Чтение онлайн

— А муж?

— Пошумел, покричал, нас всех перепугал. Он у нее здоровый. А потом Любка как-то его уболтала, да и охрана подключилась. Он и ушел.

В тот раз ушел, а зло затаить все равно мог!

— Рогоносцы — страшный народ, — авторитетно заявила Мариша. — Надо бы нам с этим типом пообщаться. И с Милкиным мужем тоже.

И подруги переписали Любин телефон и телефон Милены, таково было полное имя отставной любовницы Герасима. А немного подумав, девушки перекатали вообще весь список работников ресторана. Мало ли, как жизнь дальше повернется. Вдруг пригодится?

— А вообще, коли вы сами убийцу найти хотите, так вам со Стеллой Владимировной поговорить по душам надо, — неожиданно заявила подругам баба Маня. — У Герасима Максимовича девок было много, а Стелла — одна.

Подруги переглянулись. Ох, и ходок был покойный! И к бухгалтерше успел в сердце влезть.

— Не, — покачала головой баба Маня. — Тут напротив, это он по ней сох, а она все другого под венец затащить пыталась.

— Почему? Чем ей Герасим Максимович плох был?

— Сама удивляюсь. Всем мужик взял. И уж ради этой Стеллы вообще наизнанку готов был вывернуться. Вечно они с ней в кабинете сидели, закрывшись. И долго сидели. Все бу-бу-бу да бу-бу-бу. Ясно, любовь у них. Да вы с ней сами поговорите, уверена, он так много говорил, потому что перед ней душу свою раскрывал. Понравиться, небось, старался, бедолага.

И баба Маня, скорбно вздохнув, вернулась к своим грязным тарелкам. Ресторан в связи с трагедией был закрыт, но посуды все равно накопилось порядочно. И кому-то предстояло с ней расправиться.

Во второй раз Стелла Владимировна ответила куда менее резко.

— Ну что? — развязно произнесла она. — Все дела у тебя, котик? А я и не удивляюсь!

Чувствовалось, что она уже хорошо приняла на грудь. Поняв, что ей звонит снова не ее котик, она даже обрадовалась.

— Вы меня простите, — произнесла она. — Это вы мне недавно звонили? Насчет Геры?

— Да.

— Так передайте ему…

— Не можем мы ему ничего передать! Умер он! Погиб! И мы не шутим!

Стелла ненадолго замолчала, словно размышляя.

— Как вы сказали? — произнесла она, словно впервые услышала. — Что Герман в самом деле погиб?

Мариша подтвердила.

— И кто из мужей его прирезал? — спросила Стелла холодно.

— С чего вы взяли, что это был чей-то муж?

— А вы знаете, со сколькими бабами Гера крутил? С десятками! И все замужние! Я его не раз предупреждала, будут у тебя, Гера, проблемы. Не мне тебя учить, но доскачешься ты из одной супружеской кроватки в другую. Поймают тебя и хорошо, если просто по физиономии надают.

Насколько подруги помнили, Герасим был мужчиной с внушительными физическими данными. В рукопашной с таким мог справиться только мастер спорта по боксу или человек, владеющей в полной мере приемами борьбы. Среди современных мужчин таковые встречаются редко. Так что кто-то из обманутых мужей мог сквитаться с обидчиком и другим способом.

— Нам надо увидеться, — произнесла Мариша. — Раз вы столько знаете о Герасиме Максимовиче, то ваши показания могут быть полезны для следствия и для поиска его убийцы.

— А приезжайте! — неожиданно согласилась Стелла. — Прямо сейчас и приезжайте. Все равно этот козел, я чувствую, сегодня уже не доедет. Адрес мой знаете?

Собственный адрес не был внесен в список бухгалтерши. И поэтому подруги охотно его записали. Оказалось, что Стелла Владимировна живет совсем неподалеку от ресторана. У нее была небольшая двухкомнатная квартирка, но находилась она в старом фонде и потому казалась просторной. А все из-за высоченных, за три метра потолков.

Сама Стелла Владимировна была женщиной роскошной. Просто шикарной. Длинные густые каштановые волосы, тщательно прокрашенные у умелого мастера, падали с плеч тяжелыми локонами. Из-за распахнутого шелкового пеньюара с кружевами, где только можно выглядывали то длинные ноги с загорелой шелковистой кожей, то пышная грудь, то круглое плечо.

На вид Стелле было лет тридцать пять — тридцать семь. Но она очень тщательно следила за собой, так что ей вполне могло быть и сорок, и сорок пять. Красавицей она не была, — черты лица были слишком крупные. Но и оторвать от нее взгляд невозможно. В принципе, Германа Максимовича можно было понять: настоящая женщина, чувственная и страстная. Белобрысая красавица Этна такой чувственной роскоши в своем арсенале обольщения не имела. Эти женщины были полной противоположностью. Жгучий огонь и проточная вода.

— Проходите!

Голос у Стеллы был низкий, грудной и с какими-то бархатистыми нотками. Она проводила подруг до кухни, тоже неожиданно просторной.

— Тут я в свое время сделала перепланировку, — пояснила Стелла. — Кладовку ликвидировала, нишу расширила, и кухня получилась очень даже ничего. Вместительная. Спасибо, мастерам.

— Люблю бывать в таких вот старых квартирах. Тут обычно много разных интересных и зачастую потайных местечек, — с интересом оглядываясь по сторонам, произнесла Мариша.

Она надеялась польстить хозяйке. Но Стелла ее слова восприняла странно.

— Что есть, то есть, — ответила она, кинув косой и встревоженный взгляд в сторону навесного шкафчика, в котором у нее хранилась посуда.

— Нет, в самом деле, у вас очень мило! — непритворно восхитилась Инна.

— Можно спокойно принимать гостей и не краснеть за тесноту, — согласилась с ней Стелла.

И в самом деле кухня была разделена на две части. Ту, в которой готовили пищу. И ту, где эту пищи принимали. Во второй стоял роскошный дубовый стол и такие же стулья с мягкими изогнутыми спинками. На столе были разбросаны шелковые вышитые гладью салфеточки, стояли пустая пепельница и красивая ваза, в которую были вплавлены кристаллы «Сваровски». В вазе стоял букет пышных темно-розовых астр.

— Люблю наши садовые цветы! — жадно втянув в себя аромат цветов, неожиданно поделилась с подругами Стелла Владимировна. — Вот в них чувствуется настоящая жизнь! Те, что привозят из Голландии, красивы, спору нет. Но они какие-то искусственные. Словно клоны из одной пробирки. А в наших цветах, которые растут под городом в частных садах, в каждом из них есть своя индивидуальность.

Стелла Владимировна отстранилась от цветов. И вальяжно раскинувшись на стуле, изучающе посмотрела на подруг.