Чтение онлайн

– Порядок, – согласился Кейс и щелкнул симстим-переключателем.

– …к сожалению, только так. – 3-Джейн бинтовала голову Молли. – Наш аппарат показывает, что сотрясения нет, а глаз можно восстановить. Ты раньше не очень его знала?

– Совсем не знала, – бесцветно ответила Молли.

Она лежала то ли на высокой кровати, то ли на обитом мягким столе. Раненая нога ничего не чувствовала, ее словно вообще не было. Синестезический эффект укола вроде прошел. Черный шар исчез, но руки Молли были зафиксированы мягкими ремнями, не попадавшими в поле зрения.

– Он хочет тебя убить.

– Похоже, – сказала Молли, глядя в потолок, мимо ослепительно-яркой лампы.

– А вот я, пожалуй, не хотела бы, чтобы он тебя убил, – сказала 3-Джейн.

Преодолев боль, Молли повернула голову и посмотрела ей в глаза.

– Не надо играть со мной, – сказала она.

– А ведь я бы, пожалуй, хотела с тобой поиграть. – 3-Джейн наклонилась, откинула со лба Молли волосы и легко клюнула ее губами. На светлой галабии проступали пятна крови.

– Где он сейчас? – спросила Молли.

– Колется, наверное. – 3-Джейн выпрямилась. – Он очень тебя ждал. Наверное, будет забавно за тобой ухаживать, Молли, пока ты не выздоровеешь. – Она улыбнулась и рассеянно вытерла окровавленную руку о бедро. – У тебя перелом со смещением, нужно вправить, но это мы устроим.

– А как же Питер?

– Питер? – 3-Джейн чуть тряхнула головой, на ее лоб упала прядь волос. – Питер становится довольно скучным. Наркотики – вообще скучная штука. Во всяком случае, – хихикнула она негромко, – когда их принимают другие. Как ты заметила, мой папаша был заядлым наркоманом.

Молли напряглась.

– Да ты не бойся.

Пальцы 3-Джейн поглаживали оголившийся живот Молли.

– Его самоубийство – результат моего вмешательства в работу морозильника. Понимаешь, я же ни разу с ним не встречалась. Я появилась на свет во время его последнего сна. Но знаю его я очень хорошо. Ядро знает все. Я видела, как он убил мою мать. Вот поправишься немножко, и я тебе покажу. Он душит ее в постели.

– Зачем он убил ее?

Здоровый глаз Молли сфокусировался на лице 3-Джейн.

– Он не принимал ее концепцию развития нашей семьи. Это она заказала постройку наших искусственных разумов. Мама была визионерка. Мечтала о симбиозе между семьей и этими ИскИнами, чтобы деловые решения принимались сами собой, без нашего участия. Даже, пожалуй, все наши сознательные решения. Тессье-Эшпулы должны были стать бессмертными, роем, где каждый из нас был бы частью некой большей сущности. Потрясающе. Я тебе прокручу ее записи, у меня их около тысячи часов. Но я маму никогда толком не понимала, а с ее смертью это направление было утрачено. Мы вообще утратили всякое направление. Зарылись внутрь самих себя. Теперь мы даже редко покидаем виллу. Я – исключение.

– Ты говоришь, что пыталась убить отца? Изменила программы работы морозильника?

3-Джейн кивнула:

– Я получала помощь. От призрака. Когда была маленькая, я думала, что в ядрах живут духи. Голоса. Одним из них был Уинтермьют – это тьюринговский код нашего бернского ИскИна. Кстати сказать, тебя направляет не весь этот мозг, а нечто вроде подпрограммы.

– Одним из них? А что, есть и другие?

– Другой. Но он давно со мной не разговаривал. Надоело, наверное. Я подозреваю, что оба они развились из определенных способностей, заложенных по маминым указаниям в исходную программу, но точно не знаю – мамочка была особой весьма скрытной. Вот. Выпей. – 3-Джейн поднесла к губам Молли гибкую пластиковую тубу. – Это вода. Много не пей.

– Ну как, лапочка? – раздался веселый голос Ривьеры. – Развлекаешься?

– Оставь нас одних, Питер.

– Играешь в доктора…

Неожиданно в десяти сантиметрах от носа Молли появилось ее собственное лицо. Безо всяких бинтов. На месте левой зеркальной линзы зияла наполненная кровью открытая глазница, из которой торчал длинный осколок серебристого пластика.

– Хидэо, – сказала 3-Джейн, гладя Молли по животу, – если Питер не уберется отсюда, сделай ему больно. Иди, Питер, поплавай.

Видение исчезло.

В темноте перевязанного глаза светилось – 07:58:40.

– Он сказал, что ты знаешь код. Питер сказал. Этот код нужен Уинтермьюту.

Внезапно грудь Кейса ощутила легкую тяжесть латунного ключа.

– Да, знаю. – 3-Джейн убрала руку. – Я выучила его еще ребенком. Думаю, во сне… А может, он был где-то в этой тысяче часов маминого дневника. Но, думаю, Питер прав, убеждая меня не выдавать код. Если я верно понимаю, потом придется выяснять отношения с тьюрингами, а к тому же духи – народ капризный и ненадежный.

Кейс вышел из симстима.

– Странненькая девочка? – ухмыльнулся Финн с экрана старого «Сони».

Кейс пожал плечами. Он повернул голову и увидел, как по коридору возвращается Мэлком, с обрезом в руке. На лице растамана сияла улыбка, голова его качалась в такт неслышимому ритму. Из кармана безрукавки к ушам тянулись тонкие желтые проводки.

– Даб, – сказал Мэлком.

– Ты что, охренел? – поинтересовался Кейс.

– Да все я нормально слышу. Вполне праведный даб.

– Ну-ка, ребятки, – вмешался Финн, – давайте на низкий старт. Сюда едет ваш транспорт. Я не обещаю множество роскошных трюков, вроде той картинки восемь-Джина, на которую купился швейцар, но подбросить вас к логову три-Джейн – за ради бога.

Когда в конце коридора из-под бетонной арки вывернула автоматическая тележка, Кейс как раз отсоединял переходник. Скорее всего, именно на ней ехали те негры, но теперь их не было. «Браун», намертво вцепившийся в обивку сиденья, дружелюбно подмигивал единственным своим красным глазом.