Чтение онлайн

— Иди, посмотри, что с ним!

Кутуз зашел в номер. На постели, завалившись на бок, лежал Лойер. Тело было напряжено, а член оставался все в том же расслабленном состоянии.

Глава девяносто восьмая

Забежавшая в номер вслед за Кутузом администратор тут же вызвала неотложку. И правильно сделала, поскольку выяснилось, что Лойер еще жив. С включенной сиреной его отвезли в больницу. Ада и Кутуз остались одни.

— Я не причём, — заявила она — у него ни разу не получилось…

— Бывает, — согласился Кутуз — я эту гадость не употребляю. Не встал, значит не та баба. И нечего муму тянуть. А в его возрасте про это лучше по телеку смотреть.

— Как же теперь будет?

— Что?

— Ну, с Лидос?

— Это не моя история — скривил губы Кутуз.

У Ады отлегло от сердца.

— Он её действительно хотел убить?

— Ну, если бы не отдала диадему.

— А ты её видел?

— Да мне-то она по барабану. Я привык бомбить по-мелкому. Спокойней и надежней. А с такими штуками слишком серьезная засветка. Французы тоже не дураки. Они любят громкие дела, тогда уж не отвертишься.

— А если Пётр Петрович не выкарабкается?

— Такова судьба. Придется брать на себя команду. Я бы после смерти Буйка стал главным, но против Лойера не попрёшь. У него авторитет, московские связи. А если склеит ласты, займусь привычными делами, будем бомбить русских бизнесов.

В глубине души Ада пожелала, чтобы оказалось именно так.

— С тобой в Париже не страшно, — польстила Ада.

На душе у неё кошки скребли. Противно было вспоминать о Петре Петровиче. Смерти ему она не желала, но это было бы лучшим выходом для всех.

Кутуз с самого начала не очень верил в историю с диадемой. Противоречить Лойеру не смел, но рад был бы побыстрее вернуться в Париж. Арабы, сидевшие в номере и от нечего делать курившие кальян, права голоса не имели, по-русски не понимали и беспрекословно подчинялись Кутузу.

— Что будем делать? — спросила Ада. Она поняла, что без приказа Лойера Кутуз не начнет никаких действий против Лидос.

— Поспи, завтра съездишь в больницу, узнаешь как он. Тогда и решим.

Глава девяносто девятая

Утром позвонили из больницы администратору гостиницы и сообщили, что пациент, доставленный ночью, умер от инсульта, не приходя в сознание. Первая об этом узнала Лидос. Она появилась в сопровождении Дани и Сулеймана, за широкой спиной которого, маячили несколько молодых татар воинственной наружности.

Сообщив о смерти Петра Петровича, девушка-администратор смущённо улыбнулась:

— Надо же, такой симпатичный дедушка.

— А его друг в каком номере живет? — спросил Сулейман.

— В тридцать пятом, а еще двое в четырнадцатом.

Сулейман оглянулся на своих молодых спутников:

— Пошли со мной, познакомимся.

Лидос подождала, пока они удалились, и отправилась в номер Ады.

— Я с тобой? — спросил Даня.

— Нет. Нам нужно о своём, о девичьем.

Ада встретила её в пижаме, с мрачным не выспавшимся лицом.

— Успокойся, он умер, — с порога сообщила Лидос.

От нервного напряжения, не оставлявшего её всю ночь, Ада расплакалась. Лидос принялась утешать.

— Ты поступила благородно,… спасла мне жизнь. Я и не представляла, что ты ко мне так относишься,… никогда не забуду.

Ада растирала слёзы по щекам, кивала головой, словно соглашаясь с её оценкой. Но на самом деле ей было бесконечно жалко Петра Петровича, себя, Лидос, всех, с кем сталкивала её жизнь.

— Теперь я могу спокойно вернуться в Москву, — заключила Лидос — поедешь со мной?

Ада отрицательно покрутила головой:

— Нет. Останусь здесь.

— Почему? — удивилась Лидос.

Ада лишь печально вздохнула. Не могла же она ей признаться, что боится её мужа Юлия Юрьевича, которого та считает законченным неудачником, а Ада злым ангелом своей судьбы.

В дверь постучал Сулейман. Не заходя в номер, коротко сообщил:

— Они уехали в аэропорт. Бояться больше нечего.

Глава сотая

Лето настойчиво наваливалось на город, заполняя набережную группками туристов, вливающихся в праздно шатающуюся толпу. Ада сидела в пластиковом кресле на балконе своего номера, пила мохито и любовалась бухтой. Десятки разноцветных катеров бороздили акваторию, огибая стоящие на приколе роскошные яхты. В воздухе пахло морем, жареной рыбой и свежей хвоей.

После отъезда Лидос впервые для Ады наступили безоблачные времена. Она снимала со своей карты мизерные суммы, которых вполне хватало на все местные радости. Даня был предельно внимателен к ней, с готовностью исполнял любые её желания и старался не упоминать об Игоре. Ада знала, что ему нелегко. Выяснилось, что Игорь тоже болен, но не хочет бросать Анри и буквально ночует в его палате. Сердце Дани разрывалось. Аде требовалось много усилий, чтобы удержать его от поездки в Париж. Хотя главным препятствием была просроченная виза.

У Ады лежал на сердце свой груз. Её печалило то, что Фло после отъезда ни разу ей не позвонил. Умом она понимала, что это к лучшему, но в душе ужасно тосковала по нему. Если бы он полюбил её по-настоящему, они придумали бы какой-нибудь способ быть вместе. А с другой стороны, к чему такому красавцу неполноценная жена-убийца? И все-таки мысли о Фло не давали ей покоя. Поэтому, когда позвонила Гуля, Ада начала с того, что нужно разыскать Фло.

— Ну, не знаю… — неуверенно протянула та. Ей было трудно начинать разговор. Ведь из-за неё чуть не случилось несчастье с Лидос и Адой.