ее помощи или совета, если бы у них был выбор.

— Да, меня. Я ведь помогаю тебе, если не забыл.

— Это мы еще посмотрим. А вальс с Сент-Обином?

— Он пригласил. Я… боялась, что, если я откажу ему, выйдет еще больший скандал, чем если я соглашусь.

Немного помедлив, Виктор кивнул, и по выражению его лица Эви поняла, что он с ней согласен.

— Возможно, ты права. Но держись от него подальше, Эви. Не давай ему возможности снова пригласить тебя.

— Постараюсь.

Виктор подошел на шаг ближе.

— И помни, что твои «обязательства» на данный момент не главное. Ты не можешь пренебрегать своим долгом перед семьей а значит — передо мной. Мама согласилась пойти с тобой на следующее чаепитие. Мы должны удвоить наши усилия. Плимптон охотится за голосами Алвингтонов.

— Мама пойдет?

— Она принимает мои дела близко к сердцу. И ты тоже должна, Эвелина.

— Я и так делаю все возможное, Виктор.

Прекрасно!

Теперь ей придется пойти на чаепитие и провести там весь день, выслушивая, какой замечательный у них Виктор и как их мать убеждала ее выйти замуж до того, как он вернется из Индии. Потому что теперь, когда он дома, никто уже не будет достаточно хорош для Эви. И не потому, что она так совершенна, а потому, что стандарты Виктора слишком высоки.

— Куда ты сейчас собралась? — Ее брат взял верхнюю книгу из стопки, которую она держала в руках, прежде чем Эви удалось ему помешать. — Букварь?

— Герцогиня просила меня ознакомиться с ним.

Насмешливо фыркнув, он возвратил книгу.

— Ну что ж, развлекайся. Герцог знает, что ты поддерживаешь затею его жены?

— Конечно, знает.

К счастью, лгать Виктору было совсем нетрудно. По крайней мере пока он был полностью поглощен своей избирательной кампанией.

— Тогда сообщи ему, что ты получила мое разрешение.

— Непременно.

— Ну так поторопись. Нельзя заставлять герцогиню ждать.

Маркиза де Сент-Обина тоже не следовало заставлять ждать.

Как только Виктор скрылся в своем кабинете, Эвелина поспешно выбежала из дома.

— В приют, и как можно скорее, — тихонько сказала она Филиппу.

— Очень хорошо, мисс Раддик.

Если бы не Виктор и не Сент-Обин, ей было бы гораздо легче осуществить свой проект. Один неверный шаг по отношению к любому из них — и все рухнет. Как сказала Люсинда, есть и другие приюты, и к ним Сент не имеет отношения. Среди них, вероятно, найдется хотя бы один, достаточно приличный и респектабельный, чтобы Виктор со своими политическими амбициями посчитал его приемлемым.