Шрифт:
Стада носорогов и бронзовый котёл
Вера Гольмстен у истоков самарской археологии
До приезда в Самару в 1919 году Веры Гольмстен представления о древней истории самарского края имели весьма случайный и несистематизированный характер. Раскопками, разумеется, занимались и раньше. Например, художник Константин Головкин. Однако в общую картину разрозненные сведения сложились только благодаря усилиям Веры Гольмстен.
Врезка. Вера Гольмстен родилась в семье военного врача. Прежде чем стать археологом, она успела во время русско-японской войны поработать сестрой милосердия.
Она приехала в город по приглашению недавно созданного Самарского университета, в котором и проработала десять лет до его закрытия в 1929 году.
За это десятилетие Вера Гольмстен осуществила первое сплошное археологическое исследование самарского края. Каждое лето она проводила «в поле», возглавляя экспедиции, в которых участвовали её ученики – слушатели этнолого-археологических курсов при Самарском университете.
Во время этих экспедиций было открыто около 1200 археологических памятников. Вера Гольмстен составила карту расселения древних людей по территории края в разные эпохи – от каменного века до средневековья. Она первая обнаружила в Самарской губернии памятники времён палеолита (стоянка в Постниковом овраге). И она же открыла в районе Безымянки земляную крепость 18 века.
С 1922 года Вера Владимировна руководила Самарским губернским музеем (ныне – областной краеведческий музей). Материалы, привезённые ею из экспедиций, составили более ста коллекций. Кстати, именно Вера Гольмстен систематизировала музейные фонды, превратив музей в научное учреждение.
Наиболее заметный артефакт из археологических находок Веры Гольмстен – это огромный бронзовый котёл. Он считается самым крупным предметом Бронзового века не только в Поволжье, но и в России.
Вера Гольмстен собирала и этнографические материалы. Как вспоминали современники, даже в голодные годы она умудрялась «выбивать» у губернского начальства мешки зерна, которые потом в деревнях обменивала на национальные костюмы и другие предметы быта, пополнявшие музейные коллекции. Участвовала Вера Владимировна и в спасении культурных ценностей во время национализации.
Гольмстен стремилась популяризировать науку. Не раз она публиковала статьи о древней истории края в местных газетах. Написанные простым языком, они полны интересных фактов, способных заинтересовать даже далёкого от науки человека. Вот отрывок одной из них:
«Волга, обильно питаемая водами, вытекающими из-под тающего ледника, неслась широким потоком в обширное море, которое омывало южную границу нынешней Самарской губернии… По Самарской тундре бродили стадами мамонты, носороги, дикие быки и северные олени…»
После закрытия (из-за нехватки денег) Самарского университета Вера Гольмстен вернулась в свой родной Ленинград, где в 1942 году погибла от голода во время блокады.
Полы с подогревом и записки учёного араба
Волжская Болгария на территории Самарского края
За много веков до появления русской крепости Самара в наших краях существовало развитое средневековое государство – Волжская Болгария. Оно занимало огромную территорию, куда входили земли нынешних Татарстана, Чувашии, Ульяновской, Пензенской и Самарской областей.
Врезка:
В VII веке под ударами Хазарского каганата распалась Великая Болгария, находившаяся в степях Северного Приазовья. Часть болгарских племён ушла на Дунай, где основала Дунайскую Болгарию – прародительницу современной Болгарии. Часть осталась под властью хазар. А часть откочевала на берега Волги и Камы, где впоследствии появилась Волжская Болгария.
По Самарской Луке проходила южная граница Волжской Болгарии. Здесь же находилось самое крупное в нашей области болгарское поселение – Муромский городок (а всего их известно около полутора сотен).
Как называли этот средневековый город сами жители – неизвестно. Название Муромский городок пришло в науку от местного населения, среди которого бытуют легенды о неких «муромцах», живших тут в стародавние времена. По другой «народной» версии, поселение основал былинный богатырь Илья Муромец.
Муромский городок, по меркам своего времени, был практически мегаполисом. По площади (150 гектаров) он сравним с тогдашним Киевом, по численности населения (10 000 человек) – с Лондоном.
В городе строились не только деревянные, но и каменные дома. Причём у некоторых из них археологи обнаружили под полом систему дымоходов, которые использовались для отопления. Предположительно, здания, где был такой вот пол с подогревом, служили общественными банями.
Поселение делилось на несколько частей. Самая древняя, относящаяся к середине Х века, была с двух сторон защищена оврагами. Археологи назвали её «внутренним городом». Здесь жили торговцы, администрация, воины и ремесленники. Во «внешнем городе» обреталась публика попроще – крестьяне и пастухи.
Во внутреннем городе находилась и «промзона», где плавили железо и медь. При раскопках здесь обнаружили большое количество печей и жаровен для сушки руды, а также кучи железного шлака. В качестве сырья болгары использовали болотную и медную руду, а топливом служил древесный уголь.
Помимо металлургии и металлообработки, жители Муромского городка занимались и другими ремёслами. Особенно славились местные гончары и ювелиры, чья продукция пользовалась спросом далеко за пределами Волжской Болгарии.
На плодородных землях Самарской Луки процветало и земледелие. В русских летописях неоднократно упоминается, что в неурожайные годы князья закупали зерно у волжских болгар.
В 922 году Волжская Болгария приняла ислам, став самым северным мусульманским государством в мире. По легенде, именно волжские болгары отправляли к князю Владимиру послов с предложением принять их веру.
Подробное описание географии и обычаев Волжской Болгарии оставил арабский учёный Ахмед Ибн-Фадлан, который в 922 году посетил Поволжье в составе делегации багдадского халифа. Самый просвещённый человек своего государства, Ибн-Фадлан отмечал в путевых заметках, что в Волжской Болгарии были развиты наука и литература.
Врезка:
Путевые заметки Ибн-Фадлана и история его путешествия по Поволжью легли в основу романа современного американского писателя Майкла Карйтона «Пожиратели мёртвых». По мотивам книги был снят фильм «Тринадцатый воин», где арабского учёного играет Антонио Бандерас.