Чтение онлайн

[Эпизод был вырезан по просьбе человека, нашедшего дневник]

Утренние лучи ласково светили сквозь не задёрнутый синий полог. Как-то вчера они об этом не подумали. Эд, чуть поморщившись, открыл глаза. На его голой груди покоилась голова Мариссы. По телу растекалось блаженное тепло. Левая рука нежно обнимала спящую девушку. Пару минут Эд прислушивался к её дыханию, вспоминая все детали минувшей ночи. И с каждой новой деталью в его сознании словно взрывался целый фейерверк. Интересно, след от укуса на плече уже прошёл? Всё-таки, девушка сильно его хватанула зубами, когда он… ох…

Уняв поднявшуюся, было, дрожь, Эд осторожно потрепал Мариссу по плечу. В конце-концов, пора было тихонько выбираться из комнаты. Однако девушка никак не отреагировала на его прикосновение. Тогда Лафнегл осторожно выпутался из её объятий, нашарил отброшенную одежду, оделся. Зазвенел будильник. Странно. Обычно Марисса просыпалась задолго до будильника…

Объятый непонятной тревогой, Эд осторожно прокрался к кровати.

— Марс? Марс, проснись. Скоро завтрак, ты опоздаешь.

Марисса не отреагировала. Она болезненно жмурилась, лицо её то и дело как-то подёргивало. Верхняя губа, дрогнув, разъехалась в оскале.

— Марисса, проснись. Слышишь? Марс! — вскричал напуганный не на шутку Эд, забыв о всякой осторожности.

— Больше, больше кровушки, хе-хе… — пробормотала она, не открывая глаз.

***

— Ну-ну, дорогая. Это всего навсего паяльник, зачем так верещать? Потерпи, тебя ещё ждёт моя недавняя находка — циркулярка. Представляешь, какие будут фонтаны крови? Ой, ты что, сознание потеряла? Так неинтересно, просыпайся, клуша!

«Гадость какая», — промелькнула отчётливая мысль. Не теряя мгновения, я цепляюсь за эту мысль, как за соломинку, и пытаюсь погрузиться глубже, в самые потаённые уголки подсознания. Мысленно я рисую перед собой дверь, как можно чётче сосредоточившись на мысли о Наваждении. Пару мгновений спустя, передо мной появилась дверь. Не мешкая ни секунды, я распахиваю её и буквально вваливаюсь в комнату.

Она уже сидит там, пьёт чай, делает вид, что читает газету. Антураж сильно изменился, мы явно были не в Воющей Хижине: светлая комната, обставленная преимущественно антикварной мебелью, в камине ревел огонь, под потолком висела тяжёлая люстра, стены обклеены полосатыми жёлто-зелёными обоями. Помещение больше смахивало на гостиную: диваны, книжные полки, маленькие кофейные столики, уставленные посудой. В кресле у камина сидела Наваждение. Отложив газету, где не было ничего написано, она подняла на меня прозрачно-серые глаза. Тонкие губы сложились в улыбку.

— А я тебя уже заждалась, — промурлыкала она. — Присаживайся, нам есть о чём поговорить, а времени так мало.

— Почему я не могла до тебя дотянуться? Ты же часть Талисмана? — не без упрёка спросила я.

— Я — сущность Талисмана. Так же, как и Кларисса. Его часть. Когда ты воплотила Клариссу, мне поневоле пришлось убраться. Я ещё существую в твоём сознании, но тебе не хватает сил до меня дотянуться. Однако, ты явно пришла не о том поговорить. У тебя есть вопросы, дитя.

— Есть способ снять заклятие Контракта? — мигом выпалила я.

— Снять? Нет. Заклятие крепкое, прошло много времени, оно уже пустило «корни». Однако… у тебя есть небольшая возможность спастись.

— Есть? Расскажи мне. Пожалуйста.

— В таком случае, присядь. Говорить придётся долго. — Наваждение указала на соседнее кресло. Я плюхнулась в него. — Ты помнишь, что с тобой случится, когда Талисман исчерпает свои силы?

— Я исчезну?

— Неправильно. Ты развоплотишься. Твоя сущность отправится в Пустоту, тогда как твоё тело перестанет существовать. Сейчас это твоя единственная…

— Я не хочу умирать! — взвилась я.

— Никто не заставляет. Сядь, будь добра, — сдвинула тонкие брови Наваждение. Пришлось покориться. — Заклятие Контракта связывает магов через физические объекты: материальный предмет, в котором запечатана суть Контракта, и человеческое тело. Ты помнишь те нити, что вели к физическому объекту? Они оплетают не только твоё запястье, но всю тебя, подобно плющу. Если ты, вернее, твоё тело исчезнет, а после вновь воплотится, то ему будет не за что цепляться, так что чары исчезнут.

— У меня есть шансы провернуть всё это и остаться в живых? — хмуро спросила я.

— Есть. Мизерные. Как повезёт, — пожала плечом Наваждение. — Повторю, это пока твоя единственная надежда. Да, это опасно, да у тебя может ничего не получиться, но ты вполне можешь… постой… — она прищурилась, всматриваясь в меня. Мне стало неуютно. — В тебе не осталось огня…

— То есть? — опешила я. — Какого огня?

— С момента заключения Контракта с Талисманом, в тебе изначально было заложено две силы: красного и синего пламени. Красным была Кларисса, пламя исчезло вместе с ней. Часть Синего ты отдала Эду, чтобы его спасти, но… неужели ничего не осталось?

— Какая разница? Это имеет значение?

— Имеет! — строго рявкнула Наваждение. — Без огня ты беспомощна, как котёнок!

— Что он такое?

— Концентрат твоей силы. Огонь горит в любом носителе Талисмана. Ты отдала свой и осталась ни с чем! — Было видно, что Наваждение не на шутку разозлилась.

— Но… я же… творила всякое…

— Талисман продолжает существовать в автономном режиме. Он может усилить твои заклятия, отвести смертельное проклятье и уберечь от гибели в физическом мире, но… Ох, затея всё опаснее и опаснее…

— О чём ты? — Не на шутку испугавшись, спросила я.

Внезапно стены содрогнулись. Пламя на концах свечей испуганно задрожало.

— Кларисса начала что-то подозревать, — пробормотала Наваждение. — Слушай внимательно, у нас мало времени. Тебе необходимо раздобыть песню Сноходца.

— Сноходца?

— Существует магия хождения по чужим снам. Тебе она знакома не понаслышке. Суть в том, что Сноходец, волшебник, что проецирует себя в чужой сон, может развоплотиться в физическом мире. Сновидец — тот, на кого наложено заклятие, погружается в глубокий сон, часто углубляющийся в собственное сознание. Ты и Эд в прошлом попали под заклятие Ищейки, став Сновидцами, так что такая магия тебе знакома.