Чтение онлайн

— Это слова труса, — говорит мне Картер. — Ты что, боишься получить удар?

— Нет, я в порядке. — Если бы меня мог втянуть в драку самый тупой ребенок из коррекционного детского сада, у меня не было бы такого развитого чувства превосходства.

На самом деле, после того как первоначальный шок и благоговение проходят, смотреть на то, как чуваки дерутся друг с другом ради дерьма и хихиканья, становится немного утомительно. Человек может смотреть только столько порнографии и насилия, пока не потеряет эффект. Думаю, незаконное насилие меня не возбуждает. Может быть, это связано с деньгами. Я не могу понять.

Поэтому я говорю Картеру, чтобы он отвалил, и направляюсь к выходу, оглядывая забитое людьми пространство в поисках Фенна или Лукаса. Черт, сейчас я бы даже приветствовал обкурившегося Лоусона. Но их всех поглотила толпа. Я достаю телефон из кармана и набираю сообщение Фенну одной рукой, сообщая ему, что ухожу.

Но прежде чем я успеваю выскользнуть, Дюк ловит меня возле двери. Он одет в серые спортивные штаны и свою фирменную белую футболку, которая демонстрирует каждый гребень и выпуклость его груди. Я удивлена, что он вообще надел футболку. Он из тех парней, которым всегда нужно демонстрировать свой пресс всему миру.

— Ты же не уходишь, да? — насмехается он. — Мы тут только разогреваемся.

— Да, я не думаю, что я достаточно натурал, чтобы получить призыв. — Я обдумываю это. — А может, я слишком натурален, чтобы смотреть, как полуголые чуваки притворно трахают друг друга в течение десяти минут.

— Это уморительно, — говорит он, закатывая глаза. — Кстати, об уморительном — я недавно слышал забавную историю о тебе. Что на прошлой неделе ты продал эссе нескольким старшеклассникам.

Я пожимаю плечами. — И что?

— Ну, я думал, что выразился достаточно ясно. Любые побочные действия проходят через меня. Так уж здесь заведено.

Он снова пожимает плечами. — Да, мне это не нравится.

— Не нравится, — повторяет он, скрещивая руки на груди. Дюк сохраняет самообладание, играя в вежливость, но под поверхностью я знаю, что он в ярости. Так и хочется бросить меня в центр круга и провести несколько раундов. — Может, ты не понял, но участие не является обязательным.

Во мне поднимается разочарование. Забудьте уже об этой ерунде. — Слушай, мужик. Мне не интересно. Это мое выступление, и я не прошу разрешения или прощения. Смирись с этим.

— Ты все еще не понял. — Он приподнялся надо мной, темные глаза сверкают. — Я управляю этим дерьмом. Всем этим. Ты либо выполняешь программу, либо узнаешь, насколько тяжелой будет твоя жизнь.

Я перевожу взгляд на него. — Я похож на человека, который реагирует на угрозы?

— Я могу устроить тебе предварительный просмотр прямо сейчас, если…

Дюк готов отмахнуться, пока Фенн не ныряет между нами. — Все, вечеринка окончена, — объявляет мой сводный брат. Его тон легкий, но это выдается по твердости его лица. — Пора взорвать этот киоск с мороженым.

— Твой брат испытывает мою добрую волю, — рычит Дюк.

— Да, он наглый маленький засранец, не так ли? — Фенн перекидывает руку через мое плечо и практически тащит меня на улицу. Лукас и растерянный Сайлас идут следом за нами, но Лоусона нигде не видно.

— Ты не должен этого делать, — говорю я Фенну. — Дюк меня не пугает.

— Чувак, я понимаю, что ты этого не понимаешь, но серьезно, тебе не стоит его раздражать. Это не та проблема, которая тебе нужна.

— Он может сучить и стонать сколько угодно; он не выжмет из меня ни цента.

На улице я вдыхаю столь необходимый свежий воздух, радуясь тому, что оставляю за собой запах крови и пота. Пока Сайлас пишет кому-то смс, Фенн достает свою надежную флягу и делает быстрый глоток. Когда он протягивает ее, я принимаю ее и запиваю бурбоном, который идет так гладко, что я приятно удивлен.

— Кто же все-таки умер и сделал этого засранца королем? — бормочу я, передавая флягу Лукасу. — И почему все его терпят?

Сайлас наконец-то поднимает глаза от своего телефона. — Традиция, — отвечает он. Он закатывает глаза. — Когда ты пытаешься понять, почему в Сандовере происходит какое-то дурацкое дерьмо, ответ всегда — традиция.

— Это традиция для психопата, наживаться на трудолюбивых предпринимателях? — ворчу я.

Фенн фыркает. — Вполне. Но в этом году все гораздо интереснее, — говорит он со смехом. Он осушает остаток фляжки, а затем заправляет ее в задний карман своих джинсов за тысячу долларов. — С тобой, не укладывающимся в его рамки. Бедный Дюк не знает, как справиться с таким человеком, как ты. Он, наверное, каждую ночь плачет во сне.

— Или замышляет твою гибель, — говорит Сайлас, ухмыляясь мне.

Меня это не беспокоит. Пусть Дюк замышляет что хочет. Я делаю то же самое здесь, со своей стороны. Или пытаюсь, по крайней мере. Мой поиск информации о Дюке пока не выявил ничего интересного. Только обычное базовое дерьмо. Смертельно богатые родители. Один старший брат, который является достойным и полезным членом общества. Младшая сестра, которая учится в какой-то отвратительно шикарной подготовительной школе за пределами штата. Они близки, судя по его социальным сетям.

Насколько я могу судить, в его семейной жизни нет ничего откровенно гнусного. Это значит, что мне нужно продолжать копать. Я уверен, что в конце концов найду что-ни будь на него. У таких парней, как Дюк, всегда есть пара скелетов в шкафу. Вопрос времени, когда один из них вывалится наружу.

Я смотрю на Фенна, потом на Сайласа. — Я все еще не могу оценить ваши отношения с этим парнем. Вы не друзья.

— Друзья? — вторит Фенн. — Нет. Я просто приветлив с ним. Нет смысла ссориться с Дюком, если только это не что-то важное, холм, на котором ты хочешь умереть, понимаешь? По большей части, мы занимаемся своими делами.

Сайлас пожимает плечами в знак согласия. — Он обходит нас стороной, потому что мы не пытаемся испортить ни одну из его ракеток.

— Ракетки. Боже, он такой придурок. — Лукас смеется. — Не знаю, что Слоан вообще нашла в этом парне.