Чтение онлайн

Они как раз вошли в приёмную апартаментов Невменяемого и тот сразу же замер, расставив руки в стороны. А брат и сестра Шиловски принялись быстро снимать с него ворох наград. Бабу вместе с Шесланом Туличем тут же аккуратно складывали сверкающие предметы в специальные футляры и паковали в жесткий дорожный кофр. Оказывается, распорядители празднества сразу же передавали эти футляры телохранителям ещё до награждения.

С досадой рассматривая приготовленные баулы, Невменяемый с горечью осознавал ту прорву несделанных дел и не выполненных обещаний. Как ни странно даже Сильвия ему припомнилась, племянница Брига Лазана, и страшно захотелось с ней увидеться и попрощаться. Да и с самим асдижоном хотелось перед дальней дорогой хоть несколькими словами перекинуться. Много недоговорённостей осталось у него и с наследной принцессой. Ведь они так и не обговорили свои линии поведения при повествованиях о плене и неопределённость о сути их интимных отношений была довольно неясна. Оставалось только надеяться, что Элиза не затаила на него какой-нибудь обиды и в дальнейшем не возведёт в ранг недоброжелателей или чего ещё похуже.

Да и с многими друзьями, соратниками хотелось просто по-человечески попрощаться. А тут приходится съезжать тайно, словно в бега какие подался.

Только вот раздумывать было некогда, и Кремон со всей присущей ему интенсивностью подключился к сборам вещей и экипировке оружия.

– Что с лошадьми?

– Должны уже быть готовы. Выедем через служебные ворота.

– Как там мой Торнадо?

– Сам я его не видел, – ответил Бабу, – Но конюхи сказали, что всё так же безобразничает и резвится.

– Это он от безделья. Кстати, как будем передвигаться после озера? Или так и продолжим плавание по Гранде?

Обычно путешественники так и делали, добирались на суднах до самого Бонати, торгового центра восточнее Себерецких гор, и уже оттуда добирались до столицы по ровному как стрела тракту. Только в данном случае приходилось спешить изо всех сил, и полковник Однорукий сразу же возразил:

– Нет, это слишком долго. Нам приготовят подменных лошадей через каждые два часа пути. А за своего Торнадо не переживай, его потом спокойно приведут в столицу.

– Кстати! Где мои волшебные плоды?

– Вот в этой сумке, – ткнула Мирта пальчиком. – А мне жаль, что так и не успели посмотреть на твоё дерево. Вдруг оно уже тоже плодоносит?

– Вряд ли, – почесал за ухом Невменяемый. – Слишком мало времени прошло. А ещё бы несколько плодов для посещения и исследования Сонного Мира не повредили бы.

– Когда это ты собрался спать? – на мгновение замер полковник, – У нас уже каждый час дороги расписан. Только когда будем пересекать озеро – сможем спать всё время.

– Думаешь, удастся?

– Он может и думает, а я – знаю! – строго поджал губы профессор медицины. – Ты вон и так последние несколько суток не спал, а это тоже моё упущение.

– Может не надо со мной обращаться как с больным? – возмутился Кремон и тут же пожалел об этом. Потому что тот час на него набросились все пятеро и принялись наперебой высказывать свои замечания о его непослушании, самолюбовании, авторитарности и полному игнорированию элементарных норм отдыха и трудового цикла.

Пришлось поднять руки верх и запричитать:

– Может, хватит? А ещё друзья называются! Создаётся впечатление, что для того выслуживания перед королём Энормии вы меня готовы меня спеленать как младенца.

На что Мирта тут же радостно закивала:

– Ой! Какая отличная идея! Я бы тогда хоть спокойно выспалась.

На заднем дворе их встретил Аллан, первый помощник герцога Каррангаррского. Да и за время боевых приключений в Великом Походе он стал для всех энормиан самым настоящим другом. Поэтому когда узнали, что ему приказано сопровождать отряд до самой границы, обрадовались все.

Больше никто попрощаться с уезжающими не вышел. Да оно и понятно было, не до того: практически уже сегодня, поздно ночью было намечено подписание договора и основных соглашений о сотрудничестве и взаимопомощи. И в интересах государства никто и помыслить не мог покинуть Дарину Вторую хоть на несколько минут.

А многие остальные друзья и приятели пребывали в полной уверенности, что Кремон со своей группой вновь возвращается в подземное царство. И они там встретятся в самое ближайшее время.

Семь всадников довольно быстро добрались до порта и там уселись на самое быстроходное судно в королевстве, которое принадлежало непосредственно владычице и её семье. Да и само название «Волшебная чайка», говорило о неординарности небольшого с виду кораблика. Снасти для парусов на нём тоже наличествовали, только вот ни ветра, ни вёсел для движения не понадобилось. Когда лошадей разместили в трюме, а люди разложили свои баулы в кормовой надстройке, то только тогда Алехандро заметил, выглянув в иллюминатор:

– А ведь мы уже довольно далеко от берега!

Все поспешили на внешнюю палубу, посматривая на проносящиеся мимо бортов барашки волн. Невменяемый тут же потребовал от помощника герцога:

– Признавайся Аллан, какая сила нас подталкивает?

Его чуть старший коллега с невероятной гордостью, словно корабль принадлежал ему лично, стал давать пояснения:

– «Волшебная чайка» – единственный корабль в мире. Подобных больше нет. Так что нам выпала великая честь проехаться на таком чуде древней магии. Для движения здесь используются два водомёта в кормовой части судна. Силы для водомётов накапливают сразу двумя способами: небольшую часть сбрасывают на древнее приспособление в трюме Эль-Митоланы, а большую часть даёт само озеро. Насколько я знаю для скоростного путешествия на тот берег и обратно достаточно простоять в порту несколько суток и «обобрать» силёнки у парочки наших коллег.

Полковник Однорукий пытался заглянуть в каждую щель корабля:

– Сколько же человек команды на борту?

– В данный момент справляется четыре человека. Конечно, когда королева желает прокатиться по озеру под парусами, на борту работает ещё двадцать опытных матросов. Но делается это только во время водных парадов и больших государственных праздников.

– Удивительное судно! – не сдержался Кремон от восклицания. – И сколько же ему лет?

– Сам бы хотел знать, – признался Аллан. – Да только герцог так на меня посмотрел при моём подобном вопросе, что я больше не спрашивал.