Чтение онлайн

Виньолс продолжал нудным голосом читать ей лекцию о доходах и расходах.

— Вам нужно подумать о том, как обеспечить себе надежное в финансовом отношении будущее.

Белинда снова зевнула. Неужели ее поверенный не понимает, что она вот-вот войдет в элиту журналистики?

— Принимая в расчет ваши текущие поступления, — добавил Виньолс, — я настоятельно рекомендую вам расходовать в неделю не больше…

Он назвал такую смехотворно маленькую цифру, что Белинда непроизвольно ахнула. Да ей этого не хватит на одну тушь для ресниц!

— Но вы забыли про мой новый оклад! — воскликнула она.

Виньолс вздохнул.

— Предлагаемая мной сумма составлена с учетом вашего нового оклада. — Он еще раз вздохнул. — Не кажется ли вам, мисс Блэк, что в последнее время… гм… ваши расходы значительно выросли? В первую очередь на одежду?

— Ну, быть может, самую малость. — Белинда решила пойти на небольшую уступку. — Но в целом я стараюсь тратить деньги как можно экономнее.

Виньолс с сомнением посмотрел на нее поверх очков, затем снова уставился на экран компьютера.

— Ваши счета в парикмахерской, мисс Блэк. Почему вы предпочитаете именно этот дорогой салон?

Белинда разложила по плечам свою блестящую черную гриву, ища в ней защиту.

— О том, чтобы делать прическу в другом месте, не может быть и речи. «Рикардо Милано» — единственный салон красоты, подключенный к «Ассошиэйтед Пресс» и «Рейтере», так что я могу надевать наушники и быть постоянно в курсе самых последних новостей.

Она предпочла не добавлять, что на самом деле никогда этим не пользуется.

— И вы по-прежнему ежедневно тратите двадцать фунтов на такси?

— Большую часть этой суммы я оформляю как накладные расходы, — отрезала Белинда. — К тому же двадцать фунтов — это сущие пустяки в сравнении с тем, что выкладывают за сезонный проездной билет те, кто ездит на работу из Суррея. Кроме того, я все равно не могу ездить в метро.

Виньолс поднял брови:

— Это еще почему?

— Но вы только представьте себе. Если я испачкаю о сиденье свою лучшую юбку от «Шанель», редакция ведь мне это не оплатит, не так ли?

— Знаете, мисс Блэк, вы должны думать об инвестициях. О пенсионных фондах. Быть может, даже о том, чтобы вкладывать деньги в недвижимость.

Белинда напрягла накаченные мышцы живота (годовой абонемент в спортивный зал 1500 фунтов). Она оставила под верхней одеждой аккуратную полоску бикини (25 фунтов каждые две недели) и упругую грудь (пока что бесплатно). Инвестиции. Пенсионные фонды. Неужели Виньолс не понимает, что все те деньги, которые она расходует на себя, направлены, хотя и косвенно, исключительно на то, чтобы обеспечить ей спокойное будущее? Что именно это — она вытянула длинную гладкую ногу (45 фунтов за сеанс массажа, один раз в месяц) и постучала длинными ухоженными ногтями (40 фунтов за визит в маникюрный салон) по упругому бедру (трижды в неделю по 50 фунтов личному тренеру) — и является для нее лучшим вложением денег? Что именно ее безупречная внешность и есть самая надежная инвестиция?

Сняв очки, Виньолс потер переносицу.

— Мисс Блэк, позвольте вам сказать, что вы живете совершенно не по средствам.

— Мистер Виньолс, позвольте вам сказать, — в бешенстве воскликнула Белинда, — что я в ближайшем будущем стану одним из самых знаменитых журналистов на Флит-стрит!

Взгляд Виньолса оставался твердым как сталь.

— Позвольте вам предложить чуть умерить свои расходы.

Белинда гневно раздула ноздри.

— Позвольте ответить, что я и так держу себя в черном теле. На чем еще я могу экономить?

Виньолс медленно вздохнул. Было видно, что ему с трудом удается сохранять спокойствие.

— Давайте попробуем получить представление относительно ваших еженедельных трат. — Прищурившись, он снова посмотрел на экран. — Начнем с самой маленькой выплаты, хорошо? Чек на сумму двенадцать долларов…

— Это домработнице, — прервала его Белинда. — Три часа по четыре фунта за час.

Виньолс поднял брови.

— Рад слышать, — с едва заметной насмешкой заявил он, — что несмотря на то, что вы разъезжаете только на такси и без колебаний выкладываете шестьсот фунтов за жакет от «Гуччи», домработнице вы платите по минимальной ставке.

Его ирония осталась не замеченной Белиндой.

— Что вы хотите сказать? — огрызнулась она. — Четыре фунта в час — это же абсолютный минимум, разве не так? Разве не так?

Час спустя Белинда открыла дверь в свою квартиру. Замечательно. После нудных нравоучений Виньолса ничто так не подойдет, как издевательства над прислугой. Как она и рассчитывала, домработница еще не ушла.

Однако собиралась. Судя по доносившимся из ванной звукам, она как раз переодевалась из рабочей одежды в уличную, — хотя разницы все равно никакой, презрительно подумала Белинда.

Так что она разбила на этот раз? Белинда злобно огляделась вокруг. На уголке красной ширмы белел крошечный скол неопределенного возраста.

— Черт возьми, что ты сделала со стеной? — торжествующе вскрикнула Белинда. — Опять ты ударила пылесосом по ширме! — Услышав донесшиеся из ванной испуганные причитания, она зловеще усмехнулась. — Если мне придется делать ремонт, расходы я вычту из твоего жалованья!

Дверь ванной распахнулась, и показалась объятая ужасом домработница.

— Ой, Белинда, извините. Я не хотел делать удар!

— Мадам Белинда, — поправила ее Белинда. — Или просто «мадам», если тебе так проще запомнить.

Она презрительно скривила губы, увидев обесцвеченные перекисью волосы, в которых с одной стороны красовалась ярко-оранжевая прядь. На прошлой неделе прядь была голубой. Белинда знала, что объяснялось это просто: дочь подруги домработницы училась на женского парикмахера. «Но когда же она наконец выучится?» — язвительно интересовалась Белинда.

— Тебе не кажется, что от твоей прически попахивает… как бы это сказать… Восточным блоком? — проворковала она, одарив домработницу ослепительной улыбкой. — Такое ощущение, что их выстирали в отбеливателе. Знаешь, у нас в Лондоне такие волосы не носят. Почему бы тебе не сходить в «Рикардо Милано»? Там очень приемлемые цены. — Белинда порылась в своей сумочке. — Кажется, у меня завалялся прейскурант. Вот.