Чтение онлайн

В богатейшем и красивейшем городе Крита Кноссе за высокими стенами укрылись храмы, в которых человеческие жертвоприношения заменили собой старые обряды плодородия. Служители новых богов и богинь набирают себе приверженцев из местной знати, которые разносят в свои дома и семьи новые символы культа и ритуалы.

В тот день, как уже было не раз, в одном из таких храмов происходил обряд жертвоприношения.

Огонь в масляных светильниках играет живыми бликами на больших каменных плитах, служащих стенами храма. В центральном помещении на возвышении стоит деревянный идол богини в рост человека. Одежда на нем, кажется, трепещет в отблесках огня, и сам он будто дрожит, с нетерпением ожидая момента, когда снова можно будет вдохнуть сладкий запах свежей, еще теплой крови.

В соседней комнате на низком алтаре лежит связанный, славно бык перед закланием, восемнадцатилетний юноша. Он смотрит, как неумолимо приближаются к нему боги ночи, вселившиеся в тела трех жрецов. Ему было страшно, когда священнослужители — двое мужчин и женщина — бились в исступленном танце, предаваясь во власть богов, но теперь, под взглядами обезумевших людей, в расширенных зрачках которых прыгают тени смерти и языки пламени, чувство страха переходит в ощущение безысходности. Его обнаженное тело уже во власти царства мертвых, оно бьется в ознобе, а мысли путаются, перебирая имена богов, мешая их с именами милых, любимых людей. Тех, мысль о которых делала жизнь наполненной теплом и солнечным светом. Кто может помочь, кто ближе, люди или боги? Где они все? Холод, леденящий холод, страх и неземная тоска. Последнее ощущение жизни — прикосновение к горлу холодной бронзы ритуального кинжала, хруст разрезаемого хряща, тепло, струящееся по коже…

Жрец откладывает в сторону нож и быстро подставляет под струю чашу с изображением быка. Двое других устало и отрешенно смотрят на кровь, стекающую в сосуд. Чаша наполнилась, жрец медленно встает и несет ее, направляясь в покои божества. Вот он уже в коридоре, в двух шагах от жилища идола, видит его лицо, освещенное дрожащим пламенем светильников. Все замерло перед финалом, ни одного звука, ни одного дуновения…

И вдруг пол ушел из-под ног. Ужасающий грохот потряс весь остров. Чаша падает из рук, обрушиваются стены — каменные глыбы. Огонь масляных ламп разливается под обломками перекрытий, охватывая пламенем пропитанное кровью чрево святилища, как желудок раздавленного ненасытного зверя с его содержимым — телами жрецов, кусками деревянного бога и ритуальными предметами. Под горящими руинами храма тьмы в одно мгновение погребены и жертва, и палачи.

Дома, храмы, города Крита превратились в руины. Все громче слышен стон и отчаянные крики искалеченных людей. И еще грохот и удары земли… И еще. Словно земная твердь сама обезумела от этих безумных обрядов. И, не в силах их больше терпеть, мстит человеку за унижение жизни, которую она ему подарила…

Такие события — не страница из художественного романа. Это в точности происходило на острове Крит три с половиной тысячи лет назад. Землетрясение во время человеческого жертвоприношения — факт, установленный археологами Сакелларакисами при раскопках на острове в 1979 году. [72] Кровавые обряды возобновлялись раз за разом, как только жизнь критян входила в свое привычное русло, и раз за разом остров сотрясался от землетрясений, пока цивилизация минойцев окончательно не пала под ударами стихии и нашествием воинственных варваров.

Природные бедствия всегда были одной из главных причин гибели цивилизаций. Наводнение или, наоборот, уход водных потоков в толщу земли. Нашествие пустынь или разрушительные землетрясения. Орды кочевников, армии иноземцев только помогали работе природы, разоряя города, обленившиеся среди роскоши, сметая империи, раздираемые интригами алчных правителей. Следы таких катастроф многочисленны. А самая грандиозная катастрофа, оставившая неизгладимый след в памяти народов и в анналах природы — гибель Атлантиды.

Предания относят конец Атлантиды ко времени, отстоящему от нас на 10–12 тысяч лет. < Мальцев С. А., 2003 >

Как определили английские гидрологи, обследовавшие поверхность Большого египетского сфинкса, 12 000 лет назад его омывали воды мощного потопа. [73] Дату этого события уточняют лунный календарь древнего Вавилона и один из древнеегипетских календарей, которые имеют общую переломную точку, ставшую началом нового послепотопного времени. Эта точка приходится на 11542 год до нашей эры. [74] Подобное схождение обнаруживают календари Индии и Южной Америки, точка перелома приходится у индусов на 11652 год до н. э., а у южноамериканского народа майя — на 11653 год до н. э. Разница всего в один год.

Древнегреческий ученый Прокл (412–485), писал:

«Знаменитая Атлантида не существует более, но едва ли можем мы сомневаться, что она существовала однажды… ибо … это засвидетельствовано теми, кто писали повествования о внешнем мире. Так они передают, что в то время в Атлантическом Океане было семь островов, посвященных Прозерпине; и кроме этих еще три, огромного размера, посвященные Плутону… Юпитеру… и Нептуну. Но, помимо этого, жители последнего острова, благодаря рассказам своих предков, сохранили память о чудовищных размерах Атлантического острова, управлявшего в продолжение многих периодов всеми островами в Атлантическом Океане. От этого острова можно было пройти на другие большие острова, расположенные недалеко от суши, около которой находится настоящее море». [75]

Из этого следует, что разрушение Атлантиды было растянуто во времени, может быть, на века или даже на тысячелетия, и происходило в несколько этапов. Тогда сто десять лет разницы между рассмотренными парами календарей — 11542 и 11652-3 годы до н. э. — выглядят естественно. Сначала Атлантида — «чудовищных размеров» остров, потом — архипелаг нескольких больших островов, и уже в конце серии катастроф все, что осталось напоминать о ней — это маленькие островки, бывшие когда-то макушками ее высоких гор. Сан-Паулу, Азорские, Канарские, Багамские, Бермудские, острова Зеленого Мыса, как мы их сейчас называем. Геология этих оставшихся на поверхности островов указывает на то, что суша здесь за свою историю не один раз уходила под воду и поднималась опять. Породы, слагающие их, состоят из слоев чередующихся континентальных и морских отложений, разделенных прослойками вулканической лавы. < Мальцев С. А., 2003 >

Дно океана на месте затонувшей Атлантиды не покрыто толстым слоем морского ила, а, напротив, хранит на себе следы выветривания. Оно прорезано мощными каньонами, некоторые из которых являются продолжением русел больших рек, впадающих в Атлантических океан со стороны Америки и Европы, и текших когда-то по плодородным равнинам страны великанов. Другие каньоны — русла рек, протекавших по долинам острова и бравших свое начало в его высоких горах.

После затопления Атлантиды Гольфстрим, теплое течение Атлантики, не имея больше преграды на пути, устремил свои воды дальше, изменив климат Северной Европы. И еще молчаливые свидетели существования легендарного острова — похожие по видовому составу пресноводные рыбы, обитающие в реках по обе стороны океана, которые никаким образом не могли переселиться с одного материка на другой через огромные пространства соленой воды. [76]

Когда европейцы начали посещать американский континент, то они слышали много слов с необычным корнем «атл», подобного которому нет ни в одном языке Старого Света. Некоторые племена называли свою землю Атланта. В языке одного из самых древних народов Америки — тольтеков — «атл» означает воду, войну и макушку головы; от них образованы слова «атлан» — пребывание среди воды, «атлана» — сражаться. Существовал даже город Атлан, который с приходом европейцев пришел в упадок и стал называться Акло. [77]