Чтение онлайн

– Пожалуй, не буду мешать. Избавлюсь от лишнего.

Отец Ромы уходит на кухню и начинает греметь пивными бутылками, как будто собирается их выбрасывать. Я отхожу на всякий случай в другой конец комнаты. Вдох-выдох. Нажимаю на кнопку ответить:

– Алло. Мам?

– Мирочка! – голос мамы как всегда полон заботы и энтузиазма. – Как ты, солнышко?

– Хорошо, мам. Я закрыла сессию с хорошими отметками. Как у вас дела? Как папа? – пытаюсь перевести разговор в другое русло, но маму так просто не проведёшь.

– У нас всё по-старому, а вот про тебя хотелось бы узнать. Когда к нам собираешься? – сразу спрашивает она.

Вдалеке Олег гремит бутылками. От заботливого, но требовательного голоса мамы начинает сосать где-то под ложечкой. Я не хочу обманывать маму, но понимаю, что сейчас пока не смогу сказать ничего путного. Поэтому лгу, делая это так поспешно, словно враньё обжигает мне язык:

– Ма, я ещё не решила, когда приеду! Хочу остаться в городе и немного поработать…

Дзынь! Ещё одна бутылка звякает достаточно громко, потом всё стихает. Краем глаза замечаю Олега. В руках у него ящик, полнй стеклянных бутылок.

– Мир, у меня руки заняты, – обращается ко мне Олег. – Открой мне дверь, пожалуйста!

Отец Ромы говорит это негромко, но у него сильный и звучный голос, хорошо слышимый на расстоянии. Я спешу помочь мужчине и нечаянно задеваю его плечом. Слышу запах его дорогого парфюма. С ощутимыми нотками пряной древесины и можжевельника. Запах резковатый, но мужчине он идёт. Меня накрывает этим запахом, словно большим и тёплым одеялом, с ног до головы.

Я пытаюсь не реагировать на внезапную близость мужчины. Она действует на меня странным образом. В голове отключаются разумные мысли, появляется туманная дымка. Тело начинает реагировать на мельчайшие прикосновения и странно млеет от случайных контактов.

– Спасибо, – улыбается Олег.

Я захлопываю дверь. Не отдаю себе в этом отчёта, но прижимаюсь к стене, едва держась на ногах.

– Мира, ты не одна? – в голосе мамы слышатся стальные нотки.

– Тебе послышалось.

– Я отчётливо слышала голос очень взрослого мужчины! – безапелляционно говорит мама. Она словно охотник, почуявший дичь, напала на след и не желает упускать добычу. – Мира, что происходит?

– Мама, не придумывай себе всякого! – прошу я. – Ты же знаешь, что я снимаю комнату.

– У бабушки! – возражает мама, лишая меня возможности договорить. – Но говорила явно не бабушка!

Боже, вот только этого мне не хватало – разборок с мамой и её подозрений. Сейчас всё так запутано. Я, конечно, расскажу обо всём маме, но только после того, как сама разберусь в ситуации. Увы, но пока у меня нет толкового решения! Я пытаюсь найти выход и решаю соврать, но соврать близко к правде.

– Мама, у бабы Жени случился приступ, её отвезли в больницу. Сейчас в квартире находятся её родственники, внук с женой, – говорю тихо. – Они затеяли уборку.

– Да? – сомневается мама. – Почему я не слышу женского голоса?

– Жена на кухне. Не терпит, когда под ногами путается кто-то лишний, – говоря, надеясь на то, что маму удовлетворит такое объяснение.

– Мира, солнышко, тебя притесняют? – тут же ужасается мама. – Тогда тебе точно нужно собираться и ехать домой.

– Мамочка, всё хорошо! – как можно увереннее говорю я. – Я останусь в городе ещё какое-то время, попытаюсь найти работу на лето.

– Мира, тебе необязательно работать!

Я вздыхаю. Сейчас мама говорит, что работать необязательно. Да, конечно, но если я приеду домой, то всё лето придётся торчать на жаре, под навесом уличной палатки, торгуя мороженным. Этого мне точно не хочется!

– Мам, я уже взрослая. Мне пора вставать на ноги, – говорю как можно спокойнее и миролюбивее. – Вам с папой легче будет, быстрее за ипотеку расплатитесь…

Я пытаюсь сбить волну маминого настроя на излюбленную тему ипотеки и грабительских процентов по кредитам. Мама переключается на тему, которую я любезно подала ей.

– Хорошо, Мира, – наконец, выдыхает мама. – Но если что-то не получится или ты соскучишься, сразу приезжай!

– Конечно, мамочка, – спокойно говорю я.

Но мне очень радостно от того, что разговор прошёл мирно и быстро. Я тихо, чтобы не выдать своих эмоций, выбрасываю руку высоко вверх, мысленно говоря: «Ура!» Я пускаюсь в пляс, но обернувшись вокруг своей оси, натыкаюсь на взгляд Олега, наблюдающего за мной из коридора.

Чёрт. Как давно он смотрит на меня?! Стыд сразу же прожигает меня насквозь. Щёки становятся пунцовыми.

– Может быть, у тебя всё-таки получится вырваться на пару деньков? У тебя же скоро день Рождения! – говорит мама.

– Мама, я хотела отпраздновать с друзьями, если ты не против. Мама? – спрашиваю я.

Мне в ответ звучит лишь тишина. Отнимаю телефон от уха, видя чёрный, потускневший экран. Телефон окончательно разрядился. Олег прокашливается и заходит в комнату. Губы мужчины расплываются в снисходительной улыбке.

«Просто молчи!» – хочется сказать ему. Но Олег – не из тех мужчин, что будут молчать, когда им есть что сказать. Словно желая смутить меня ещё больше, он выдаёт:

– Вот бы мой балбес так радовался мне, как ты радовалась разговору с мамой! – хмыкает он.

– Это другое, – возражаю я.

– Да неужели?

Олег полон скепсиса. Но меня спасает курьер, привёзший еду. Олег отправляется к курьеру, а я иду на кухню, чтобы достать стеклянные тарелки и накрыть на стол.

По взгляду Олега становится понятно, что он вообще не стал бы заморачиваться, а ел из пластиковой посуды. Но мне хочется чем-то занять руки и возможно показать себя хоть чуточку хозяйкой. Не для того, чтобы покрасоваться сноровкой перед Олегом. Но он же отец Ромы, а родители оценивают наш выбор иначе. Они не замечают милых и приятных нашему сердцу мелочей, но оценивают человека по другим категориям: чем занимается, сколько зарабатывает, что умеет делать?