Неразгаданные тайны

Все оказалось так просто. Надо было всего лишь подойти, попросить, увидеть в глазах радостную готовность идти с ней на край света. И все. Это еще не было любовью, это была надежда на выздоровление. Голова легонько кружилась, сердце стучало неуверенно, она изо всех сил старалась держаться. Ей было хорошо с ним. Спокойно.

Они ехали по вечернему шоссе. Артем вел машину уверенно, даже немного лихачил. Оба молчали. Доминика первая нарушила молчание:

— Знаете, Артем, я словно впервые в жизни еду как пассажир, честное слово, мне это очень нравится.

Что-то новое появилось в их отношениях. Это чувствовалось и в словах, и в интонациях.

— А вы привыкли командовать водителем, комментировать каждое переключение передачи и каждый обгон? — насмешливо отозвался Артем.

— Вы угадали! — засмеялась Доминика. — Проклятый комплекс руководителя.

— Я бы сказал, комплекс лидера.

— Вы правы. К сожалению. Я настолько привыкла все контролировать, держать все ниточки в руках и полагаться на собственные силы… Ведь довериться можно не всем и не всегда… А сейчас… мне спокойно и легко. Вы отлично водите… так уверенно…..

— К вашим услугам профессиональный авто- и мотогонщик с большим стажем. — Артем был доволен произведенным эффектом.

— И сейчас гоняете?

— Нет, после того как разбился, бросил эти игры. Авария изменила мою жизнь. Я не стал ясновидящим, подобно Ванге, но кое-что мне открылось.

— Лет сто назад итальянский писатель Филиппо Маринетти попал в автокатастрофу и едва не лишился жизни… Так вот, он напечатал свой «Манифест футуризма», в котором призывал уничтожить музеи, избавиться от археологов, антикваров…

Но мне запомнилось его сравнение — «гоночный автомобиль прекраснее Ники Самофракийской».

— Это ваша настольная книга? — поинтересовался Артем.

— Отнюдь, просто было любопытно… Что же вам открылось после аварии?

Артем не сразу ответил на ее вопрос.

— Я вам расскажу одну историю. Был у меня студенческий приятель, хороший парень, но слабый. Ситуация довольно банальна — ему изменила девушка. Но он посчитал это вселенской катастрофой. Приятель не придумал ничего лучшего, как свести счеты с жизнью. Стащил у отца-милиционера табельный пистолет, влез на окно девятого этажа и надел на шею петлю, прикрепив ее к шпингалету.

— Тройное страхование в случае неудачного самоубийства? — уточнила Ника.

— Точно. Никакой альтернативы смерти не просматривалось. Что-то из трех средств должно было сработать: или петля, или пуля, или прыжок из окна.

— И разумеется, он выжил.

— Как вы догадались?

— Иначе к чему рассказывать?

— Так и было! Он нажал на курок и дернулся, пуля прошла по касательной, петля соскочила со шпингалета, а когда он выпал из окна, то застрял на дереве. Сильно изодрался, сломал ребро, но остался жив и практически невредим.

— Хорошая история! Но вы так и не сказали, как изменилась ваша жизнь после аварии.

Артем посерьезнел.

— Мораль басни «Встреча со смертью» такова: если уж ты остался на этом свете — не искушай судьбу. Я не верю в чудо, но верю в теорию вероятности. Если уж выжил, то используй шанс! Торопись жить, но не лети по жизни на бешеной скорости, — подытожил он свой рассказ.

— Торопись жить… — задумчиво повторила Ника. — А вы способны на глупость из-за несчастной любви?

— Нет, — покачал головой Артем. — Во-первых, несчастной любви не бывает. Любовь — сама по себе счастье. А во-вторых, закройте окно, вы простудитесь. Я отвечаю за ваше здоровье.

— Странное ощущение. До сих пор за все отвечала я сама. А теперь ловлю себя на мысли, что хочу быть слабой, иметь надежную защиту…

— И что в этом плохого? Нормальное женское желание, — пожал плечами молодой человек.

— Желание, может, и нормальное, — засмеялась Ника, — но я в этом смысле не женщина. Как вы сказали? Лидер.

— А мне кажется, что вы самая что ни на есть настоящая женщина. Просто необыкновенная. По теории вероятности…

Артем споткнулся на полуслове, потому что, повернувшись к Доминике, увидел, что она откинулась на сиденье и закрыла глаза.

— Доминика, что с вами? — встревожился он.

— Скорость… Голова закружилась…

Артем сбросил скорость. Ника провела дрожащей рукой по лбу.

— Остановиться?

— Нет, прошу вас, скорее везите меня в больницу.

В это время Диана, напряженная и испуганная, сидела на заднем сиденье в машине Сергея, которую вел Михаил. Сергей был изрядно пьян.

— Какая интересная, в сущности, штука — жизнь. — Сергей пьяно засмеялся. — Я — ты понимаешь — не какой-то там тюфяк, а я, Сергей Никитин, оказался в такой идиотской ситуации. Послушай, как тебя зовут?

— Я вам уже пятый раз представляюсь — Диана.

— Ах да, это у вас семейное — Доми-нииии-ка, Ди-ааа-на… — нараспев сказал Сергей. — Нет, чтобы попроще, по-нашему, по-простому, Юлька или Танька. И каким макаром ты нарисовалась в нашей семейке? — повернувшись всем корпусом к Диане, вопросил он.

— Что значит «нарисовалась»? Я же не спрашиваю, как в моей семье нарисовались вы! — возмутилась Диана, презрительно выпятив нижнюю губку.

— Фу-ты, ну-ты, какие мы гордые и независимые. Я тоже был гордый и независимый. Можно сказать, еще вчера. Нет, ну ты представляешь, она от меня сбежала на глазах у всех! И с кем? С этим провинциальным казановой!

— Подбирайте-ка слова!

— Не собираюсь я ничего подбирать. А ты знаешь, кто он такой? Пляжный альбатрос? Пес Барбос? Красный нос?

Сергей распалялся все больше. А Диана все больше раздражалась:

— Вам не стыдно? От вас не только перегаром несет — еще и гнилью!

— Чего-чего? Стыдно? Стыдно воровать чужих жен! Ведь это ты его к нам притащила, а? Смотри дяде в глаза и отвечай! Ты? — Он потянулся к Диане.

— Не трогайте меня! — отпихнула его руку девушка.

— Что это за новости? До сих пор все просили трогать, а ты не хочешь? Интересно!