Чтение онлайн

Мы с бароном переглянулись.

— Я уточняю, как и где они будут жить, чем питаться, вас волновать не должно. Вы должны рассчитываться с ними за выполненную работу, как с обычными работниками, ни больше ни меньше. Поощрение за хорошее выполнение своих обязанностей приветствуется. Жить они должны вначале либо со всеми вместе, либо отдельно от таких же работников, но в подобных условиях, не лучше. Далее уже соразмерно их возможностям. Это частности и решите на месте по обстоятельствам. Как и всем несовершеннолетним работникам, выделите им старшего, но такого, чтобы особо к их работе не придирался и за них самих был в ответе. Для чего? Чтобы учились подчиняться. Всех кого они заставят или наймут выполнять вместо них свои обязанности вы допускаете к работе, причём оплата должна производиться только за выполненный объём, и не последнее значение в этом имеет качество выполненных работ. Одежда и питание как у всех. Найдут средства, значит, покупают, что хотят. Наличие оружия у несовершеннолетних регламентируется согласно законов империи или распоряжения хозяина этого баронства. Вы знаете все подводные камни в этом законодательстве: кому, когда и что можно иметь при себе в собственности. Их личная безопасность — не ваша забота, они о ней сами позаботятся. А вот возможные потери… — маркиз хмыкнул так мерзопакостно, — вы устраняете самостоятельно, поставив, конечно, при этом в известность меня лично, но от местных поборников закона своих подопечных не прикрываете. Сами пускай выкручиваются. Остальное, как у всех остальных. Есть выполненная работа, значит есть оплата, а следовательно и еда и жильё. Нет работы, значит доклад мне, а там я уже сам решу, что с ними делать. Условия с ними тоже оговорены и их они устраивают. Информация о том кто они и откуда… Для всех они беженцы, реальное положение дел не должно уйти от вас никуда. О последствиях невыполнения данного распоряжения не мне вас предупреждать, сами должны понимать.

— А если… — робко проблеяло тело управляющего, видно не на одного барона мастер наводил ужас одним своим присутствием.

— А если «если», — спародировал словесный оборот наставник, — сразу же мне доклад. Возможности для быстрого доклада у вас имеются. Отдельные распоряжения по ним я до вас доведу чуть позже, когда останемся наедине, не хочется шокировать сих «господ».

Нам не оставалось ничего другого, как вновь посмотреть друг на друга. Очень похоже, что и здесь нам спокойно жить не дадут, хотя условия, что ни говори, комфортные. Главное — это абсолютная свобода, что открывает нам невиданные перспективы, особенно принимая во внимание абсолютный контроль барона над артефактом. Да и я недалеко стою, если помнить про возможность работы с камнем. А вот кузнечное дело…

Далее шли последние зачитывания обязанностей и обязательств, и тут, вдруг, мысли, что витали у меня в голове с момента рассказа наставника барона о пропаже детей, неожиданно собрались в кучу и выдали простой, но весьма возможный результат.

Мы стоим с наставниками и Ушером недалеко от свёрнутого шатра, столы с остатками завтрака уже убрали и наступает время для прощания. Теперь мы на всё лето и начало осени предоставлены самим себе, правда, с весьма серьёзными оговорками.

Ушер о чём-то смеётся с Ниром, а учитель, приобняв барона, что-то нашёптывает тому на ухо. А вот меня неожиданно посетило озарение.

— Прошу прощения, что отвлекаю вас от столь трогательного прощания, но мне тут пришла в голову мысль.

— Не заблудилась? — неожиданно спросил Ушер.

— Кто? — не понял я.

— Мысль в твоей пустой голове! — хохотнул за побратима Нир.

Я хмыкнул. В принципе можно и промолчать, нечего распространяться о своих путешествиях, но дети…

— Нет! Чувствует себя относительно хорошо, а потому попросилась наружу, чтобы, так сказать, поделиться своей необычностью. — ответил улыбаясь я.

А чего обижаться, шутка-то вовсе незлобная.

— Ладно, хватит ребят цеплять. — молвил своё веское слово Сноуд. — О чём хотел поведать, Малой?

Я, немного стушевавшись от дум, а стоит ли, выдержал паузу и начал:

— Почти год назад, почти в такое же время я путешествовал с друзьями и в одном городе влип в историю… — я запнулся, — сам того не желая. Так вот, — я поднял глаза на мастера, — в этом городе задержали бандитов рядившихся под купцов. Хотя, наверное, кто-то из них точно были торговцами, только продавали они живой товар. Работорговцы. Так же как и здесь пропадали дети, пускай и не с таким размахом. И мне «посчастливилось» поучаствовать в их поимке, не буду о деталях. В общем, группа воровала детей, а потом вывозила их, словно товар, укладывая штабелями на дно повозок, иногда перевозили и в ящиках. Везде в телегах каравана были оборудованы двойные полы, между которыми и укладывались спящие дети. Всем им надевались ошейники Резы. У караванщика был артефакт, которым он проверял детей на магические возможности. Вот я и думаю, а не проворачивает ли кто и у вас такие фокусы?

Мужики быстро между собой переглянулись.

— А ведь может быть. И Кривой именно весной обычно свой первый караван со шкурами к ушастым засылает, а иногда и вовсе по прямой в султанат путь держит. — выдал Ушер.

Сноуд быстро глянул на Нира.

— Я на месте эту тему проработаю, а вы вдвоём к порталу и в приграничье со стороны ушастых и султаната. — и повернувшись ко мне объяснил: — Кривой — это купец, деляга. В работорговле не замечен, хотя ещё тот пройдоха, да и остальных я сейчас проверю. Но нужны соответствующие полномочия, хотя за идею спасибо. Подумать только, двойное дно.

На том и разошлись. Бойцы из тройки буквально при нас разъединились и бросились по своим делам, а мы так и остались стоять одни посреди лесопосадки со своими худыми котомками сиротливо лежащими в ногах.

Шатёр убран. Никого рядом с нами не наблюдается и такое ощущение, что все о нас и вовсе забыли, в том числе и управленец на которого нас скинул мастер.

— Что скажешь? — спросил я барона.

Тот устало опустился на землю, даже не выбирая место, чтобы не сильно пачкаться.

— Учитель расспросами замучил, что да как, а отвечать сложно, когда клятвой связан. — усмехнулся он. Я тоже уселся рядом с ним, оглядываясь, а не появится ли кто посланный за нами. — Всё интересовался нашими похождениями, особенно, как нас угораздило баронессу отыскать в старом замке. Вот он, точно, к мамане с отчётом помчится. Не боись, хотя он в основном о тебе и спрашивал, но я ему так ничего и не сказал. Да мы и сами засветились во время перехода по полной, так что…

Да-а! Что выставились мы во всей красе, особенно я, это точно. А наставник барона — человек серьёзный, как и его команда. Один Ушер чего стоит.

— Думаешь кого обнаружат у караванщиков? — спросил он. — И, вообще, почему раньше о своих путешествиях не рассказывал?

Я хмыкнул.

Ну да, мне только о драконах ему рассказать, хотя…

— Да я про себя язык драконов каждый раз повторяю, встретились как-то, а поговорить не смогли. Не понимают они по-нашему, а мы по их.

— Ха-ха-ха-ха! — расхохотался Шварц. — Придумаешь тоже. — и вдруг резко замолк.

— Дракончиков там видел?

Я даже сплюнул от досады.

Вот же я идиот. Ведь делал поделки и выходили они у меня чудо, как хороши, а теперь…

А теперь отбрехаться надо.

Я уже было рот раскрыл, чтобы поведать, где раньше такие же статуэтки видел, ставя себе зарубку не палиться с фигурками драконов, как рядом с нами раздался сердитый недовольный голос.

— И чего расселись, ироды! Я вас, что весь день искать должен? Подхватили пожитки и бегом к господину управляющему. Ему делать больше нечего, как лично вашими мордами заниматься.

Мы с бароном синхронно повернулись на эту отповедь.

Ну и голосок. Впрочем, как и физиономия говорившего. Ничего кроме мурашек по коже она не вызывала, уж больно противная была.

Небритая рожа, небритая и нечёсанная голова, тело почти недоросля, а в глазах просто прорва интеллекта!

Но помня про Попа и его замечательную семейку, я как-то настороженно посматривал на нового персонажа, не желая больше попадать в неприятные ситуации.

Вроде дурак дураком, но какую фразу-то загнул. Ох не прост, зараза!