Чтение онлайн

– Ну и ну!
– вырвалось у Китона вместе с выдохом, и он утер взмокший лоб. Он страшно устал, но, как ни странно, чувствовал себя гораздо лучше, чем все последнее, долгое время.
– Это было здорово.

– Да, ничего не скажешь!
– согласился Гонт.
– Умели делать в старые времена.

– Точно.

– Кажется, я вам должен, мистер Китон.

– Э-э-э, забудьте, это ведь просто шутка.

– Нив коем случае. Джентльмен всегда платит долги. Дайте мне знать за день-два до того, как наступит час расплаты с маркером, как говорится. Час расплаты с маркером.

Эта поговорка вновь взвалила на него все беды. Его маркер у Них в руках. У Них. В четверг Они созовут к себе всех маркеров... и что тогда? Что тогда?

Перед глазами у Китона плясали заголовки на газетных полосах.

– Хотите знать, как заядлые игроки тридцатых годов использовали эту игрушку?
– спросил Гонт.

– Конечно, - рассеянно ответил Китон, но на самом деле ему было все равно, пока... пока он не взглянул вверх. Встретившись с настойчивым проникающим взором Гонта, он снова вспомнил свои ощущения, столь похожие на те, что возникали на ипподроме.

– Так вот, - сказал Гонт.
– Они брали свежий номер газеты "Бега" и прокатывали все заезды, один за другим. Прямо на этой платформе. Каждой лошади присваивали имя той, которую упоминали в газете, дотрагивались до нее, знаете ли, и произносили имя вслух, заводили игрушку и... вперед. Прогоняли таким образом все заезды до единого восемь, десять, двенадцать. А потом отправлялись на бега и ставили на выигрывших лошадей.

– И срабатывало?
– спросил Китон. Ему казалось, что собственный голос доносится откуда-то издалека. А еще казалось, что он плавает во взгляде Гонта. Плавает на красной волне. Ощущение было странное, но очень приятное.

– Представьте себе - да. Наверняка совпадения и все-таки... Хотите приобрести игрушку и попробовать?

– Да, - твердо произнес Китон.

– Вы человек, которому необходим Выигрышный Билет, правда, Дэнфорт?

– И не один. Мне необходима целая пачка. Сколько?

Лилэнд Гонт рассмеялся.

– О нет, вы меня не поймаете. Я не забыл, что ваш должник. Вот что - откройте бумажник и достаньте оттуда первую попавшуюся банкноту. Уверен, что она окажется именно той, что надо.

Не сводя глаз с лица Гонта, Китон раскрыл бумажник и выудил оттуда банкноту... безусловно, ту, на которой был нарисован Томас Джефферсон. Ту самую, которая повергла его в пучину бед.

5

Банкнота исчезла в руке Гонта, словно по мановению волшебства.

– И еще кое-что, - сказал он.

– Что?

Гонт склонился к Китону, заглянул ему в глаза и дотронулся до его колена.

– Мистер Китон, вы знаете о... Них?

У Китона перехватило дыхание, как у человека, которому приснился страшный сон.

– Да, - прошептал он.
– О, Господи, да!

– Этот город полон Ими, - продолжал Гонт доверительным тоном. Просто пропитан. Я всего несколько дней как открыл магазин, а уже это понял. Мне кажется Они будут охотиться за мной. Не кажется, а уверен. И мне может понадобиться ваша помощь.

– Да, - сказал Китон уже гораздо тверже и уверенней.
– Вы можете полностью на меня рассчитывать.

– Вы, конечно, только что со мной познакомились и совсем меня не знаете...

Китон, которому уже казалось, что Гонт его самый близкий друг, какой у него когда-либо появлялся за последние десять лет, хотел было возразить, но Гонт поднял руку и протест застрял у Китона в глотке.

– ... и вы не имеете представления, что за вещь я вам продал, сработает ли она или окажется всего лишь очередным крушением надежд... мечтой, превращающейся временами в ночной кошмар. Уверен, что вы во все это поверили, у меня дар убеждения, если позволено так говорить о себе самом. Но я рассчитываю на удовлетворенных покупателей, мистер Китон, и только на них. Я работаю в этой сфере уже многие годы и построил свою репутацию на удовлетворенных покупателях. Так что берите игрушку. Если она сработает - прекрасно. Если нет - отдайте Армии Спасения или выбросите на свалку. Сколько вы задолжали? Несколько долларов?

– Несколько долларов, - словно во сне откликнулся Китон.

– Так вот, если игрушка поможет, и вы облегчите душу, избавившись от мерзких финансовых проблем, приходите ко мне. Мы посидим, выпьем кофе, как сегодня и поговорим... о Них.

– Все зашло слишком далеко, чтобы просто вернуть деньги, - Китон разговаривал, как разговаривает человек во сне.
– Слишком много накопилось дерьма, чтобы я смог его ликвидировать за пять дней.

– За пять дней может многое измениться, - задумчиво проговорил Гонт. Он поднялся на ноги, двигаясь с удивительной грацией.
– У вас впереди трудный день... и у меня тоже.

– А Они?
– встревожился Китон.
– Как Же Они?

Гонт положил свою длинную ладонь на плечо Китону и даже в том отрешенном состоянии, в котором он пребывал в тот момент, Дэнфорт почувствовал, как от омерзения его кишки стянулись в тугой комок.

– Я позабочусь о Них позднее, - сказал он.
– Пусть вас ничто не тревожит.

6

– Джон!
– воскликнул Алан, увидев, как в кабинет вошел Джон Лапонт.
– Рад тебя видеть!

В субботнее утро, в половине одиннадцатого. Контора шерифа была безлюдна. Норрис отправился куда-то рыбачить, а Ситон Томас поехал в Сэнфорд навестить двух своих сестриц - старых дев. Шейла Брайам находилась в приходе собора Царицы Святой Водицы, помогала своему брату стряпать очередное письмо в газету, объясняющее безвредную сущность Казино Найт. Отец Брайам также намеревался в этом письме доказать, что Вильям Роуз глуп, как навозный жук. Конечно, так впрямую выразиться было невозможно, к сожалению, тем более в печатном органе, но Отец Брайам и сестра Шейла старались изо всех сил выразиться как можно точнее. Энди Клаттербак пребывал где-то по воле долга, на дежурстве, как предполагал Алан, но с тех пор как час назад он появился в конторе, Энди еще не звонил. До тех пор, пока не объявился Джон, во всей конторе кроме Алана, находился только Эдди Уорбертон возился с охладителем воды в углу.

– Как дела, приятель?
– спросил Джон, присев на край стола.

– В субботу утром? Какие могут быть особые дела? Зато смотри сюда, - он расстегнул правый манжет своей форменной блузы и закатал рукав. Следи за рукой, - сказал он.

– Угу, - промычал в ответ Джон, достал из кармана пластинку фруктовой жвачки, сорвал обертку и засунул жвачку в рот.

Алан продемонстрировал раскрытую ладонь правой руки, повернул ее, показав тыльную сторону, и сжал руку в кулак. Затем он сунул в кулак указательный палец и вытащил оттуда уголок шелкового платка. Сдвинув брови домиком, он посмотрел на Джона.