Невидимые
Шрифт:
– Ну, не все... Те, кому надо.
– Но почему... с ним ничего не случилось?
– А зачем? Так он пользу не только легавым приносит.
– Ну надо же, как устроился!
Либо прикидывался, либо в самом деле ничего не понял.
– Червянь твой, поди, сдох бы от радости, если бы узнал, что эта фиговина придет на базар.
– Да... Это точно.
На сей раз Тощий задумался. Алекс почти слышал, как шевелятся его мысли.
– Какой он?
– Червинский-то? Хмм... Так и не скажу сходу. Незаметный, что ли? Все невидимых своих шибко ищет и меня вот с ними замучил.
– На что они ему сдались, как считаешь?
– Ну так сыщик же он. Вот, говорит, что ловить таких должен.
– А такие - это какие?
– Те, от которых в городе беспорядок. Он так говорит.
– Такие, как ты, что ли?
Тощий нервно почесался.
– Выходит. Да, точно. Как-то раз Червинский прямо так и сказал.
– То есть, он говорит, что хочет, чтобы в городе был порядок. И ничего больше. Ты ему веришь?
– Пожалуй... Да. Отчего нет?
– Тощий никак не мог понять, что от него нужно.
– Да хотя бы оттого, что никому нельзя верить.
Тощий зверски сосредоточился - аж исказился гримасой. Алекс, глядя на него, громко расхохотался.
– Да ладно тебе... А если врет, то что тогда ему нужно?
– Думал, как раз ты мне и расскажешь.
Тощий покачал головой. Закурил. И, наконец, ожидаемо спросил:
– Лексей... Пройдусь я? Прямо тут, в сквере. Близко.
Алекс пожал плечами:
– Я тебе мамка?
Тощий подскочил.
– Я быстро! За час обернусь.
– Да мне-то что?
Через миг он уже скрылся с глаз, громко хлопнув дверью.
– Щукин! Щукин, мать твою! А ну, иди сюда!
Из-за шторы высунулась румяная щека.
– Принеси выпить, что ли...
До вечера осталось совсем недолго. Алекса все сильнее одолевало приятное подзабытое нетерпение. Даже сердце, казалось, билось чаще.
Тянуло размяться, что там говорить. Вовсе не из-за Тощего, нет. Просто хотелось.
***
Сыщик так и не назвал новое место, куда теперь приходить. Так что Макар по старой памяти поспешил в гостиницу "Офелия". Попросил у старого Ферапонта бумагу и карандаш, старательно вывел: "Очень важно знаю где невидимые В Утро воскресения скажу".
В последнее время они, как правило, встречались по вторникам, но сегодня - лишь пятница. Когда Червинский получит записку? Не окажется ли к тому времени слишком поздно?
Нужно ждать и надеяться. Если все пройдет так, как нужно, и полицейские схватят невидимых... У Червинского ведь больше не будет причин держать при себе Макара?
В мечтаниях он совсем позабыл планы на вечер. Вспомнил, лишь переступив порог театра - как будто ледяной водой окатило.
На сцене, как обычно, кривлялись. Актеры раз за разом повторяли одно и то же. И не скучно им. И не надоест.
– Ну что, Тощий? Передумал стукача ловить?
– равнодушно спросил Алексей со своего привычного места в зале.
– Да как можно!
– Ну, так пора. Темнеет.
– Как, прямо сейчас?
– страх холодными пальцами сжал изнутри пузо.
Алексей встал, лениво потянулся и направился к выходу, явно не намереваясь отвечать. Макару только и оставалось, что поспешить следом.
– Ты сразу за "Муськой" ждать останешься, а я сперва гляну, кто к тебе подойдет.
– Но мы же зайдем сначала к твоему другу?
– Зачем?
– Ну... Не идти же всего вдвоем.
– А сколько тебе нужно для такого фуфла?
– Но что мне одному с ними делать, когда придут?
– голос жалко дрогнул.
– Разговоры говорить. Про то, что Степка твой, или как там его, на подходе. И меня ждать. Или что-то еще не ясно?
"Да ровно все!"
Макар промолчал.
В безмолвии спустились в Старый город. Подошли к трактиру, недалеко от ворот которого бродяги заранее развели огонь. Летняя ночь настигала быстро, а фонари в овраге не водились.
– Иди на место и жди, - шепнул Алексей. Не дожидаясь ответа, он двинулся к костру.
Макар обогнул трактир, повторяя про себя, что все скоро закончится.
Задний двор освещала керосиновая лампа, подвешенная на вставленный в стену крюк. Вроде пока никого.
Обошел, огляделся. Поодаль, под навесом, обнаружил бочки и пару криво сделанных табуретов. Прихватив один, Макар вернулся под лампу. Сел и стал ждать, как и велено.
Время тянулось медленно, да и прошло его немало - совсем стемнело.
Макар уже давно решил, что никто не придет, и почти собрался идти на поиски Алексея, когда на задний двор зашли трое. Скорее всего - просто местные забулдыги.
– Здорово. А где Степан?
– они приблизились, и Макар узнал светловолосого из рабочего кабака.
– Здорово. Отошел он. Сказал, скоро вернется. А вы что так долго?
– не удержался.
– Ты же сказал - приходите, как стемнеет. Вот мы и ждали.
– А ты тут что, один?
– спутник светлого все оглядывался по сторонам - неужто с опаской?
– Ну да... То есть, мы вдвоем со Степаном.
– Вот рисковые!
– Да брось, - светлый коснулся приятеля.
– Значит, у Степана нынче и в Старом городе дела.
Алексей велел наблюдать и думать - Макар старался, как мог.
– А вы что, впервой?
– Как сказать...
– начал светлый.
– Да, чего уж там! Впервой. Раньше, бог миловал, не доводилось.
– Ну ты что, Федя?
– одернул светлый.
– Это ничего, обвыкнитесь. Не страшно, - Макар отбросил недокуренную папиросу, чтобы скрыть дрожь в руках.