Чтение онлайн

Из носа Кинтея тонкой струйкой вытекала кровь. Глаза были злыми и совершенно пустыми. Казалось, что он прикладывает неимоверные усилия, пытаясь удержать пистолет в вытянутой руке. Так и не успев нажать на курок, террорист споткнулся о мраморную ступеньку и с глухим стуком повалился на вымощенный булыжниками двор.

К этому времени все, находившиеся в доме, уже высыпали на веранду. Чарльз сделал шаг по направлению к Кинтею и тут услышал пронзительный крик Аниты:

— Чарльз! Не подходи к нему!

Но он все же нагнулся и хладнокровно вынут пистолет из разжатых пальцев бандита. Потом приподнял веки главаря террористов и заглянул в его пустые бессмысленные глаза.

— Он потерял сознание. Анита, я присмотрю здесь за ним, его оружие уже у меня. А ты позови Джорджа Стоуна, пусть он поможет перетащить его в дом.

— Но ведь он собирался ЗАСТРЕЛИТЬ нас! — завизжала Софи Харрис, все еще не решаясь выйти из-за колонны.

— К-кто он? — заикаясь от страха спросила Джоан Берман. — Солдат?

— Террорист, — коротко ответил Чарльз. — Он называет себя «генерал Кинтей».

— Не может быть! — ужаснулся Сэнфорд Берман. — Я вчера смотрел про него новости по телевизору. Это же главарь Зеленой бригады! Они ограбили банк в Нью-Йорке и потребовали, чтобы их отправили самолетом на Кубу.

— Совершенно верно, — подтвердил Чарльз. — Я тоже следил за событиями. Наверное, их самолет потерпел катастрофу где-то в этих местах. Анита, позови Джорджа. Надо поскорее затащить его в дом. Сначала окажем Кинтею посильную медицинскую помощь, а потом передадим его полиции.

— Я могу вам помочь, — предложил Марк Пирсон.

— Он очень тяжелый, — отозвался Чарльз. — Боюсь, что нам и вдвоем не справиться. Подождем Джорджа и тогда попробуем.

Андри Уорнак, молчавшая до сих пор, вдруг заговорила с перекошенным от страха лицом:

— Гарви!.. — Ее голос дрожал. — Он же ушел гулять…

Чарльз проверил пистолет Кинтея.

— Возможно, с ним все в порядке, — сказал он, хотя в голосе его не чувствовалось особой уверенности. — Из этого пистолета еще не стреляли.

— Я тоже не слышал никаких выстрелов, — подтвердил Сэнфорд Берман.

— Но… если я вас правильно поняла, то поблизости могут быть и другие террористы, — едва слышно произнесла Андри.

С кухни примчался Джордж Стоун и вместе с Чарльзом они приподняли Кинтея за руки, а Марк Пирсон и Сэнфорд Берман ухватили террориста за ноги.

— Осторожнее, Марк, — волновалась Хитэр, вслед за остальными женщинами входя в дом.

Бен Харрис держал входную дверь открытой, и наконец четверо мужчин внесли Кинтея наверх по ступенькам веранды.

В эти минуты полковник Мао, медленно ковылявшая мимо дома, неожиданно заметила, что ее любовника «взяли в плен». Не раздумывая ни секунды, она открыла огонь, даже не соображая, что может убить именно того, кого пыталась таким безумным образом спасти. Но она действовала настолько неуклюже и медленно, что в результате ее выстрелы не причинили никому никакого вреда. Правда, несколько пуль все же попало в мраморные колонны, и мужчины ускорили шаг, скрываясь за тяжелой дверью усадьбы.

Рядом с Мао появились еще двое террористов и, следуя ее примеру, начали беспорядочно стрелять по стенам и окнам дома, вышибая из фасада куски кирпичей, штукатурки и мрамора.

— Всем лечь на пол! Никому не вставать! — приказал Чарльз Уолш, под свист пуль закрывая дверь на засов. Джоан Берман не могла пошевелиться от ужаса, тогда Чарльз с силой схватил ее за руку и швырнул за диван. Все остальные, пригнувшись, искали убежище. Марк Пирсон накрыл собой Хитэр, рискуя при этом своей собственной жизнью. Анита вытянула руку и дотронулась до пальцев Чарльза, показав таким образом, что она цела и невредима. Увидев ее, неподвижно и беспомощно лежащую на полу, Чарльз почувствовал, что у него обрывается сердце. Сейчас же, ощутив ее прикосновение, он немного успокоился и крикнул:

— Мередит! Бренда! Запирайте все окна и двери!

Пригнувшись как можно ниже, он торопливо выбрался из гостиной, собираясь по возможности обезопасить и другие комнаты.

Съежившись на полу от страха, Сэнфорд Берман наблюдал, как Чарльз, ловко изгибаясь, проползает мимо него, подобно заправскому солдату на полосе препятствий, которому нужно пролезть под колючей проволокой. Сам же Сэнфорд от ужаса не мог и пошевелиться. Ему казалось, что даже если бы он был абсолютно уверен, что в то место, где он сейчас лежит, вот-вот попадет пуля, то и тогда он не смог бы предпринять ничего для своего спасения. Когда Чарльз по-пластунски покинул гостиную, Сэнфорду открылось нечто, чего раньше он каким-то образом не замечал, а именно — старинный сервант, уставленный бутылками со спиртным. Вот что ему было просто необходимо сейчас. Вино манило Бермана как никогда. Но он знал, что если сдвинется с места, то первая же пуля попадет в него. А если нет, то тогда его убьет вино.

Обстрел усадьбы продолжался, время от времени слышался звон бьющегося стекла, от стен отлетали куски штукатурки, образуя в воздухе маленькие облачка пыли. Бесценные предметы старины — вазы, сервизы, хрусталь — все разлеталось вдребезги.

Джоан Берман и Софи Харрис горько плакали.

Сэнфорд Берман медленно протянул руку к серванту со спиртным, но нечеловеческими усилием воли заставил себя отдернуть ее.

В это время Кинтей пришел наконец в себя и начал выкрикивать какую-то бессмыслицу насчет «фашистских зверей» и «истребления свиней». Марк Пирсон и Джордж Стоун с трудом удерживали его, а потом связали ему руки и ноги при помощи его же собственных нейлоновых шнурков. Собрав все свои силы, Кинтей завопил:

— Фашисты! Свиньи! Сгорите в огне свободы!!!

Его бредовые выкрики, очевидно, вдохновили полоумных террористов, и стрельба усилилась.

Это было последней каплей терпения для Сэнфорда Бермана. Больше он выдержать не мог. Он широко распахнул дверцы серванта и выхватил бутылку бурбонского виски, поднес ее поближе к лицу и с восхищением посмотрел на янтарную жидкость и искусно оформленную этикетку в старинном стиле. Сэнфорд уговаривал себя не делать этого, потом даже произнес несколько дежурных заклинаний и молитв, сочиненных специально для лечащихся алкоголиков. Но одно дело — хором давать обещания не прикасаться к спиртному, сидя в уютном кабинете на заседании Анонимных Алкоголиков, и совсем другое — слышать рядом с собой свист пуль. Он открутил пробку и жадно присосался к горлышку.