Чтение онлайн

Оглядываю деревеньку уже совсем другим взглядом. Работы непочатый край. Занять место главы. Обратить жителей в своих верных вассалов. И создать настолько мощную тёмную армию, чтобы мир дрожал от одного её упоминания!

Преисполнившись мыслями о грядущих свершениях, я делаю знак Лейле и решительно направляюсь к большим двойным воротам. Пришла пора познакомиться с деревенскими, а им – узнать своего будущего главу и повелителя!

* * *

Знакомые Прохора Степаныча всегда отзывались о нём с большим уважением. В молодые свои годы он парень был серьёзный и ответственный, а в зрелые обзавёлся рассудительностью и немаловажной для главы деревни прозорливостью. Благодаря именно его стараниям деревня Малая Молотня до сих пор оставалась островком свободы, а её жителям раз за разом удавалось противостоять коварным планам нечистой силы захватить их святые земли. Хотя в последний раз они расстарались во всю: натравили на деревню истинную тёмную тварь.

– Про-охор! – тонёхонько раздалось из-под окна.

– Вести от охотников? Неужто живые воротилися? – всплеснула руками Прасковья, возясь в мойке с посудой. Они с мужем только что позавтракали.

– Цыц! – шикнул на супругу Прохор. – Сглазишь ещё!

Он ополоснул руки, вытер их насухо и, высунувшись в окно, гаркнул на топчущегося за калиткой мальчонку:

– Чё орёшь, окаянный! Всю скотину перепужаешь же!

– Нечисть там! Нечисть! – затараторил мальчонка, подпрыгивая на месте от нетерпения. – И охотники с ней. Пленённые. И мужик какой-то.

– Какой? Мужик? – уточнил Прохор, прищурив глаз.

Мальчонка встал как вкопанный.

– Не знаю, – ответил он тихо. Встряхнул непослушной шевелюрой и снова принялся приплясывать у ограды. – Какой-то, дядь Прохор. Большего не знаю. Митька вас звал. Чё делать не знает.

– Чё делать, чё делать, – запричитал Прохор. – Пусть войско готовит. Бить нечисть надо! Чтобы не сувалась больше.

– Кого готовить-то? Кого? Скольких посылать?..

«На смерть» мальчонка не произнёс, испугался. Хотя противопоставить нежити им было нечего. Издревле жители деревни славились земледелием, но никак не уничтожением монстров всех мастей – этому они уж после научились. Жизнь заставила.

– Всех пусть шлёт! – рявкнул Прохор. – Щас буду!

Он вернулся в дом и первым делом столкнулся со взглядом голубых женских глаз, наполненных тревогой и упрямой, неугасимой надеждой.

– Что глядишь, как телок на сиську? Собирайся! Пришёл наш черёд.

Слова Прохор произнёс злые, крепкие, но это он без злого умысла, и Прасковья не обиделась. Она взяла форму военную и перчатки толстые, кожаные. Чтобы пальцы не порезать, когда тетиву тонкую натягивать будет. Прохор нарядился в доспех. Приладил поверх заговорённый металлический нагрудник и махнул рукой в сторону двери.

Шли они молча. Говорить было не о чем. Все думы только о грядущем сражении. Сдюжат ли? Выживут?

У ворот уж собрался народ со всей деревни. Не сплоховал Митька – всех вызвал. А как иначе? Кто в деревне живёт, тот и должен её защищать. Да и некому больше. Не у королька же войско просить. Он этим войском их последние силы и раздавит.

Проследив, как Прасковья взяла под командование сходящихся у сторожки женщин, проверяя на каждой амуницию и каждой выдавая лук и колчан стрел, он поднялся на сторожевую башню.

– Ну? Что там? – спросил Прохор у своего первого помощника – Митьки, сына местного кузнеца.

– Идут, – коротко ответил высокий крепкий парень, подавая главе смотрительное устройство.

Прохор приложил к глазу небольшую трубку с магическими кристаллами внутри и чётко увидел, как по дороге к деревне шагают пятеро. И нечисть среди них. Он пригляделся. Охотники, все трое, шли медленно, понуро, шаркая ногами по земле. Люди так не ходят. Добралась-таки нечистая до них! Обратила в свои гадкие порождения!

Испустив тяжёлый вздох вперемешку с проклятьями всему роду нечистых, Прохор пошёл обратно к лестнице. И уже оттуда скомандовал Митьке:

– Как спущусь, труби атаку! По твари бить будем! Насмерть!

– А мужик?

– Какой «мужик»?

Митька молча ткнул пальцем себе за спину.

– А-а! Этот… И его насмерть! – Прохор на миг задумался, и затем без малейших сомнений подытожил: – Нормальный человек с нечистью якшаться не будет.

– Не будет, – повторил за ним Митька, повернулся к стрелкам и скомандовал: – Заряжай серебряные стрелы. Бить по всем! Никого в живых не оставлять.

* * *

Мы проходим половину пути до крепости, когда воздух прорезает звонкий сигнал горна. Из-за частокола раздаётся топот множества сапог, а затем противный скрежет колеса. Ворота медленно раскрываются. Наружу выходят воины. На каждом плотный кожаный доспех с металлическим нагрудником, а в руках небольшой круглый щит и короткий меч. На аурах мощное защитное плетение. На лицах мрачная решимость стоять насмерть.

Это ж надо, какое впечатление я произвожу! В душе аж струнка самомнения заиграла. И это я ещё демоном не обращался. Пение одинокой струнки сменяется оркестром, исполняющим реквием в мою честь.

Глупые людишки. Им же совершенно нечего бояться. Пришёл их новый владыка. Скоро я возьму управление на себя, и наступит мир и процветание.

Но я всё же сдвигаю Лейлу за спину и даю команду полу-зомбакам встать по обеим сторонам от нас. Видит Тьма, воевать я не собираюсь, но если до этого дойдёт, буду готов ко всему. Сил во мне полно, и если они не пробьют магическую защиту мечников, то это сделают мертвяки. Под ногами мрачно-решимых защитников деревеньки я таких чую больше десятка. Неупокоенные души. Останки тех, кто когда-то пытался взять эту крепость штурмом. Как только мечники ринутся в бой, я подниму любого из них для защиты.

Прикидываю объём своих немаленьких запасов Сил – да хоть всех подниму!

Мечники выходят из-за ворот один за другим и выстраиваются в шеренги по десять человек. Одна шеренга, две… И створки сходятся обратно. Это что, всё?

Я разочарован. Мою угрозу оценили всего в два десятка… И ведь даже не демонов или бесов. У тех хотя бы магия есть. А всего лишь двадцать, всего лишь человек.

Поднимаю руки вверх, чтобы обратить на себя внимание, и произношу заветные слова:

– Я пришёл с миром!