Чтение онлайн

— Поторопитесь, — отрывисто сказал Дебен, которому наконец удалось схватить ее за руку и рывком поднять на ноги. — Не хочу, чтобы мои лошади простаивали.

Лошади простаивали! Что ж, этим замечанием он поставил ее на место. Благополучие собственных лошадей волнует его куда больше, чем ее чувства.

Да кем он себя возомнил? Как посмел явиться сюда и сознательно оскорблять всех вокруг?

Генриетта поспешно выскочила из комнаты, кипя праведным гневом, который полностью разогнал апатию, владевшую ею со времени бала, ей даже приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы подняться утром с постели.

Негоже в самом деле заставлять лошадей ждать! Генриетта подчеркнуто громко поднялась по лестнице и ворвалась в комнату.

Она подскочила к своему изысканно украшенному платяному шкафу и рывком распахнула дверцу, кипя негодованием по поводу того, как граф осадил бедного мистера Бентли, который с мальчишеской восторженностью высказался о красоте лошадей. Точно так же поступили бы и ее братья.

А еще Дебен посмел игнорировать тетушку и кузину, все потому лишь, что они имеют отношение к торговле! Решил, что все люди одинаковы.

Что ж, она ему покажет одинаковость.

Быстро просунув руки в рукава плаща с плотно прилегающим верхом и пышной юбкой, Генриетта промаршировала по коридору в комнату тетушки и принялась безжалостно перебирать ее меха, пока не обнаружила лисицу. Перекинув мех через плечо, Генриетта бросила мимолетный взгляд в зеркало, чтобы убедиться, что лиса в самом деле совсем не сочетается с плащом, чего она, собственно, и добивалась. И отправилась в комнату Милдред, позаимствовала капор с высокой тульей, украшенный парой ярко-красных страусиных перьев. Этот головной убор Милдред получила лишь накануне.

Не прошло и пяти минут, как Генриетта снова появилась в гостиной. При виде ее Милдред широко раскрыла рот от удивления, а тетушка издала сдавленный вскрик.

Лорд Дебен, стоящий у окна рядом с мистером Бентли, склонил голову набок, лениво осматривая ее наряд.

— Вижу, яркие краски появились уже от одного предвкушения прогулки на воздухе, — нараспев произнес он. На лице при этом не дрогнул ни единый мускул.

— О да, — с улыбкой согласилась Генриетта, приближаясь к нему. — С нетерпением жду, чтобы меня увидели сидящей в экипаже рядом с вами, когда мы будем кататься по парку в час модного променада.

Поделом ему! Граф производил впечатление человека, который ни за что не допустил бы, чтобы его заметили в компании столь вульгарно разодетой особы. Возможно, он снизошел до приглашения на прогулку девушки, имеющей более низкое по сравнению с ним социальное положение, но хотя бы проследил за тем, чтобы его наряд выглядел безупречно. Познаний Генриетты в области мужской моды хватало, чтобы понять, что его одежда сшита очень дорогим эксклюзивным портным. Кроме того, граф совсем недавно побрился, на его щеках еще был виден блеск, который обычно сохраняется после бритья не более часа. Когда же он склонился к ее руке, Генриетта почувствовала исходящий от него запах масла бергамота.

— Приехав в город, я и подумать не могла, что мне будет оказана такая честь — прокатиться по парку со столь значительным человеком. Да еще и в таком… первоклассном экипаже.

Генриетта с радостью отметила, что лицо графа с каждой секундой становится все более непроницаемым.

— Когда вы в следующий раз нанесете нам визит, мистер Бентли, — улыбнулась она молодому человеку, который с ужасом переводил взгляд с безукоризненного графа на капор, украшенный страусиными перьями, — я непременно представлю вам полный отчет о прогулке.

Лорд Дебен жестом показал Генриетте следовать впереди него, и они удалились. Страусиные перья на капоре при этом подпрыгивали в такт ее воинственной походке.

Что из того, что граф вспомнил о хороших манерах и открыл перед ней дверь? Это ничего не значит. Возможно, ему хотелось как можно скорее покинуть общество людей, которых он ставил много ниже себя.

Подумаешь, он оказался отличным возничим! Его умение с показной легкостью маневрировать в плотном потоке дорожного движения, хотя Генриетта понимала, что на самом деле это требует значительных усилий, не делало его более привлекательным в ее глазах.

Она была почти благодарна Дебену за то, что, с тех пор как они въехали в ворота парка, он неизменно игнорировал людей, пытающихся привлечь его внимание. Тут она снова вспомнила о своем черном юморе, который почти рассеялся во время волнующе быстрой езды по оживленным лондонским улицам.

— А вас не так-то легко обнаружить, — неожиданно произнес Дебен. Генриетта уже начала думать, что их прогулка пройдет в молчании. — Во вторник я искал вас у Кардингтонов и Ленсборо, а вчера вечером у Суаффхемов, Пендльборо и Бонемов. Мне очень жаль это говорить, но сегодня я не смогу уделить вам много времени, хотя мне очень важно переговорить с вами с глазу на глаз о том, что произошло на балу той дебютантки, чье имя я сейчас не могу припомнить. Отсюда и ваше неожиданное похищение.

Дебен повернулся к Генриетте и наградил ее ленивой улыбкой.

Девушка почувствовала непонятный спазм в животе. Было в его улыбке что-то неодолимое, что почти заставило ее улыбнуться в ответ. Полный абсурд, особенно принимая во внимание то, как она была на него зла.

Генриетта отметила про себя, что граф даже не запомнил имени девушки, с которой она надеялась подружиться. Этого обстоятельства было достаточно для того, чтобы подпитывать ее ненависть к нему.

— Вечером во вторник, — парировала она, — я была на танцевальном вечере у Маунтджоев. Они торгуют вином, поэтому, полагаю, вам незнакомы. А вчера вечером мы ходили в театр с людьми, большинство из которых находились сегодня с гостиной, когда вы нанесли визит.

— Маунтджои… — Граф задумался. — Полагаю, кое-что я о них все же слышал. Подозреваю, именно они поставляют вино в мои погреба в Дебен-Хаус.

— Ничуть не удивлена. Они хвастаются тем, что находятся под покровительством нескольких высокопоставленных представителей высшего общества, хотя и не вхожи в их дома.

— Вот оно что.

— Прежде чем вы спросите меня о том, как мне посчастливилось оказаться на таком важном мероприятии, как дебютный бал мисс Твининг, поясню, это произошло исключительно благодаря моему брату Губерту, который служит в том же полку, что и ее брат Чарли. Чарли написал сестре, спросив, не сможет ли она нанести мне визит, ведь поначалу я никого в Лондоне не знала.