Невеста для чудовища

Девушка уже ждала меня, сидя в одной ночнушке, которая была призывно приспущена, открывая покатые плечи. Будто этим можно было меня соблазнить. Я усмехнулся и достал приготовленные подарки, отмечая как алчным блеском сверкнули глаза девушки.

— Ну что вы, не стоило мне ничего дарить, — проворковала она, разглядывая гребень и прикидывая его цену.

Ну а я, уже не стесняясь, взял плату за потраченное время и деньги.

Задрав сорочку, резко, не подготавливая девушку, вошёл в неё, отчего она охнула. Но я не стал жалеть ее, а с ещё большей силой начал вбиваться в узкое и горячее лоно. Сначала было сухо, но через несколько сильных толчков внутри стало влажно и девушка начала стонать, сама извиваясь на мне. От ее движений ночнушка сползла вниз, оголяя грудь и я зажал между пальцами ее твёрдые соски, слегка оттягивая их, чем вызвал череду новых стонов. Когда ее извивания мне надоели, я грубо оттолкнул девушку от себя и, наматывая волосы на кулак, заставил сесть на колени и заглотить мой твёрдый член, просовывая его все глубже. Она замычала, но уже через несколько секунд ее пальцы переместились с моих бёдер на пах и это было чертовски приятно. Все-таки не зря я подарил ей гребень.

В какой-то момент я кончил, хотя девушка все ещё была возбужденна. Но заботится о ее удовлетворении мне было не интересно, поэтому, бросив нить жемчуга рядом с ней на кровать, я молча оделся и вышел, зная, что брат все видел и теперь ждёт меня на улице.

— Надеюсь теперь ты понял, что девкам из таверн не следует доверять. Они лягут под любого. Вопрос в том, кто больше заплатит.

— Как ты мог! Я любил ее! Я хотел жениться на этой девушке, а ты! Ты соблазнил ее! — кричал он, а я, развернувшись, сел на коня и отправился в замок.

Элис Эверлейн

Я бежала по темному мрачному лесу. По земле стелился густой туман, красные листья и чёрные стволы деревьев смотрелись пугающе. Особенно мрачно они выглядели в свете кроваво — красной луны, которая висела над верхушками деревьев. И я могла бы подумать о нереальности происходящего, но сухие ветки цеплялись за одежду и волосы, оставляя на коже болезненные царапины. Хотя я старалась не обращать на них внимания, потому что главным сейчас было не упасть и успеть добраться до реки, где меня ждало спасение…

Дыхание сбилось, легкие горели огнём, ноги и руки жгло от многочисленных ссадин и царапин. Казалось, что ещё один шаг и я упаду замертво, настолько тело устало и я уже была готова сдаться, как впереди, среди деревьев, показалась водная гладь реки с отражением в ней кроваво-красной луны.

Это подарило надежду и я побежала дальше. Когда до моста оставалось метров пять и я подумала, что уже спасена, сзади меня схватили сильные руки и буквально прибили к твёрдому телу, а над ухом, опаляя кожу горячим дыханием, раздалось:

— Глупая маленькая мышка.

И по моей шее скользнули пальцы с острыми чёрными когтями, прочерчивая дорожку. А потом я почувствовала как тот кто меня поймал языком слизывает выступившую каплю крови. Это было последним, что я запомнила, потому что от ужаса потеряла сознание. Наверное это было к лучшему, потому что я хотя бы не услышала как над лесом разнесся зловещий хохот, вспугнув сидящих в корне деревьев воронов.

*****Проснулась я от того, что что-то холодное и мокрое коснулось лица. Открыв глаза я завизжала, потому что на подушке рядом со мной сидела большая ящерица и смотрела на меня в упор. Из ее пасти с небольшими, но острыми зубами свисал язык, которым, видимо, она и попробовала меня на вкус, лизнув.

Я тут же спрыгнула с кровати и отбежала от неё на пару метров, благо размеры комнаты позволяли.

— Уходи отсюда! — я несколько раз махнула рукой в надежде, что рептилия испугается и убежит, но не тут-то было.

Наглая ящерица так и осталась сидеть где сидела, а я стояла на белом мраморном полу, босыми ногами чувствуя холод камня.

Думая как быть дальше я не заметила, как большая резная дверь приоткрылась и ящерица выбежала наружу. А дальше ничего не происходило: никто и не думал заходить или звать меня. Дверь по прежнему была приоткрыта и, набравшись смелости, я осторожно подошла к ней. Но разглядеть, что находится за дверью, у меня не получилось, потому что передо мной выросла высокая фигура в чёрном плаще.

— Ты невероятно вкусная, маленькая глупая мышка, — тихим шёпотом произнес неизвестный и в один момент оказался рядом, одной рукой хватая меня за талию и прижимая к себе.

— Не могу сдержаться, — издал он то ли рык то ли стон и быстро развернул меня к себе спиной.

Я почувствовала как сзади ко мне прижимается горячее мужское тело и сжалась от страха и напряжения. Ведь я никогда не была с мужчиной и была невинна, хотя уже и целовалась с парнем по совету подруги. Но мама и нянюшка, говорили, что мою невинность должен получить муж, который и станет моим первым мужчиной. А до первой брачной ночи я должна себя хранить в чистоте. Только вот теперь видимо придётся потерять невинность вот так…

Но незнакомец ничего не делал. Он так и стоял, замерев и прижимаясь ко мне всем телом, шумно дыша и щекоча макушку своим горячим дыханием.

Это длилось несколько минут. Одной рукой он прижимал меня к себе, а второй, будто выйдя из оцепенения, провел по шее, перешёл на ключицу, и спустился на грудь. От этого я непроизвольно выдохнула, закусив губу, а мой похититель, застонал и сильнее прижал к себе. Его рука перешла ниже, собирая ткань платья и сжимая бедро и начала двигаться внутрь, туда где стягивался горячий тяжелый узел. Едва его палец проник под тонкое кружево и скользнул между ног, стремясь к нежному бугорку, как я рвано выдохнула и плотнее сжала ноги. Никто и никогда не касался меня там.

Няня говорила, что при близости с мужем я должна буду покорно лежать, а он быстро сделает все необходимое и уйдёт к себе в спальню, после чего мне надо будет помыться и тоже лечь спать. Ни о каких прикосновениях, что заставляли сердце биться быстрее и вызывали внизу живота приятную тяжесть, она не говорила. Наоборот, с ее слов близость с мужчиной была тем, что необходимо просто перетерпеть.

А вот теперь я едва сдерживала стон от того, что ужасный похититель, лица которого я не видела, трогал меня в самых сокровенных местах. Щеки опалило жаром, а он, уткнулся носом мне в волосы и замер.

Я тоже стояла и боялась даже дышать.

Эти прикосновения вызывали во мне одновременно страх и в тоже время он были так порочны и желанны, что мне пришлось закусить губу до крови, чтобы непонятная пустота в голове прошла, уступая место здравому смыслу.

И вдруг мужчина резко отстранился, буквально оттолкнув меня от себя, и быстро пошёл к выходу. А я так и осталась стоять посередине комнаты, сжимая в руках край юбки и рвано дыша, абсолютно не понимая, чего мне ждать дальше от этого человека. И человека ли?