Чтение онлайн

Мистер Брэйборн, партнер солидной фирмы «Олдкорн и компания», 30 мая утонул в одном из каналов Венеции. Итальянская полиция не смогла выяснить, каким образом мистер Брэйборн упал в воду. Нет никаких свидетельств, что он был под действием каких-либо наркотических веществ или подвергся насилию. Кровоподтек на левом виске был получен в результате падения. Инцидент произошел ночью, в слабо освещенном районе, и тело обнаружили только утром.

Эмили Брэйборн, сестра погибшего, утверждает, что итальянские власти не расследовали должным образом все обстоятельства смерти ее брата. Она сказала, что мистер Брэйборн поехал в Венецию, чтобы встретиться со знакомым, которого почти не допрашивали. По мнению мисс Брэйборн, этот знакомый причастен к гибели ее брата.

В заключительной речи коронер объявил, что британское консульство в Венеции письменно уверило его: расследование было проведено тщательно и с соблюдением норм. Нет никаких причин подозревать человека, о котором говорит мисс Брэйборн. Коронер подчеркнул, что горе, которое вполне естественно испытывает сестра погибшего, мешает ей признать, что смерть его произошла в результате трагической случайности».

Ник перечитал статью еще раз. Он почти не сомневался, что знает, кто такая Эмили Брэйборн. И к какому знакомому поехал ее брат. Вот оно — предупреждение Тома. Продолжи Ник свое расследование — и он кончит как Джонатан Брэйборн, как тот, из погреба, как отец, Эндрю и сам Том. Список погибших все растет и растет. Несчастных случаев все больше и больше. Угроза отнюдь не шуточная.

И если так, положение Ника куда безопаснее, чем Бэзила. Он сообщил Димитрию Палеологу о своем приезде в Венецию. И стал легкой добычей. Ника охватила паника. Он схватился за телефон, но сообщений от Бэзила не было. Ник позвонил в международную справочную и с огромным трудом отыскал телефон гостиницы «Дзампонья» в Венеции. Набрал номер.

— Pronto! [24] — недружелюбно ответил резкий женский голос.

— Гостиница «Дзампонья»?

— Si.

— Мне нужно поговорить с одним из ваших…

— Pronto? — недовольно прервал его тот же голос.

— Мистер Палеолог! Могу я…

— Chi parla? [25]

— Послушайте, это очень важно. Molto importante. Я брат мистера Палеолога. Мне надо…

— Il telefono non`e per i clienti [26] .

— Ho…

Ответом ему было молчание. Трубку повесили.

Что же делать? Ник провел несколько минут, проклиная нелюбовь Бэзила к современным технологиям. Брат мог спокойно попивать эспрессо в кафе на площади Сан-Марко. Или лежать на дне канала. Не узнаешь.

Ник вспомнил советы врача и попытался успокоиться с помощью глубоких равномерных вдохов. Помогло, но не сильно. Бэзил вполне может перезвонить позже и поинтересоваться, из-за чего такой шум. А может и не перезвонить. Наверное, лучшее решение сейчас — спокойно подождать. Или рвануть в Венецию, пока есть хоть какие-то шансы спасти брата.

Ник набрал еще один номер. Этот звонок за него никто не сделает. Хотя неизвестно, удастся ли ему теперь преподнести новости так деликатно, как он собирался.

— Бар «Старый паром».

— Привет, Ирен. Это Ник.

— Привет, наконец-то ты позвонил. Как дела в Эдинбурге? Ты ведь в Эдинбурге, да?

— Послушай, Ирен. Мне трудно говорить тебе это. Том погиб.

— Что?!

— Судя по всему, самоубийство. Убойная доза лекарств. Кейт и Терри уже здесь. Прости, что не сообщил раньше, но…

— Когда это случилось?

— В выходные. Но дело не в этом.

— Не в этом?!

— Тебе Бэзил не звонил?

— Бэзил? Нет. А что ты…

— Анна на работе?

— Думаю, да. Ник, при чем тут Бэзил и Анна? Том покончил с собой?!

— Позвони Кейт и Терри в гостиницу «Балморал». И узнай у Анны, не звонил ли ей Бэзил. Можешь? Это очень важно. Я перезвоню. Мне надо бежать.

— Погоди, Ник, я…

— Прости, Ирен, я обязательно перезвоню.

Ник отложил телефон и начал поспешно собираться. Внезапно он понял, что делать. Хватит беспомощно ждать у моря погоды. Единственный способ узнать, не попал ли Бэзил в ловушку, — последовать за ним туда, где эту ловушку расставили.

Он вытащил из кармана расписание и нашел ближайший поезд в нужную сторону. Так, на двенадцать он уже не успевает, а вот на час дня — в самый раз. Придется как-то объяснить свой неожиданный отъезд Терри и Кейт, тем более что он должен рассказать Кейт о смерти сына. Ничего не поделаешь. Нельзя угодить сразу всем. Ехать придется через Милтон-Кинез, чтобы захватить паспорт. Ник позвонил в «Бритиш эруэйз» и узнал, что сегодня три рейса в Венецию из аэропорта Гэтуик, последний — в 19.20. Даже по грубым подсчетам, Ник на него не попадал. Он попытался заказать билет на самый ранний завтрашний рейс, но билетов не было. Разочарованный, он выбрал тот, что вылетал в 13.15 и приземлялся в 16.25. Как ни старался Ник, в Венецию он попадет только через тридцать часов. А за тридцать часов может случиться все, что угодно. Вспомнить только последние сутки.

Зазвонил телефон. Ник взял трубку, надеясь, что это Бэзил, а не Ирен. Нет, ни тот ни другая.

— А, Палеолог! Это Вернон Дрисдейл.

— Профессор Дрисдейл, я…

— Я только хотел сказать, что страшно расстроился, услышав о судьбе вашего племянника. Я не смог выразить свои соболезнования из-за агрессивной манеры вашего спутника, мистера Моусона, хотя должен отметить, что его нападки вызваны скорее всего болью утраты. Это трагедия не только для вашей семьи, но и для всей мировой истории. Могу представить себе, что вы чувствуете.

Нику подумалось: Дрисдейл и в малой степени не представляет его чувств.

— К сожалению, я сейчас очень спешу, профессор. Я перезвоню.

— Нет-нет. Понимаете, в свете последних событий — я имею в виду ваши семейные потери — я пересмотрел некоторые из своих взглядов и вынужден признать, что существуют некоторые многозначительные совпадения, о которых я не упомянул в самой известной из моих публикаций из опасения, что другие, менее порядочные ученые вырвут их из контекста и поднимут нездоровый шум. Когда же я анализировал их в менее известной из моих книг, я совершенно недвусмысленно описал то, о чем вы просто обязаны узнать, так что, если только не…