Чтение онлайн

— Спасибо, — тихо говорит она, снова привлекая мое внимание. Когда загорается зеленый свет, движение возобновляется.

— За то, что провел через задний выход и помог сбежать от всего этого…, — она взмахивает руками в воздухе, прежде чем упасть обратно на сиденье и закончить, — дерьма.

Я киваю, глядя на дорогу и крутя рукой кожаный руль.

— Без проблем, — с легкостью отвечаю я, но чувствую, что ей нужно рассказать, почему она делает это, но мне, честно говоря, это совершенно неинтересно.

Я жду, глядя прямо перед собой, но ничего не происходит. Просто тишина, пока мы едем под звуки произведения Чайковского.

С такой скоростью мы окажемся у моего дома через пятнадцать минут, но время тянется очень медленно. Каждая секунда молчания — это секунда, которую я обдумываю, чтобы отыграть все назад.

— Ты всегда так делаешь? — спрашивает Джулс, нарушая тишину.

— Ты про что?

— Про это, — сонно говорит она, прижавшись щекой к сиденью и глядя на меня.

— Не понял, — я все еще не понимаю ее вопроса.

— Снимать женщин…, — она замолкает и закатывает глаза еще до того, как закончила фразу.

Я привык не раздумывать. Но это было до Эйвери. До моего отца и всего этого ада, в который меня ввергли.

— Так ты часто это делаешь? — она снова спрашивает меня, и мне приходится сдерживать улыбку на ее наглый выпад.

— Я не собираюсь отвечать на этот вопрос, Джулс.

Мой голос звучит немного жестче, чем я хотел, и она слегка напрягается.

Я включаю сигнал поворота, когда мы сворачиваем на пустынную улицу. Осталось совсем чуть-чуть. Я не могу потерять ее сейчас.

— Нет, — отвечаю я.

Она смотрит на меня, и я вижу, что она мне не верит.

— Обычно я не привожу женщин домой.

И уж точно я не устраиваю ночевок. Я скриплю зубами, вспоминая, что пообещал ей. Как ее невинная просьба сделала меня слабым.

— Такое было давным-давно.

— Почему же мы едем к тебе? — с любопытством спрашивает она.

— Потому что я люблю спать в своей постели.

Она нахмуривает брови, а затем изо всех сил пытается сдержать смех. Такое поведение застает меня врасплох, но потом я вспоминаю, как много она выпила. Я сам еще чувствую действие текилы. Обычно я долго не пьянею, так что, уж если я чувствую, то она, должно быть, совсем напилась. От осознания этого кровь отхлынула от моего лица.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю я.

— Хорошо, — отвечает она и прикрывает рот рукой.

— Ты пьяна?

Она, правда, не похожа на пьяную.

— Нет.

Джулс елозит на сиденье, прикрывая очередной зевок, когда я подъезжаю к своим воротам.

Я смотрю на нее мгновение, а затем отмахиваюсь от мыслей.

Я знаю, что Джулс из богатой семьи, она родилась с серебряной ложкой во рту, поэтому удивлен, увидев восхищение на ее лице, когда мы подъезжаем к дому.

— У тебя красивый дом.

Голос у нее ровный и искренний. Я горжусь своим домом. Я сам его построил. Лиам помогал проектировать его для инженерных целей, но все это было основано на моих идеях и планах.

Я останавливаюсь на подъездной дорожке, и Джулс крепче сжимает клатч, когда ее телефон начинает вибрировать.

Она не обращает внимания, когда я подъезжаю к дому. Она слишком занята чтением сообщения, и судя по выражению ее лица и тому, как она засовывает телефон обратно в сумочку, все не очень хорошо.

— Все в порядке? — спрашиваю я скорее для того, чтобы убедиться, что все-таки затащу ее в свою постель.

На долю секунды, только на мгновение, я думаю, что это может быть кто-то, кто знает, что произошло. Тот, кто видел, что я сделал, хотя не думаю, что могли быть свидетели. Мои мышцы напрягаются, а костяшки пальцев становятся белыми, когда я сжимаю рычаг переключения передач, ставя машину на стоянку и ища ответы на ее лице.

Она убирает прядь волос с лица и смотрит куда угодно, только не на меня.

— Все в порядке, — отвечает она, но я знаю, что она лжет.

И мне это чертовски не нравится. По-видимому, я не только придурок, но и лицемер.

— Скажи мне, что случилось.

Приказной тон легко срывается с моих губ, когда я хватаю ее за подбородок и заставляю посмотреть на меня.

Ее глаза расширяются, и я почти сомневаюсь в том, что мне удастся ее разговорить. Почти. Но потом она уступает.

— Мои друзья только что узнали.

Я приподнимаю бровь, поглаживая шершавой подушечкой большого пальца ее нижнюю губу.

— Узнали что?

Она слегка раздвигает губы и, судя по тому, как наклоняется ко мне, мое прикосновение-это все, что ей нужно, чтобы расслабиться.

— Я не делаю этого… часто или… точнее никогда…

Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к ее губам, останавливая объяснение. Я подношу руку к ее щеке, а затем кладу ей на голову, когда она углубляет поцелуй. Она приоткрывает рот, и ее язык касается моего быстрыми, сильными движениями.

Я стону в ее открытый рот, наше дыхание смешивается, отчего мой член превращается в твердый камень.

— Забудь о них, — говорю я, прерывая поцелуй и отстраняясь от нее.

Она пытается восстановить дыхание, глаза все еще закрыты, когда я открываю свою дверь и начинаю выходить, забирая ключи с собой.

Я уже почти закрыл дверь, когда слышу ее шепот.

— Я забуду…Обо всем.

Она произнесла это очень тихо, но я услышал. Уловил уязвимость и искренность в ее словах.

Лучше бы я этого не делал.