Чтение онлайн

– Вы уже знаете мое имя, — холодно проговорила она, — а я ваше нет.

– Терье, — ответил он. — А все остальное вам, разумеется, уже известно. — Он помолчал, словно ожидая от нее каких-то пояснений, и вскинул брови, когда она никак не прореагировала на его слова. — Итак, вы хотите рассказать мне, почему вы здесь?

— По-моему, это очевидно, — возразила она. — Я приехала, чтобы попытаться уладить семейные дела. Шестьдесят лет — это достаточный срок, чтобы забыть о происшедшем разрыве. Моя бабушка заплатила всей жизнью за то, что рискнула полюбить англичанина, а не кого-нибудь из своих соотечественников. Но разве сейчас не более просвещенные времена?

Он никак не отреагировал на ее бесстрастную короткую речь, а по-прежнему внимательно изучал ее, будто перед ним находился некий любопытный экземпляр.

– Почему сейчас? — немного погодя спросил он. — Ведь, как вы сказали, прошло много времени.

– Это не первая попытка с нашей стороны. Мой отец двенадцать лет назад, когда его мать умерла, попытался наладить связи.

– И не получил ответа?

Если бы он получил ответ, вероятно, меня бы сейчас здесь не было. — Кирстен помолчала, подбирая слова. — Есть только одна причина, почему я здесь. Я последняя по линии Харли. Как только исчезнет фамилия, исчезнет и всякая связь. По-моему, стыдно позволить такому случиться, не сделав попытки устранить трещину.

— Ваш отец жив?

– Да.

— Но он не счел разумным сделать вторую попытку?

— Он всегда опасался, что вы можете подумать, будто он хочет предъявить какие-то претензии. — Зеленые глаза, не моргнув, встретили взгляд голубых.

Терье моментально понял значение ее слов и презрительно скривил рот.

– И послал вместо себя эмиссаром дочь?

– Отец даже не знает, что я здесь, — запротестовала она. — Это моя собственная идея.

– А вы не боитесь, что могут о вас подумать? — Он не скрывал иронии.

– Нет, — равнодушно ответила она. — Возможно, Харли поднялись по лестнице успеха не очень высоко, но мы никогда не были просителями. Я хочу только признания для отца.

– Только для него?

– В первую очередь для него, — поправилась она. — Моя норвежская кровь сильнее разбавлена, чем его. Я унаследовала больше от матери.

– Да, вижу, — сухо согласился он. — Англичанка до мозга костей.

– И горжусь этим! — Кирстен и не пыталась умерить желчность своего ответа. — Я не претендую на какое-то особое родство со всеми Брюланнами, я слишком мало знаю вас.

– Но хотите знать больше?

Да. Или хотя бы попытаться понять мотивы людей, отрекшихся от собственной дочери по такой причине. — Она помолчала, а потом намеренно добавила: — Хотя, возможно, в их отношении было нечто большее, чем простая антипатия ко всему английскому.

– Об этом я ничего не знаю. — Тон его снова стал жестким. — Но сомневаюсь, что восстановление семейных связей, если это случится, приведет к чему-нибудь хорошему. Вероятно, у нас очень мало общего.

– По-моему, решение должен бы принять ваш отец, и никто другой, — довольно резко возразила Кирстен. — Учитывая, что сейчас он глава семьи.

Терье молча с минуту изучал ее, устремив на нее неподвижный взгляд, затем рывком оттолкнулся от края стола, выпрямился и взял телефонную трубку. Пока он набирал номер, она разглядывала его широкие плечи, стройную линию бедер и вспоминала, как он выглядел в узких джинсах. Теперь он совсем другой, а у нее по-прежнему при взгляде на него сводит судорогой все внутри. Да и любая женщина с нормальной реакцией нашла бы этого мужчину физически привлекательным. В этом Кирстен не сомневалась.

Но его манеры ей не нравились. И они вовсе не изменились. Интересно, неужели он на всех женщин смотрит с таким же презрением, какое она ощутила позапрошлой ночью? Пожалуй, в этом и кроется объяснение, почему он до сих пор не женат.

И тут же у нее мелькнула мысль: но почему она уверена, что он не женат? Совсем не так много мужчин после свадьбы носят обручальные кольца. А потом, может быть, в Норвегии такой традиции вообще не существует. Из того, что она реально знала, он мог иметь не только жену, но и нескольких детей в придачу.

Терье быстро говорил по телефону, так быстро, что она не могла понять ни одного слова, кроме своей фамилии Харли.

— Я разговаривал с отцом, — заметил он, положив трубку. — Он хочет видеть вас.

– И что он хочет сказать? — спросила она.

– Когда вы встретитесь с ним, то сами узнаете. — И, сдерживая себя, он добавил: — Я проведу вас к нему.

Пока еще нет ничего определенного, предупреждала себя Кирстен, когда в сопровождении Брюланна-сына выходила из его кабинета. Если Лейф Брюланн похож на своего сына, то вряд ли можно надеяться на достижение настоящей гармонии. Но она хотя бы попытается.

Их шествие по служебным помещениям вызывало всеобщий оценивающий интерес. Кирстен устремила взгляд вперед, чувствуя высокую, словно высеченную из камня фигуру, шагавшую рядом. Вероятно, не существовало женщины, которая так же, как и она, не ощущала бы его притягательную мужскую силу. Терье Брюланн хотя и очень отдаленный, но все же ее кузен. Это не укладывалось в голове.

В отличие от большинства английских компаний, где служащие высшего ранга имеют тенденцию отделяться от обычного персонала, управляющие и руководители «Брюланна» предпочитали быть частью служащих и находиться вместе с ними. Личный секретарь президента сидел за столом перед дверью, отгороженный от остальных сотрудников легкой перегородкой, едва доходящей до пояса. Дверь также была открыта, словно приглашая войти каждого, кому есть что предложить.

На первый взгляд Лейф Брюланн выглядел не более приветливым, чем его сын. Если отбросить разницу в возрасте, то сходство отца и сына просто поражало. У обоих мужчин одинаковые фигуры, те же голубые глаза, светлые волосы и загар, свидетельствующий о жизни на свежем воздухе. Только вблизи можно было заметить у старшего седые виски. Наверно, ему пятьдесят с небольшим, подумала Кирстен.

— Привет, — сказала она, прежде чем он успел открыть рот. — Hvordan star det til? [3]

— Bare bra takk. Og med dig? [4] — ответил он, удивленно вскинув брови.

– Bra takk [5] . — Кирстен с улыбкой развела руками. — Боюсь, что этим ограничиваются мои разговорные возможности. Хотя я могу понять еще несколько слов.

– Достойное усилие, — зааплодировал Лейф. — Ваш запас слов гораздо больше, чем я мог ожидать.