Чтение онлайн

— Но разве Ева не поступила плохо? — запротестовала моя мама. — Разве она не совершила Изначальный Грех?

Фиона улыбнулась.

— Нас заставили так думать древние патриархи: Мужчина мог бы жить в раю, если бы не плохой поступок Евы. А еще я думаю, — сказала она, переведя взгляд на Пандору, — что рай, это не тот дом, который тебе дали — это нечто, за что ты должна бороться. — Затем она посмотрела в мою сторону, как будто знала, что я сижу здесь и слушаю. — Делая выбор снова и снова. Понимаешь? — сказала она.

Я повернулась и взбежала по металлическим ступеням на второй этаж. Я не понимала. Я не верила. Я не хотела принимать в этом участие. И ни при каких обстоятельствах я не хотела становиться Пандорой моей спятившей прапрабабушки.

Глава 16

Я должна закончить наш разговор с Джексоном.

Я отправилась спать, думая об этом, и проснулась с теми же мыслями. Я решила найти его.

Я проделала все свои обычные действия с тепло-холодно и почувствовала тепло где-то поблизости. Я натянула какую-то верхнюю одежду и вышла на улицу, чтобы закончить поиски. Мои ощущения провели меня по дорожке к бабушкиным конюшням. Я сняла задвижку и вошла внутрь.

Внутри было темно — не та темнота, когда появляются тени, абсолютная темнота. Фонарь отбрасывал оранжевый свет на выбеленные стены центрального коридора. Я увидела мужчину верхом на лошади, абсолютно пьяного, которому младший по возрасту помогал спускаться, оба смеялись. На них была одежда из другого периода, другого столетия. Младший выглядел более утонченным, пуговицы были в военном стиле, одежда была отделана тесьмой.

Мужчина вывалился из седла, едва не увлекая за собой второго.

— Полегче, приятель, — пробурчал младший, пытаясь удержать старшего на ногах.

Подвыпивший мужчина соскользнул вниз по стене и развалился на соломе, разбросанной на камнях.

— Давай это сюда, — сказал он.

— Подожди, ответил младший, открывая дверцу стойла.

Мужчина на полу замахал рукой.

— Давай это…

— Я же сказал, подожди, — приказал младший. — Это животное хорошо послужило и заслуживает отдыха. — Он завел лошадь в стойло и вышел через минуту, держа в руках седло и уздечку.

— Боже, я хочу еще выпить, — сказал старший. — Я не хотел никого обидеть.

Младший передал ему фляжку.

— Что за счастливчик этот Добсон, — пробормотал он, нервно оглядываясь по сторонам, — ему принадлежит все это.

И тут я смогла рассмотреть его лицо. Красивое лицо, тонкая кость, чувственные губы, глаза одновременно и голубые и темные.

— Ужасный счастливчик, — согласился мужчина на полу.

— Но еще и чертовски гениальный. Говорят, что его корабли всегда возвращаются, даже если другие не смогли.

— Невероятный везунчик, — ухмыльнулся пьяница. — Каждое решение он принимает, подбрасывая монетку.

— Подбрасывая монетку? — переспросил младший, усаживаясь рядом. — Вот уж не думаю.

— Богом клянусь, — небрежно произнес другой. — Он называет ее… счастливой монеткой. Она всегда говорит ему правду. И так это и происходит.

— Его счастливая монетка, — задумчиво повторил младший, и улыбнулся. А у меня мелькнула глупая мысль, — Какие же у тебя большие зубы.

От прикосновения к моему плечу я подпрыгнула, но затем услышала голос Джексона.

— С тобой все в порядке, Сара?

Я посмотрела на него, слегка прищурившись от яркого солнечного света.

— Все хорошо.

— Тени? — предположил он.

Я кивнула, но не стала вдаваться в подробности.

— Пошли сюда, я здесь. — Он вошел в стойло и закончил разбрасывать свежую солому на полу. Я стояла в сторонке и наблюдала за его работой. — Мы можешь принести немного люцерны? — спросил он, указывая на что-то за моей спиной.

Я повернулась в ту сторону, захватила немного зелени, которую я там увидела и принесла ее в стойло. Он бросил ее в кормушку.

— Ты это делаешь каждый день? — спросила я. — Даже в праздники?

Он терпеливо улыбнулся.

— Я пытался убедить лошадей быть более рассудительными, но они продолжают настаивать на ежедневной кормежке. — Он пожал плечами. — Я не делаю это триста шестьдесят пять дней в году. Когда трава заканчивается, они не нуждаются в ней так часто, и зимой, если я не могу прийти, у меня есть приятель, который приходит и делает это за меня. — Он оставил вилы в коридоре, за пределами стойла, затем открыл наружные двери и завел лошадь обратно внутрь. Она медленно потрусила к кормушке. Он погладил ее и потрепал по шее, когда отвязывал ее. — Мне вроде даже нравится делать это сегодня. Устраивать лошадей в тепле и уюте. Это как-то по-рождественски — Иисус родился в конюшне, ты же в курсе?

Это было полностью в стиле Джексона — практично и поэтично одновременно. Я даже забыла, что сегодня канун Рождества. Каким-то образом перепрыгивание сквозь время усложнили возможность уследить за обычными днями. Я воспользовалась моментом и вдохнула запах, запах Рождества. Я заметила, что он снова смотрит на меня.

— Слушай, — сказала я, — мы можем поговорить еще о… том, о чем мы разговаривали вчера?

— Я думаю, что мы даже должны это сделать.

— Я говорила тебе, что я вижу кусочки из другого прошлого — у тебя есть мысли, почему?

Он оперся о длинную ручку вил.

— Я считаю, Сара, что кто-то в том времени сделал что-то, что все изменило — из-за чего все события пошли по другому руслу. — Он выжидающе посмотрел на меня, но я не поддержала его. Я была занята обматыванием куска веревки вокруг пальца левой руки. — Ты знаешь, кто это был?

— Может быть, — сказала я.

— Может быть? — он казался слегка удивленным. — Если бы мне нужно было угадывать, я бы сказал, что это ты. Я прав?

— Я не знаю, — ответила я немного дерзко. — Может быть. Я так думаю. Я разбудила Мэгги. В другом времени она должна была умереть, когда находилась в коме, но я нашла ее в зазеркалье и разбудила ее.