Нейронафт. Часть 2
Шрифт:
Только сейчас я замечаю, что нити покрыты каплями прозрачной жидкости, типа клея, а желеобразная масса быстро надувается, хлюпает и у неё разрывается поверхность, по которой быстро бежит трещина.
«Ловушка! — Выстреливает у меня в голове. — Надо рвать отсюда когти! Эти нити ловят добычу, а потом затаскивают её внутрь этого желе, которое заживо переваривает свою жертву, а потом выплёвывает кости!»
Я делаю шаг назад. Уклоняюсь от нитей. И уже готовлюсь сигануть вниз, только бы избежать встречи с ними, как… позади меня, мгновенно схлопываются края туннеля, в который я залез, и я остаюсь один на один с невиданным хищником, который так мне напоминает плотоядное растение Сотканного мира!
Эпизод 11. Огненный шквал
Путь к отступлению отрезан.
Жопа!
— Назад! Назад! — кричу я Пауку. — Живо!
Меньше всего на свете я хочу сейчас остаться один в темноте, если моего биомеха утянут наверх эти нити и его схарчит эта биомасса.
Паук понимает меня с полуслова. Он забегает за меня, не забывая стоять так, чтобы я видел, что происходит спереди.
А спереди надвигаются нити.
Быстро.
Неумолимо.
Скользят, как тени. Как ожившие водоросли.
Бах!
Я открываю по ним огонь из дробовика.
Бах!
Палю одиночными, экономя кислотную картечь. Уже про себя решив, что, когда у меня кончатся патроны, я достану клинок и буду отбиваться до последнего, или же попытаюсь прорубить себе дорогу вперёд, или же назад. Попытаюсь разрезать плоть, которая схлопнулась позади меня, и я оказался в ловушке, попав в живой капкан, как насекомое, угодившее в венерину мухоловку.
Бах!
Нити обрывает. Забрызгивает кислотой, и они обугливаются, будто их обожгло пламя.
Нити реагируют. Скручиваются в жгуты. Раскручиваются и прут на меня, стараясь обойти с разных сторон.
Их десятки! Сотни!
Такие тонкие и очень длинные змеи.
Я прижимаюсь к стене коридора. Точнее, к той его части, которая закрылась за мной и, палю и палю в эту тварь, которая хочет сожрать меня заживо!
Бах!
Пучок нитей разлетается в стороны, а затем снова собирается и они лезут, лезут, лезут!
Со стороны это похоже на внезапно ожившие волосы. Я, мысленно, считаю оставшиеся заряды и уже думаю, когда мне доставать клинок, попутно, лихорадочно размышляя, как мне уничтожить это существо.
Мой мозг работает в режиме взбесившегося компьютера. Руки действуют сами по себе, в то время, как я анализирую ситуацию.
«Картечью это не убить».
Я перевожу ствол вверх и стреляю в желе на потолке.
Бах!
Шарики пробивают массу и оставляют в ней с дюжину чернеющих дырок, которые быстро затягиваются этой же плотью.
«Чёрт! Как это убить?! Как?!»
Время для меня растягивается, уплотняется. Наверное, я сам это делаю, раздвигаю и переформатирую слои, чтобы купить себе фору, но это — не может продолжаться вечно!
Перебираю в голове все возможные варианты и…
«Бинго!»
Бах!
Ещё одна часть нитей испаряется на моих глазах, но другие уже почти до меня добрались.
«Огонь! Мне нужно пламя! Типа огнемёта, которого у меня нет! Но высокая температура — это — выход! Нужно сжечь здесь всё дотла, в пепел!».
— Сделай мне горючую смесь! — приказываю я Пауку. — Быстрее! Сможешь?
Что я буду с ней делать, я ещё не придумал, но, обязательно, придумаю!
Паук, (Кто бы мог подумать!) ничего мне не отвечает, а только снова погружает щупальце в багровую жижу и начинает закачивать её в себя.
В этот момент меня касаются алые нити. И там, где они касаются моей брони, остаётся такой след, как от ожога.
— Млять!
Они приклеиваются ко мне. Тянут меня к желе на потолке. Стараются оплести мои руки и ноги, словно гадюки.
Я, пока ещё могу это сделать, убираю дробовик и вынимаю из-за спины клинок.
Поехали!
Ширх!
Ширх!
Костяной меч запел свою песнь смерти!
Я легко перерубаю нити и начинается месиво!
Взмах!
Поворот!
Направо!
Налево!
Направо!
Налево!
Я стою на месте, ибо попытка войти в раж и кинуться в гущу нитей, означает для меня смерть!
Рублю. Рублю и рубли эти нити, и в воздухе, в тусклом неоновом свете от Паука, остаются такие алые росчерки, словно в этих нитях течёт настоящая кровь, и её брызги повисают в воздухе.
— Долго ещё?! — кричу я Пауку. — Ускоряйся, а не то мы оба с тобой станем кормом для этой хрени!
В этот момент я чувствую, как меня хватают за ноги. Валят и волокут вперёд. Во тьму.
— А… Зараза!
Я рублю клинком наотмашь. Почти наугад, только примерно себе представляя, где находятся нити, которые меня схватили.
Ширх!
Лезвие высекает искры. Разрезает большую часть нитей, и они меня отпускают, а одновременно с этим ко мне приходит резкая боль в лодыжках.
Я, прямо через броню, которая является моей живой внешней оболочкой, чувствую нарастающее жжение. Это, как если бы, меня стеганули крапивой по ноге.
Жжёт, но терпимо. Это даёт обратную связь. Позволяет ощутить потерю, а не притупляет чувства, отрезвляет, а иначе, в горячке боя, можно ощутить себя неуязвимым и пропустить удар.
— Ну?! — снова кричу я Пауку. — Готово?!
Биомех молчит, он же — немой.
Только поднимает щупальце над своим корпусом, и я вижу, как на нём появляются грязно-бурые капли со смолянистым оттенком.
«Горючая смесь! — говорю я сам себе. — Теперь, внимание, вопрос, а как её использовать? У меня же нет огнемёта, ёмкости, куда её можно перелить и прочей фигни. Да, даже зажигалки нет, чтобы её запалить! Только… если…».
Идея будто повисает в воздухе.
«Распылить горючку, как аэрозоль! А потом, как-нибудь поджечь! Создать эффект, как от термобарического боеприпаса! Чтобы здесь всё разнесло к херам и сожгло!»