Чтение онлайн

Бух!

Я, со всего маха, впечатываюсь ногами в податливую массу, как в морской песок. Или же эта фигня ударила меня по ногам, взметнувшись снизу?

А хрен его знает! Я не удивлюсь, если я, на самом деле, сейчас подвешен вниз тормашками и могу ходить по потолку.

Ширх!

Тьма слетает с моих глаз, точно с них сдёрнули чёрное полотно. Я ощущаю себя живым и… я стою, (Кто бы сомневался!) по щиколотку в жиже цвета свежей блевотины. От неё также и воняет. Гнилой плотью, дерьмом, затхлым болотом и, ещё, таким запахом, какой бывает при трупном разложении.

Паук тоже находится рядом со мной. Уже хорошо!

Я оборачиваюсь. Мои глаза ещё не совсем адаптировались к окружающей меня действительности после мрака перехода между слоями. И, поэтому, я всё вижу, как под водой. Всё размыто, подёрнуто мутной пеленой, и я, всё ещё не знаю, где это я оказался — в отстойнике для переработки на корм, или же недалеко от города Древних.

И, спросить не у кого!

Я ищу глазами за собой дверь, из которой я сюда и попал. Ту, чёрную каменную плиту. Грёбанный переход! Но его нет!

Ни позади меня, ни сбоку, ни снизу, ни сверху!

Я, будто, просто сюда телепортировался.

Бац!

И я уже нахожусь в новом месте, мгновенно переместившись из того слоя, где я находился… Куда?

Куда, куда? В еб…ня!

Сейчас и разберёмся, куда это я попал!

— Пошли? — говорю я Пауку.

Мои глаза уже частично привыкли к месту, где я сейчас нахожусь. Всё оружие при мне. Огнемёт закреплён на биомехе.

Жить можно!

Я кручу головой по сторонам. Я точно не нахожусь в очередном туннеле или даже на Свалке. Место, реально огромное! Мне оно кажется бесконечным.

Всё пространство вокруг меня затянуто мутной серой дымкой. Не туманом, — а именно дымкой, которая стелется над поверхностью рваными клочьями.

Эта дымка липкая, плотная, цепляется за меня, как живая. И от неё пахнет горчащей полынью вперемешку с тяжёлым стальным запахом.

Города Древних нигде не видно, но я не могу различить ничего вокруг себя дальше, чем на двадцать-тридцать метров. Может быть он, где-то там, впереди?

В лицо бьют порывы холодного ветра, что тоже странно для Сотканного мира. Ничего подобного я раньше здесь не наблюдал.

Во мне, с каждой секундой, всё сильнее крепнет убеждение, что я нахожусь на открытом пространстве — нечто вроде пустоши, откуда я и начну свой новый путь в поисках артефакта Судеб. Этого преобразователя, о котором мне рассказал Анаморф — устройства, с помощью которого я смогу изменить всё, или сдохнуть, так его и не найдя.

Ещё бы знать, в какую сторону мне идти.

Буду отталкиваться от того, что я действительно переместился в нижний слой Сотканного мира, где и находится город Древних. Мой единственный указатель — зов. Он, как компас, будет вести меня в нужную точку. А ещё — моя кровь, она тоже, не обычная. Модифицированная Червём.

Я прислушиваюсь к себе. Буквально погружаюсь внутрь своего разума сильным рывком.

Раз! И готово!

Стараюсь уловить хоть малейший шепот, как тогда, когда я услышал зов сквозь время, через переход — эти три двери.

Ничего!

Сука!

Млять!

Я ничего не слышу! Ни малейшего голоса, даже намёка на зов.

Внутри меня царит абсолютная пустота. Звенящая, мертвая. Я предоставлен сам себе.

Куда мне идти?

Направо?

Налево?

Назад?

Вперёд?

Это, всё равно, что выбросить человека в пустыне Сахара и сказать ему: «А теперь, найди отсюда выход!». Но там, хоть есть солнце — ориентир по сторонам света. Здесь же нет ничего! В буквальном смысле этого слова, глазу не за что зацепиться!

Остаётся только бросить кости и пойти наугад.

Хрен там плавал!

Я решаю довериться своему шестому чувству и делаю шаг туда, куда смотрят мои глаза.

Жижа отпускает меня с чавкающим звуком. Нехотя, цепляясь за конечность, как липучка.

Второй. Третий шаг.

Иду.

Медленно и осторожно, держа в руках дробовик.

Паук движется за мной, тоже медленно переступая на своих лапках по этой грязи, так похожей на требуху.

Прицельную сетку я не врубаю, полностью доверившись своим инстинктам. Я даже рад, что меня сюда забросило. После бесконечных переходов по туннелям Лабиринта Вечности, я уже порядком задолбался ходить по этим биомеханическим кишкам. А так, здесь, даже если всё, что я сейчас вижу — это искусная симуляция, некая проекция в моём мозге, то ощущение открытого пространства, которое я должен исследовать, меня, даже бодрит.

Мы проходим с Пауком метров пятьдесят. Дымка и не думает рассеиваться. Она, всё такая же — плотная и вязкая, и мне, почему-то кажется, что это — не просто местное (Чуть не сказал природное) явление, а нечто иное — пусть это будет новой формой жизни, которая исследует меня, а я — исследую её.

Кроме свиста ветра в ушах, я больше ничего не слышу. Ни воя, ни шепота, ни голосов, ни криков истязаемых существ, которых рвут на части.

Поверхность этой пустоши, всё такая же пустынная. Нет привычных биомеханических конструкций, костяков, или остовов древних машин.

Здесь всё по-другому. И это однообразие меня подбешивает. Когда ты идёшь и идёшь, и у тебя нет ориентиров, ты не можешь сделать метку, например, вот от той фигни, до вон той хрени, то это сильно сбивает с толку.

Сложно определить расстояние. Остаётся только считать шаги, словно я превратился в часовой механизм.

И я их считаю, стараясь идти строго прямо, никуда не сворачивая, чтобы не сделать круг, и не оказаться на той же точке, откуда я и начал своё путешествие по этой пустоши.