Чтение онлайн

– Девочки… – прошептала Валина. – Холодает!

В амбаре и вправду вдруг стремительно начала падать температура.

– Яйца! – дурным голосом завопила Анна и первая кинулась к своему.

Точно, тепло! Как сохранить яйца в тепле, если на мне только легкое платьице? Другие ведьмы справлялись, кто во что горазд: Валина свернулась клубочком и наколдовала большие шерстяные варежки, которыми обнимала яйцо, Фелисия замотала драконьего детеныша в шляпу, Лекси бормотала себе под нос какое-то заклинание и растирала ядовито-зеленую скорлупу в полосочку.

– Ой… – раздалось испуганное хныканье из угла.

Мы дружно посмотрели на пышногрудую Алису, которая растерянно взирала на небольшой костерок, разведенный под яйцом.

– Да, – пробормотала Лекси, – зря я скептически относилась к отбору. Выбирать ведьму в жены наобум и впрямь опасно для драконьих детей. Ты что сделала?! Он же теперь омлет! Тиффани, а ты что смотришь?! Грей!

Встрепенувшись, я обратилась к яйцу. О боги, хранящие ведьм, я хоть и не ведьма, но помогите мне! Что бы такого придумать-то? Хм… Утром, собираясь на завтрак, я мимоходом увидела в шкафу теплый, мягкий, мохнатый свитерок. Такой очаровательный, что я даже провела по нему рукой. Наверное, его повесили туда на случай прохладных дней, в горах они даже летом могут быть неприятными.

Так почему бы не призвать свитер к себе?

Я закрыла глаза. Бабушка учила облекать магические желания в образы и картинки. Именно поэтому папа запрещал мне колдовать: я не могла, как маги, учившиеся годами, отрешиться от всего постороннего и прочесть заклятье, я и составлять-то их не умела, действовала на эмоциях. Вот и сейчас живо вообразила, как надеваю на пухленькое арбузояйцо уютный свитерок, а потом фантазия понеслась вскачь: вот яйцо лежит в кроватке, вот из него вылупляется маленький дракончик и робко дышит тоненькой струйкой огня…

– Девочки, яйца-то страусиные! – ворвался в мои грезы голос какой-то девицы. – Я точно знаю, у меня папа – фермер!

Открыв глаза, я осторожно осмотрелась. Катастрофы не случилось: ведьмы сидели на местах и отчаянно грели яйца, а у меня в руках был тепленький свитер. В него я и закутала будущего наследника дракона. Получилось немного комично, но зато тепло, я даже гордости за изящный выход из ситуации преисполнилась. А Лекси еще и поделилась с рук крошечным огоньком, который согревал мягкую ткань дополнительно.

– Прямо-таки страусиные? – Лекси с сомнением посмотрела на яйцо. – Может, просто похожи?

– Да точно говорю! Я их знаете сколько в жизни видела?

– Нет, это ни в какие ворота! – возмутилась подруга. – Они что, над нами издеваются? Сначала заставляют высиживать яйца, а теперь выясняется, что даже не драконьи?

– Девочки… – пискнула Валина. – Вы слышите?

– Чего? – Лекси замолчала. – Не слышу. Но вроде теплеет.

На крыше амбара что-то заскреблось.

– По ходу, темнеет, – сказала я.

Только как может темнеть в закрытом амбаре без окон? И что там такое скребется-то? С каждой минутой поскребывание становилось все громче и громче, а потом… потом свет в амбаре окончательно погас и с крыши раздалось мерзкое, пробирающее прямо до костей хихиканье.

Следом за ним что-то поскреблось в дверь, и… ведьмы дружно завизжали.

Сквозь визг я различила вопль Лекси:

– СПОКОЙНО! ЭТО ИСПЫТАНИЕ!

Но испуганных девчонок было не так-то просто привести в чувство. У меня у самой душа в пятки ушла! Нечто скреблось сначала в дверь, потом стучало по крыше, потом одновременно. И хихикало, хихикало каким-то жутким потусторонним голосом.

– Мать драконов! – услышали мы недовольный бас Анны. – Я яйцо раздавила!

Кажется, мы всей гурьбой не пройдем дальше первого испытания.

– Не бойся, драконятятко, – я побаюкала в руках яйцо, – мачеха тебя защитит. Папа у тебя не дракон, а кукушка, подбросил яйцо незнакомой ведьме да улетел. Но ничего-о-о. Вылупишься, вырастешь, я тебя научу рисовать. Будешь первый дракон-художник…

Похоже, со страха у меня начались галлюцинации, но мне вдруг отчетливо показалось, что яйцо чуть затряслось. Хотя в темноте, да под мрачные леденящие душу завывания «нечто» с крыши еще и не то покажется.

Наконец свет вернулся и все стихло. Мы дружно перевели дух, и только Анна понуро снимала с платья ошметки желтка. Как она умудрилась разбить толстенную скорлупу, способную выдержать вес взрослого человека?

– Да что же это за условия, в которых надо высиживать дракончиков, что они так издеваются! – возмутилась Фелисия. – Прямо не материнские обязанности, а противостояние темным силам! Как думаете, что будет дальше?

А дальше раздалось подозрительное «скреб-скреб». Подозрительным оно было оттого, что доносилось не снаружи, а изнутри амбара, в котором мы сидели. А конкретнее – от моего яйца.

Я побледнела и поняла, что скоро мне покажут драконью мать. Вот оно! Причина, по которой мне запрещали колдовать. Стоит сбить мысль в момент применения магии, и все – результат непредсказуем!

Я осторожно положила яйцо на сено, и мы сгрудились вокруг.

– Как думаете, что там? – спросила Валина.

– Дракон, наверное, – сказала Алиса.

– Да ну какой дракон? Это же страусиное яйцо! Там страус!

– Может, это тоже часть испытания? – предположила Лекси.

– Боюсь, это внеплановый эффект, – пришлось признаться. – Примерно такой же, как и с метлой.

По арбузной поверхности яйца пошли глубокие трещины. Оно затряслось, а затем развалилось на три части. Затрещал бедный мягкий свитер, спасший детеныша от холода, завизжали снова ведьмы. Я встретилась взглядом с двумя небесно-голубыми глазищами и услышала ласковое и многообещающее:

– Мама!

У страуса на голове на манер шапочки еще лежал осколок скорлупы, но из свитера и остатков своего бывшего дома он вылез шустро. Мы дружно открыли рот: страус был красно-оранжевых оттенков. Несуразный, на тонких ножках, с торчащими волосинками. Он, неуклюже переваливаясь, спустился с кучи сена и снова выдал: