Чтение онлайн

Ариадна Неон – клон №11111. Конкретно имени “Ариадна Неон” на флешке я не нашел, зато нашел большее: фотографии стандартных для официальных документов форматов, начиная с момента её появления на свет восемнадцать лет назад и заканчивая текущим годом; фотографии частей её тела – в глаза врезалась знакомая татуировка в виде пяти единиц на её запястье; электронная ID-card клона. Всё в одной папке – “Избранное №1”. В соседних папках информация по Ариадне как будто преднамеренно отсутствовала. Но главное, что пролило свет на происходящее, пряталось в папке “Скрытое видеонаблюдение”. Здесь было много кадров с Ариадной на фоне знакомого мне по фотографиям из прессы здания академии-клиники Миррор, были видео её жестких тренировок в каком-то спортзале, подписанные как “Джером”. Увидев именно эти видео, я сразу же вспомнил, кто такой Джером Баркер – ветеран не нашей войны с хреновой тучей медалей на груди, известная личность, считающаяся одним из лучших боевых тренеров Швеции. Помимо него на некоторых видеозаписях я увидел знакомые лица и наконец вспомнил, где именно слышал имена Эбенезер Роудриг и Мариса Мортон – про них обоих сейчас активно пишет пресса.

То же, что я обнаружил в отдельной папке, подписанной зловещим словом “Пыточная”, окончательно ввело меня в ступор. Пять двухчасовых роликов, на которых над клонами зверски издевались люди: их притапливали в высоких бочках с водой, их жестоко избивали ногами, палками и даже цепями, их оставляли спать подвешенными на ремнях…

Кадры с запиранием клонов на целую ночь в шкафах, двери которых специально в пыточных целях утыкали остриями гвоздей внутрь, меня окончательно доконали. Потому что я видел её. В каждом кадре была Ариадна. Её, как и остальных, били, топили, топтали, подвешивали, запирали в шкафу с гвоздями, волокли по полу в бессознательном состоянии, приводили в чувства пощечинами, снова топили, били, обливали водой, топтали, подвешивали к потолку и, в конце концов, снова запирали в шкафу с гвоздями… Круг за кругом, раз за разом, день за днём, ночь за ночью…

Я не заметил того, что мои руки впервые в жизни задрожали от напряжения, хотя мог бы это заметить, потому как открыть текстовый файл, найденный на дне папки, у меня получилось только со второй попытки. Открыв его, я начал читать отрывки: “Медицинский контроль во время пыток… Клон №11111 успешно пережила обморок после притапливания… Не захлебнулась… Все органы продолжают функционировать в норме… Клон №11111 начала мочиться кровью… Пометка: перестать бить по почкам…”, – и таких пометок ровно на четырнадцать дней! Две недели пыток! Она пережила две грёбаные недели пыток! Что она чувствует?! Как она с этим живёт?!..

Перед моими глазами вдруг всплыл составленный определённо её рукой Чёрный Список Бездушных. Может ли её целью быть отмщение?.. Безусловно. И в таком случае получается, что я живу под одной крышей с истерзанным клоном, который не просто жаждет отмщения – у неё есть огнестрельное оружие и абсолютное непонимание мира, в котором она очутилась, сбежав из Миррор… Сбежала… Сбежавший клон… То, что произошло с Миррор… Голос Бабирай без спроса зазвучал в моей голове: “– Сгорели заживо… Сто семьдесят два человека, а клонов были тысячи…”. Это сделала… Она? Клон 11111? Ариадна Неон? Она убила их всех и теперь вышла на поиски чудом уцелевших после огненной зачистки микробов?..

Во входную дверь резко и очень настойчиво застучали. Вырвав флешку из ноутбука, я решил успеть вернуть её в рюкзак…

Илайя сидел напротив меня на террасе, на которую мы вынесли стол и стулья – я не заметил, как прошел целый солнечный день и как наступил тёплый вечер. В эти минуты я не слышал слов друга, потому что в голове у меня роились непростые и даже опасные вопросы: “Насколько она озлоблена? На что она способна, если уже сожгла заживо столько душ? Не приведет ли она ко мне копов? Стоит перепрятать свои тайники? Нет, тайники у меня что надо, ни один служебный пёс не подкопается…”.

– Ты вообще меня слушаешь? – Илайя хлопнул ладонью по столу, что вернуло меня в реальность текущего момента.

– Прости, что ты говорил?

– Говорил, что твоя девушка со странностями, диковатая какая-то, ты этого не заметил?

– Диковатая? Что ты имеешь в виду?

– Она как новорождённая: как будто впервые пробует вкусы, видит вещи, слышит слова.

– Она иностранка.

– Правда, что ли?

– Правда. Только не треплись об этом, хорошо?

– Понял, – мой единственный друг, за двадцать лет нашей дружбы прошедший со мной огонь и воду, тяжело вздохнул, и я отметил, что его что-то беспокоит, и также с облегчением подметил, что это “что-то” не касается Ариадны. – Я думал, что ты не заинтересован в серьёзных отношениях… С тех пор как ты приехал, Рита только на тебя и смотрит.

– Так заставь или научи её смотреть на тебя.

– Ты серьёзно? – он в одну секунду внутренне, но только внутренне, просиял.

– Она ведь тебе нравится. Так почему нет?

– Потому что ей нравишься ты.

– С моей стороны проблем не возникнет. Пробуй. Я не буду для тебя палкой в колесе, тем более в таком вопросе.

– Это хорошо, – его внутреннее “сияние” от личного счастья уже почти проступило на его лицо, но вдруг резко потухло. Пересадив Аро со стола себе на плечо, он вдруг решил продолжать говорить об Ариадне. – Когда я в первый раз увидел Ариадну, я сразу же отметил лейкопластырь на всех её пальцах, бинты, торчащие из-под рукава, синяк на оголившемся участке плеча… Ты ведь сказал, что завязал.

– Я завязал.

– Правда? Потому что выглядит так, будто ты взялся за старое едва успев сообщить мне о том, что завязал с этим всем дерьмом.

– Случайно не знаешь, Рой всё ещё мастер?

Илайя замер, его глаза вспыхнули – он окончательно пришел к мнению, что я снова в своём деле:

– Он тоже решил завязать. Сказал, что сделает ещё один-два заказа и отойдёт от этого, возможно даже уедет из Швеции вместе с женой и ребёнком. Поэтому и такса у него значительно повысилась.

– Насколько?

– К каждой отдельной бумажке плюсуй десять штук. Итого: за одну любой сложности – фиксированная двадцатка.

– Что ж, у меня найдётся сорок кусков.

– Сорок кусков? Ты отрежешь жирный кусок от своего годового бюджета. При таком раскладе тебе придётся гораздо раньше начать искать себе работу…

– Мне нужно два.

– Ты знаешь, как это работает. Предоплата в пятьдесят процентов. И гони фото.

– Не сегодня. Может быть через пару дней приду. Пока что ничего не говори Рою. Вообще никому ничего не говори.

– Понял, – друг поднялся. – Ты уверен, что это для тебя не станет фатальным? Копы сейчас землю носом роют.

– То было в пригороде Осло.

– До пригорода Осло были и другие случаи, один из которых был и на территории Швеции.

– У меня всё под контролем.

– Так значит, с Ритой ты всё для себя решил?

– Ты ведь видишь, какой образ жизни я веду. Думаешь, ей такое нужно?

– А ты думаешь, что “такое” может быть нужно Ариадне? Какой бы странной она ни казалась, она неплохая девушка, это заметила даже Бабирай. И всё равно ты не отворачиваешь от неё своего носа, как ворочаешь его от Риты.