Неродственная связь

Алина

— Едем домой, Аль? — спрашивает Демьян, не отрываясь от мобильного.

Мы до поздней ночи отмечали отъезд Юльки в Штаты в ночном клубе. Дальше ребята планировали остаться у неё дома с ночёвкой, а мне отец не позволил из-за разбитого накануне бампера мерса. Я вполне неплохо вожу, но с парковкой пока беда.

Казалось бы, я давно справила восемнадцатилетие, но за каждый шаг до сих пор приходится отчитываться, как маленькой. Иначе я окажусь без карманных средств, которые щедро поступают на мою карту. Ночёвка — не самое худшее, чего я могу лишиться.

— Ты же пил, — осторожно напоминаю.

Демьян Полищук довольно давно мне нравится, но даже два бокала шампанского в организме не заставят меня сесть в тачку с пьяным парнем. Собственная безопасность превыше всего.

— За мной приехал водитель, — поднимает взгляд Демьян. — Не волнуйся, малыш.

Я получаю лёгкий клевок в щёку, от которого невольно спирает дыхание. Есть что-то особенное и трепетное в только зарождающихся отношениях. Тем более, я мечтала об этом парне ещё с десятого класса школы.

— Тогда давай. Сейчас только вещи заберу.

Подруги расстраиваются, что мне приходится столь рано уехать, но остаться и наплевать на просьбы отца не предлагают. Все в курсе, какой он у меня. Они только задорно подмигивают и показывают неприличные жесты, когда Демьян опускает руку на мою талию и ведёт на улицу.

Вот дурочки.

У входа в клуб действительно стоит чёрный седан с тонированными окнами и блестящими хромированными дисками. Полищук открывает пассажирскую дверь и подает мне руку, помогая сесть в светлый кожаный салон. Внутри тепло, пахнет чистотой и сандаловым деревом.

Как только рядом садится Демьян и опускает руку на мое колено — автомобиль плавно трогает с места и едет в коттеджный посёлок.

Голова слегка кружится от алкоголя, тело воздушное и невесомое. Размеренная езда погружает меня в расслабление и сонливость. Жаль, что летние каникулы подошли к концу. Они были яркими и насыщенными. Сначала отпуск в Барселоне, потом десятидневный ретрит с девчонками на Мадейре. Мы проводили духовные практики, рисовали, купались в океане и занимались йогой.

Я не замечаю, как опускаю голову Демьяну на плечо и крепко засыпаю в дороге, а открываю глаза ровно в тот момент, когда машина останавливается у ворот дома и жаркий шепот щекочет ушную раковину.

— Приехали, соня. У тебя что ли дома никого нет?

В окнах действительно не горит свет. Я не интересовалась планами отца, но обычно они с Диной активно проводят досуг.

Их отношения завязались семь лет назад. Страстно и бурно, сметая на своем пути всех вокруг. Можно было бы сказать, что это великая сила любви, если бы не пострадавшие стороны.

Я была совсем маленькой, когда родители познакомились с семейством Тахаевых. Отец вел общий бизнес с мужем Дины — Каримом. Я довольно тепло дружила с их сыном — Асланом. Мы часто летали в отпуск вместе, проводили время на даче и ездили на рыбалку с ночёвкой.

В один из таких дней я случайно заглянула туда, куда не следует, и увидела отца, трахающего жену партнёра и лучшего друга.

Не знаю, что мной двигало в одиннадцать лет, но на эмоциях я доложила об этом маме. Две пары сразу же развелись, и образовалась одна новая, а дружба с Асланом превратилась в пыль, потому что с тех пор Дина жила в нашем доме.

— Возьми меня под руку, — предлагает Демьян, когда мы ступаем на выложенную из камня дорожку.

На веранде темно. Я поднимаюсь по ступеням и упираюсь бёдрами в деревянный стол, а Полищук закуривает сигарету и подходит ближе. В ноздри вбивается запах табака, дорогого алкоголя и туалетной воды.

— Может, пригласишь меня к себе?

Голос становится на несколько тонов ниже и интимнее. Я чувствую разряд тока по телу и несколько медлю. Дёма пьян, но я пытаюсь понять, насколько сильно.

— Мы точно встречаемся? — спрашиваю прямо.

В целом, всё к тому и шло. Полищук — идеальный кандидат, я знаю его семью. Он опытный и умелый. До того, как парень выделил меня среди других, в его койке побывало несколько десятков девушек.

— Конечно. Мы теперь вместе. У тебя есть какие-то сомнения?

Я не вижу глаз, но уверена, что в красивых голубых радужках появляются смешинки. Возможно, мой вопрос кажется наивным и глупым, но мне важно знать, что всё не просто так — ради развлечения или забавы.

— Неважно…

Окурок летит в сторону и гаснет во влажной после полива траве. Демьян подходит вплотную и кладёт руки на мои бёдра, впиваясь пальцами в кожу. Если бы не шёлк платья, она бы уже наверняка горела.

— Ты очень красивая, Алин. С ума сойти можно. Я бы и раньше к тебе подкатил, но было жаль портить.

— Сейчас не жаль? — усмехаюсь.

— Сейчас ты не маленькая…

Дёма медленно касается моих губ своими — мягкими, но настойчивыми, и ведёт рукой выше, оглаживая живот и накрывая ладонью грудь. Сжимая до рваного сиплого стона.

Когда поцелуй становится глубже, а движения настойчивее — пульс отбивает бешеный ритм.

Бретели моего платья ползут вниз. Уже никакие преграды не мешают ощупать соски и выкрутить их с болезненной силой.

Я подпрыгиваю на месте. Резкость явно портит волшебный момент. Наверное, я бы не хотела столь быстро торопиться… Мы с Демьяном только сегодня позволили при друзьях заявить о себе как о паре. Свиданий у нас не было. Совместных прогулок тоже.

Но, оказывается, сложно остановить того, кто настолько заведён. Кто проходится влажными губами по шее, захватывает мочку уха и спускается к груди.