Чтение онлайн

Думай, Ранган, думай.

Если здесь есть неохраняемое подключение к сети, он может выйти в онлайн, возможно, выяснить свое местонахождение. Возможно, в качестве страховки подать сообщение…

ОС Нексус располагает возможностью выявить подключение к открытой сети. Но сейчас она не работала. Должно быть, она рухнула вчера ночью, когда они воздействовали на него транквилизатором.

[перезапуск Нексуса] – мысленно скомандовал он. В поле зрения стала прокручиваться последовательность загрузки.

[ОС Нексус 0.7, авторы Аксон и Синапс]

[Разработана на базе МодОС 8.2 коллектива разработчиков свободного программного обеспечения]

[ОС Нексус 0.7, авторы Аксон и Синапс]

[обнаружено 8 947 692 017 узлов]

[доступно 9 161 412 625 408 бит]

[интерфейс зрительной коры головного мозга 0.64… активен]

[интерфейс слуховой коры головного мозга 0.59… активен]

[…]

В его поле зрения прокручивалась все новая и новая информация – оживала операционная система, которую они перенесли на платформу нексуса. Пока она загружалась, Ранган расхаживал по камере.

На сверхсекретном объекте, расположенном возле Вашингтона, округ Колумбия, двое мужчин внимательно смотрели на настенный экран. Один из них, в костюме, был высоким, спортивного вида, с квадратной челюстью, руки заложены за спину – заместитель директора по правоохранительной деятельности Уоррен Беккер. Второй, в мятой одежде, в старомодных очках, с копной непокорных седых волос, был ученым – заместитель директора по нейробиологии Мартин Хольцман.

На экране по маленькой пустой камере расхаживал темнокожий, с обесцвеченными волосами мужчина в тюремной одежде – Ранган Шанкари.

– Я все же не думаю, что это необходимо, – сказал Хольцман.

– Мы должны знать, работает ли ваше оружие, – ответил Беккер.

Хольцман покачал головой.

– Оно работает. Мы уже видели его в работе. И много раз.

Беккер повернулся к нему, затем снова взглянул на стену, на которой находилось изображение Рангана Шанкари.

– Мартин, нам нужно знать, работает ли оно против нексуса-5. Мы ведь не знаем, какие изменения они внесли по сравнению с нексусом-3.

– Мы можем выяснить это на животных, – ответил Хольцман.

Беккер приподнял бровь.

– А если это по-разному воздействует на мышь и на человека?

Хольцман немного помолчал.

– Это опасно. Мы должны сначала провести исследования на животных, оценить степень риска, а затем попробовать на людях.

Беккер немного подумал.

– Мы не знаем, будет ли у нас еще такая возможность. Если это не работает, нам придется потратить время на доработку вашего оружия. Если оно действительно работает против нексуса-5, у нас будет больше уверенности, что оно сработает против нашей конечной цели.

Хольцман тяжело вздохнул.

– Уоррен, с этической точки зрения я не могу…

Беккер предостерегающе поднял руку. Хольцман замолчал.

– Спасибо, Мартин. Учитывая приоритеты нашей операции, я собираюсь продолжить. Я учту ваше возражение – мы это максимально сократим.

Хольцман склонил голову.

Беккер повысил голос, обращаясь к стене:

– Активировать дезинтегратор нексуса!

Ранган не мог найти сигнал – ни на одной частоте. Кажется, помещение было полностью экранировано электромагнитным полем. Проклятье! Что же теперь делать?

Жгучая боль поразила его сознание. Голова была словно охвачена огнем и грозила взорваться, в ней гремели тысячи децибел. Из уст его вырвался крик, все мышцы содрогались в конвульсиях. Ранган упал лицом вниз. В его сознании стремительно пробегали ошибки и предупреждения.

[ОШИБКА интерфейса – память недоступна]

[ОШИБКА интерфейса – память недоступна]

[ОШИБКА интерфейса – не найден сокет OXA49328A]

[ОШИБКА интерфейса – не найден сокет OXA49328B]

[ОШИБКА интерфейса – не найден сокет OXA49328C]

[ОШИБКА интерфейса – не найден сокет OXA49328D]

…И снова, и снова, и снова… тысячи строк информации о неисправимых ошибках прокручивались в его поле зрения – такого серьезного сбоя они с Кейдом еще никогда не видели.

Ранган смутно ощутил, как ударился о твердый бетонный пол. Все расплывалось в облаке боли и белого шума. Его сознание было полностью перегружено, он плавал в океане статических помех. Среди всей этой неразберихи он с трудом понимал, что с нексусом в его мозгу происходит что-то неладное. Нужно это остановить. Он может что-то сделать… что-то сделать… что-то сделать. Но что? Проклятая боль! Проклятая, проклятая, проклятая…

У него вырвался еще один крик, против его воли разрывая легкие и громовым эхом отражаясь от стен камеры. Все мысли полностью исчезли в водовороте боли и хаоса. Не осталось ничего, кроме шума, шума в его сознании.

И тут все закончилось. Боль прекратилась так же внезапно, как и началась. Прекратились статические помехи, поражавшие все его органы чувств. Вонзившееся в мозг копье испарилось. Голова болела в том месте, где ударилась об пол, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что он только что испытал.

Ранган перевел дыхание и вздрогнул. Он был весь покрыт потом, тело тряслось, дыхание было неровным. Свернувшись, он лежал на полу и трепетал.

На настенном экране было видно, как изнемогает Шанкари. Из динамиков вырывался его крик, он лежал, скрючившись, на полу, тело его билось в конвульсиях. Это продолжалось секунду, две, три, четыре…

– Достаточно! – резко произнес Хольцман.

Беккер кивнул.

– Остановить дезинтегратор! – громко сказал он.

Крики Шанкари прекратились. Мальчишка лежал на полу, свернувшись в позе эмбриона.