Чтение онлайн

Тоцци осторожно повернул голову.

– Неужели?

– Именно так. Сам по себе поединок ничего не стоит. Слишком много желающих поживиться добычей, слишком много жаждущих урвать свой кусок. Торговля – другое дело. Ведь ее контролирую я один. – Он указал пальцем себе в грудь. – Все это мое, если не считать некоторого вознаграждения каждому из боксеров. Я вижу по вашему лицу, что вы полагаете, будто я мелю вздор. Кому понадобится это барахло? Но подумайте сами, люди на взводе, ждут не дождутся боя, с ума сходят от ожидания. Это уже не чепуха. И не только тут у нас – повсюду, повсюду будет транслироваться поединок, все кабельное телевидение, восемьсот шестьдесят три студии по всей стране.

Все фанаты, присутствующие на поединках вроде этого, хотят оставить что-то на память, подарить детишкам, они-то и раскупают эти футболки, перчатки, кофейные чашки. Чем лучше бой – а я уверен, что все пройдет прекрасно, – тем больше людей покупают сувениры, даже когда все уже позади, чтобы сохранить в памяти свои впечатления и переживания. Понимаете, о чем я говорю? Я знаю, что это может показаться странным, но так все и происходит. – Нэш покачал головой и снова развернул футболку. – Двадцать баксов за футболку, красная цена которой два доллара. Разве это не грабеж? Что скажете?

Тоцци нахмурился.

– Ничего не скажу.

– Вот как? – Нэш взял красные боксерские перчатки и принялся натягивать их на руки. – Люди, подобно вам, живущие на зарплату, понятия не имеют о том, как работают деньги. Большие деньги.

– Пожалуй, вы правы. – Тоцци глядел на картину на стене:

Сидни в лиловом платье.

– Деньги должны все время оборачиваться, чтобы приносить пользу. Это похоже на игру в наперсток. – Нэш попытался изобразить некие манипуляции рукой в перчатке. – Я передвигаю их сюда, потом туда, но главное в том, что двигаю их именно я. Поэтому я всегда знаю, где что, находится, и всегда выигрываю. И дело тут не в мошенничестве. Дело в контроле.

Тоцци потрогал нос. Кажется, сломан, вокруг ноздрей корка запекшейся крови.

– Чего ради вы рассказываете мне это?

– Почему я рассказываю вам, Майк? – рассмеялся Нэш. – Вам прекрасно известно почему. Потому что я знаю, кто вы на самом деле.

– Так кто же я? Кто вам сказал это? Ваша любимая женушка?

Нэш пододвинул кресло к резиновой груше и принялся молотить по ней.

– Я не знаю вашего настоящего имени, но это не имеет ни малейшего значения. Зато я знаю, что вы чей-то мелкий шпик. Скорее всего агент налоговой инспекции. Или инспекции по торговле алкоголем, табаком и оружием. Так я полагаю, но меня это абсолютно не волнует. Не вы первый и не вы последний. В Вашингтоне всегда найдется какой-нибудь умник, считающий, что он сумеет внедрить в мою систему своего человека и заработать на мне очки. – Нэш, улыбнувшись, покачал головой. – Но сделать своего человека моим телохранителем – это что-то новенькое. Обычно они засылают бухгалтеров, чтобы добраться до моих финансовых отчетов.

Тоцци удивленно уставился на него.

– Не понимаю, о чем вы толкуете.

Это, конечно, Сидни. Сказала ему, что я задаю слишком много лишних вопросов.

– Вам незачем больше притворяться, Майк. Я все знаю. – Он немного побоксировал с грушей. – Вы чертовски надежный агент, Майк. Если бы мне найти таких людей для себя. Ну хорошо. Хотите называться Майком Томаззо, называйтесь. Мне все равно. Что бы вы ни накопали на меня, мои юристы с этим разберутся.

Тоцци ничего не ответил. К сожалению, я ничего не накопал, Расс. Вот в чем проблема.

– Вы кажется, мне не верите, Майк? Если я даже попадусь на крючок, мои адвокаты снимут меня с него. И не потому, что они лучшие из тех, кого можно купить за деньги, хотя они действительно лучшие. Просто потому, что правительству обязательно напомнят о том, сколько денег они зарабатывают на мне ежегодно. Что с того, что я порой нарушаю некоторые правила и обхожу законы? Им выгоднее не трогать меня, потому что я плачу налогов едва ли больше любого другого. Если вы скажете, что я мошенник – а это нужно еще доказать, – то я очень приличный мошенник. Если вы даже докажете что-то, правительство все равно предпочтет получать с меня столько налогов, сколько я решу отдать, чем не получать их вовсе. Важные шишки в правительстве, которые действительно умеют считать деньги, прекрасно понимают, что, прижав меня к ногтю, они лишатся значительных поступлений в казну. В бюджете образуется большая дыра. Но хуже всего то, что они потеряют самого интересного бизнесмена и организатора, какой когда-либо трудился в этой стране свободного предпринимательства и капиталистического образа жизни. – Он пнул резиновую грушу, и она отлетела в другой конец комнаты.

Тоцци кипел от ярости. Ему нестерпимо хотелось засадить этого сукина сына за решетку прямо сейчас, но у него не было никаких фактов и доказательств, и теперь, когда козыри у Нэша, мало вероятно, что вообще удастся раздобыть их. Он пытался найти какие-нибудь зацепки, установить связи, подыскать материал, способный оправдать возможный арест Нэша, но не находил ничего достойного внимания. Постельная болтовня Сидни, невольное ворчание бывшего служащего и бессвязное бормотание Генри Гонсалеса? Все это ерунда. Просто ничто.

Нэш пододвинул кресло обратно к столу и снял перчатки.

– Итак, что же вы узнали, Майк? Что вынюхиваете? Почему бы вам не спросить меня? Может быть, мы могли бы договориться. – Он бросил перчатки на стол. – Вы никогда не бывали на Каймановых островах? Удивительное место. У меня там есть превосходный курорт. Я подыскиваю для этого места надежного консультанта по безопасности. Если пожелаете, я помогу вам завести там собственное дело. У меня есть юрист в Панаме, который посодействует вам. Все будет чрезвычайно комфортно. Вы регистрируете свое дело, вам переводят деньги, и даже не требуется ваше присутствие, чтобы подписывать бумаги. Никому нет дела до того, чем вы занимаетесь. – Нэш усмехнулся и погрозил пальцем Тоцци. – Только не забывайте вовремя платить налоги.

Тоцци жалел, что у него не было при себе диктофона. Панама. Там найдется немало юристов с пустыми кошельками, готовых основать дутую компанию, лишь бы получать наличные. Каймановы острова. Если не хочешь, чтобы тебе задавали лишние вопросы, лучшего места не сыскать. Но тут Тоцци вспомнил про хорошо оплачиваемых юристов Нэша здесь, в США. Даже если бы он и записал разговор с Нэшем на пленку, его расценили бы как посулы и обещания нанимателя, старающегося заполучить хорошего работника. Черт побери, он и в самом деле хитер. Надо прикинуться дурачком, подумал Тоцци. Может, он проговорится и скажет что-нибудь себе во вред. Может быть, будем надеяться.

– Я что-то не улавливаю ход вашей мысли, мистер Нэш.

Нэш улыбнулся и пожал плечами. У него был длинный язык, но он знал, когда следует остановиться.

– Знаете, Майк, вид у вас просто ужасный. Посмотрите на себя в зеркало. Щека распухла, нос тоже. Рубашка вся в крови, а костюм... да его можно теперь выбросить. Господи, на кого вы похожи! Вам нужно поберечь себя. Почему бы вам не отдохнуть немного, не погулять по берегу и не поразмышлять? Когда почувствуете себя лучше, приходите ко мне. Если, конечно, у вас еще будет желание работать на меня. Мы что-нибудь придумаем.