Чтение онлайн

— Что происходит? — послышался в натянутой тишине слабый голос, — Аббе, это ты?

Лошади уверенно цокали по протоптанной тропе. Погода оставляла желать лучшего, но героям это было только на руку — солнце не пекло, и потому дорога была куда приятнее, чем могла бы быть.

— Я просто не понимаю, Тори, решительно не понимаю, — вновь подал голос Аббе, — ты должен был быть мёртв, но на тебе ни царапинки!

— Если бы я сам что-то понимал… — задумчиво ответил Виатор.

— Ты что-нибудь видел, пока был… там?

— В какой-то момент это было похоже на странный расплывчатый сон. Я стоял в лодке посреди огромного моря и смотрел в воду, однако никак не мог отыскать своего отражения. Кто-то стоял слева от меня, но на нём был капюшон, и я никак не мог разглядеть его лица. Вскоре начался шторм, лодку перевернуло, я упал в воду и почувствовал, как меня непреодолимо тянет ко дну. Но незнакомец с лодки лёгким движением схватил меня за руку, вытащил на поверхность и исчез, — Виатор выдержал паузу, — я так и не понял, кто это был.

— Невероятно, — выдохнул Аббе, — неужели Хаэрэ и правда способен обрести бессмертие? Уму непостижимо.

— Может, некоторые вещи и не стоит пытаться постичь, — пожал плечами Виатор. Аббе удивляло, насколько флегматичен был его спутник сейчас. Ещё вчера он был возмущённым мальчишкой, а сегодня вдруг выдаёт подобные изречения. Впрочем, переступив порог смерти, трудно не измениться.

— Восстал из мёртвых и бросился философствовать? — усмехнулся Аббе.

— Может, тебе тоже стоит попробовать? — рассмеялся Тори.

В этот раз героям предстоял путь на северо-восток. Помимо большого Остэра, на юге располагалось около пяти небольших городов и парочка мелких деревень, остальное же пространство было занято полями и зелёными речными долинами, не тронутыми доселе человеком. Путники же направлялись в Эос. Эта резервация стояла практически особняком, в отличие от южной, максимально приближенной к столице. Посему в ней господствовали довольно архаичные нравы. Да и вообще, Эос была известна своей тёмной, окутанной мистической дымкой, атмосферой. Разные слухи ходили о происходящем там, а потому Аббе испытывал некоторую боязливость, но и одновременно желание увидеть всё это собственными глазами.

«Здравствуй, сестричка!

Ты знаешь, столько всего происходит в мире, а я не перестал думать о тебе ни на секунду. На днях из города увезли ещё с десяток сомнамбул, сам контролировал отправку повозок.

Недавно прогуливался по ярмарке товаров, сделанных жителями резерваций. Они и правда доставляют эти вещи в столицу, продают дороже, собирают для вас средства. Бродил между столами, будто надеясь увидеть в этих работах частичку тебя. Ну не дурак ли?

Твой медальон до сих пор со мной. Не устаю на него смотреть — цветок в нём будто до сих пор живой… Обязательно заберёшь, когда встретимся.

Твой брат Аббе»

Дорога отнимала у Тори много сил — раньше ему не приходилось перемещаться на такие большие расстояния. Первые дни в седле также давали о себе знать — ноги и спина неприятно затекали, а от постоянной тряски начинало укачивать. Но в целом ему трудно было постоянно думать о своей усталости, потому что картины вокруг сменялись с удивительной скоростью, и наблюдать доселе невиданную природу было невероятно захватывающе. Холмистый юг постепенно перерастал в равнины, засеянные молодым рисом, лишь изредка взрезаемые каменистыми скалами. Воздух становился свежим и влажным, пропитанным запахом риса и пресных озёр, и Виатор всё сильнее ощущал, как ему нравится дышать полной грудью, находясь в самом центре мира, пускай и чужого.

***

Когда путники спешились, вечер плавно перетекал в ночь. Тёмное небо всё сильнее сгущалось над головами, а промозглый ветер пробирал до костей. Вскоре начал накрапывать мелкий дождь, но на горизонте уже замаячил совсем слабый, но различимый огонёк. Здешние ворота были чуть более внушительными. Возможно, за счёт того, что примыкали к высокой каменной стене, оцеплявшей всю резервацию.

— Когда-то здесь был город, — прокомментировал Аббе, — но мор много лет назад выкосил его до основания. Оставшихся жителей переправили в ближайшие поселения, а здешние места ещё много лет стояли без дела, пока их не превратили в резервацию.

Виатор поёжился. Мёртвый город — не самое привлекательное место для визита.

— Чем могу быть полезен, путники? — выступил вперёд стоявший у ворот моложавый стражник, отчего фонарь в его руке закачался, заливая дорогу немного зловещим тусклым светом. Аббе подошёл к нему и с тем же спокойным выражением лица протянул точно такой же свиток, как и в прошлый раз, укрываясь от усиливавшегося дождя свободной рукой. Стражник поднёс свиток к лицу, неловко пытаясь одновременно осветить его фонарём, и, с горем пополам прочитав написанное, приоткрыл ворота.

— Добро пожаловать в Эос, — ровным тоном проговорил он, — сейчас будет трудновато найти приют, так что советую поторопиться с поисками.

Раньше Виатор думал, что резервация в Остэре — это гиблое место, но сейчас он осознал, насколько Остэр был столичным и благородным по сравнению с Эос. Дома здесь были ещё более тёмными и покосившимися, многие из них успели подгнить или хранили следы былых пожаров, и только каменные детали оснований, казалось, сохраняли их целостность. Дороги под ногами почти не было, практически всю землю укрывало единое грязное месиво. А ночной дождь только добавлял этому месту мрачности. На улице не было ни души, и ночную темноту освещала разве что парочка почти угасших фонарей в старинном стиле.

— И где же нам остановиться? — спросил Виатор, чувствуя, как стучат его зубы.

— Трудно сказать, здесь гораздо сложнее ориентироваться, — пожал плечами Аббе. Герои двинулись прямо, наугад, стараясь держаться главной улицы, если её вообще можно было таковой назвать. Город и правда казался мёртвым, будто люди покинули его много лет назад и так и не вернулись.

— Благородные тейна, что же вы мокнете под дождём? Так и простудиться недолго! — послышался голос откуда-то спереди. Аббе огляделся по сторонам и увидел мужчину чуть старше средних лет, стоявшего под навесом на крыльце, наверное, самого большого и свежего особняка из всех окружающих строений. Дом стоял на небольшом холме, а потому находился в некотором отдалении от других.