Чтение онлайн

Поправив чёрные пышные волосы, лежащие на плечах, Минцзэ вошла в светлый тронный зал, и образ её тут же приковал взгляды множества людей, что находились там – работящие слуги и придворные служащие.

Завидев гостей, а ими оказались Азариас и Климин, она сразу же поспешила к ним.

Высокий и статный, хозяин вечности всегда оставался сдержанным и скромным. Он обнимал супругу за талию, тихо говоря с ней о чём-то. А Мудрость в свою очередь внимательно слушала мужа, кивала и лишь изредка отрывала от него взгляд, полный глубокого уважения.

На Азариаса и в самом деле хотелось смотреть: облачённый в серебристый атласный кафтан, он выглядел бесподобно. Вышивка в виде созвездий, где каждая звезда представляла собой аккуратный маленький драгоценный камень, говорила об изысканном вкусе и богатстве. Его изящный образ приковывал даже мужские взгляды, вызывая зависть. Не даром во всём Ферассе Господина Вечность считали самым красивым мужчиной из всех существующих. И даже Всеотец, обладающий прекрасным ликом, уступал ему в этом.

Народ говорил об Азариасе так: его красота превзошла божественность. И то была истина.

Климин ничуть не уступала супругу в великолепии. Она – стройная и высокая – совсем не терялась рядом с ним. Наоборот, являла собой олицетворение полновесности и гордости. Её образ, педантично продуманный до мельчайших деталей, навсегда врезался в память тех, чьё внимание Климин хоть раз удостоила.

Будучи супругой Господина Вечность, она лишь добавляла ещё один повод завидовать ему. Они дополняли друг друга, излучая величие и страсть. Многие считали их союз благословлённым самой Вселенной, побуждая смертных следовать примеру их брака.

Позади них стояли два охранника. Их мечи в чёрных ножнах с рисунком в виде серебряной звезды с четырьмя лучами сразу выдавали принадлежность к Обители Вечности, так же, как и тёмные одеяния.

Только Минцзэ подошла к супругам, они тут же поприветствовали её.

– Дева Солнце, рад видеть тебя. – Господин Вечность поклонился.

Стоящая рядом Госпожа Мудрость озарила Минцзэ ослепительной улыбкой, поспешив обнять владычицу этих земель.

– Да не угаснет твой свет вовек, да будет светило вечным, – сказала Климин, не спеша прерывать долгие объятия. – Сияющий Дворец поистине великолепен! А Рэниум полон чудес и тепла.

– Поездки сюда радуют нашу душу каждый раз, как в первый, – согласился Азариас.

Дева Солнце поклонилась в знак благодарности:

– Ваши слова согревают меня сильнее, чем летний день. Как вы добрались? Дорога оказалась благосклонной?

Взяв под руку Госпожу Мудрость, Минцзэ повела прибывших нерукотворных в гостевой зал. Азариас велел охране оставить их, позволив пока что заняться своими делами. Те послушно откланялись, больше не следуя за супругами.

Попутно Дева Солнце наказала слуге подать чаю.

– Да, путь был лёгким, хоть и стремительным. Мы торопились успеть к началу торжества. Подаренные Баиюлом тени-кони доставили нас сюда с необычайной скоростью.

– И в самом деле чудесные создания! Я и сама седлаю своего скакуна, когда выбираюсь на охоту. Нет быстрее в Ферассе существа.

Тени-кони были созданы Всеотцом. Он изваял их из теней самых быстрых и выносливых лошадей, каких не сыскать в двух Обителях. За основу была взята чёрная густая масса – тень. Ей Баиюл придал форму, а потом наделил её жизнью, дав свою кровь и частицу бессмертия. Тьма, являющаяся сущностью чудесных коней, позволяла им передвигаться через тени с небывалой скоростью. Во всём мире их было всего семь: пять подарены каждому бессмертному, а два принадлежали самому Всеотцу и Бьерну.

– А до чего величественны здешние храмы! Из раза в раз не могу оторвать от них взгляд.

Мудрость не отпускала руки Минцзэ и продолжала вести с ней праздные беседы, не жалея комплиментов и похвалы, и не было в них и капли лести – лишь искренность и правда. Азариас в свою очередь молча шёл рядом с гордо поднятой головой, глядя на то, как расступаются пред ними слуги, низко кланяясь. В его взоре, обращённом на них, читалось непоколебимое спокойствие. Никому и никогда не удавалось понять, что на самом деле таили в себе его серебристо-серые глаза, заглядывающие, казалось, в самую глубь души.

Одна лишь Климин всегда знала, о чём тот думает. Вероятно, именно поэтому они и являлись супругами, навсегда связанные особыми нерушимыми узами.

Как только Дева Солнце и владыки Обители Вечности оказались в гостевом зале, они расселись на мягком диване, обшитом бархатом, и принялись разглядывать убранство дворца, не скрывая восхищения. Всюду, куда ни глянь, стояли изящные вазы с разнообразными цветами. Каждый цветок выглядел свежо, а на лепестках блестели капельки воды – очевидно, слуги следили за тем, чтобы растения во дворце не увядали, и меняли их на новые, стоило тем отслужить свой срок.

Конечно, Господин Вечность и Госпожа Мудрость бывали в этих светлых стенах не один раз, но стоило вернуться в Сияющий Дворец снова спустя долгое время, как разум вновь дивился окружению.

Азариас закинул ногу на ногу, держа спину ровно и сохраняя благопристойный вид. Климин сидела рядом, чуть откинувшись. Из-под большого разреза на юбке её кафтана показались длинные ноги. Азариас тут же с нежностью опустил на стройное колено Мудрости ладонь, чуть сжав её. Тонкие изящные пальцы впились в мягкую белоснежную кожу, и было в этом жесте нечто большее, чем просто прикосновение.

Минцзэ устроилась напротив в кресле, выдохнув и прикрыв глаза на пару мгновений.

Она призналась:

– Из года в год этот день высасывает из меня все силы.

– Подготовка к великим праздникам всегда выматывает, дорогая, – согласилась Климин. – Быть может, в следующем году отпразднуем в нашем дворце?

– Это было бы замечательно, – ответил Азариас, улыбнувшись.

– А ты, милый Господин Вечность, по обыкновению своему немногословен, – заметила Минцзэ, усмехнувшись.