Чтение онлайн

Окаменение Криви показало, что неизвестный, окаменивший Миссис Норрис, не пойман. Способность администрации контролировать школу была поставлена под сомнение.

Кроме того, пострадал первачок. Обижать малышню считалось «западло», так поступали только совсем выпавшие из социального поля люди. Следовательно, считали те, кто поумнее, по школе бродит обиженный изгой с родовым артефактом или нестандартным умением, готовый применить его на окружающих. Тем более что Колин – мальчишка светлый, его не только в Гриффиндоре любили. Но раз кто-то любит, то есть и тот, кто завидует, не так ли?

Версия про обиженку популярностью не пользовалась, для школоты она оказалась слишком рациональной и не давала простора фантазии. Им требовалась могучая черная магия, призыв демонов, воскрешение Неназываемого и интриги слизеринцев. Поттеру, разумеется, тоже досталось.

– У нас на факультете думают, что Поттер – наследник Слизерина.

– Обоснуй, - сохраняя спокойствие, попросил я.

– Он убил предыдущего наследника, которым был Неназываемый, и забрал его первородство по праву победителя, - разложил по полочкам Таулер. – На Гриффиндоре он прячется, усыпляя бдительность Дамблдора.

Мысленно я отметил, что репутация хаффлпаффцев как сборища тупиц совершенно не верна. Хорошую версию придумали, с огоньком.

– Ага. И сейчас он делает первые шаги на пути становления Темным Властелином?

– Так ведь Хэллоуин же, - словно неразумному, пояснил Уэйн Хопкинс. – Самое подходящее время для темного колдовства.

Из всех барсуков с Хопкинсом Таулер сошелся ближе всех, они часто таскались вместе. Вот и сейчас сидели рядышком, обложившись учебниками, тетрадками, ручками и карандашами, делали домашку по зельям да просвещали меня насчет бродивших в их Доме слухов. Разговор происходил в классе рядом с гостиной Хаффлапаффа, довольно обжитом месте, и за прошедшие десять минут сюда дважды заглядывали старшекурсники, чтобы убедиться, что всё в порядке.

От дружелюбного внимания становилось не по себе.

– Значит, в официальную версию вы не верите?

– Ты её читал? Она же бредовая, - скривился Хопкинс, всем видом выражая сомнение. Таулер поддерживал друга, активно поддакивая. – «Избранный младенец, восстав в колыбели, поверг Темного мага, принеся мир и спокойствие в истерзанную войной Британию», или как там написано?

– Да, мне тоже показалось, что авторы перед написанием употребили нечто забористое. Тогда как, по-вашему, дело было?

– Так мы же сказали, - удивленно переглянулись мальчишки.

– Нет, меня интересует конкретика. Передача первородства поединком возможна, с этим я не спорю, раньше передача прав поединком часто практиковалась. В скандинавской школе ритуалистики этой теме большой раздел посвящен. Но – ритуал сложный, длинный, подразумевает наличие свидетелей и добровольное согласие участников. Сомнительно, чтобы годовалый малыш понимал, на что его подписывают. Очень хотелось бы понять, как, по мнению учеников Дома Хаффлпафф, удалось обойти ограничения.

– Ну, - почесал в затылке Хопкинс. – Вроде бы, можно представителя назначить.

– Близкого родственника или крестного. Джеймс Поттер мертв, то есть проиграл, другой подходящей личности не упомню. Да и кто, в принципе, мог одолеть Неназываемого один на один? Только Дамблдор на ум приходит, который от славы победителя открещивается.

В данной теме я разбирался хорошо, потому что копался в ней долго. С самого возвращения памяти, едва понял, где оказался и решал, как дальше жить и что делать. Библиотеку прошерстил, с родней разговаривал, всё пытался понять – что произошло в тот день. Безуспешно.

– Тогда что там случилось? – спросил Хопкинс.

– Никто не знает.

– Что, даже идей нет?

– Идей полно, только не проверить их никак, - вздохнул я. – Так, мы отвлеклись. Вернемся к нашим баранам, в смысле, к кошке. И Криви. Зачем Поттер их окаменил?

Вообще-то, правильнее говорить «парализовал», потому что обе жертвы находились в состоянии магического стазиса, но раз уж термин устоялся…

– Разозлился. Миссис Норрис часто его ловила, а с Криви он на последнем матче поругался, это все видели.

– Угу… Вот оно как… То есть коварная личинка Темного Лорда, сумевшая обмануть всю школьную администрацию, не выдержала искушения и дала волю своей порочной натуре. Причем единственный, кто с самого начала подозревал Поттера – профессор Снейп. Мудрый профессор Снейп, последний бастион Света в Хогвартсе!

Поначалу они купились на серьёзное лицо и даже поддакивали, но последнее предложение сбило настрой. Снейп со Светом ассоциировался слабо. Парни обиженно засопели.

– Ребят, я вас ни в чем убеждать не буду, - я примирительно поднял руки, - только дам совет. Вы эту теорию другим воронам не рассказывайте. Можете ещё одну придумать, но вот конкретно эту – не стоит.

– Почему?

– Смеяться будут.

Огромное достоинство Дома Рейвенкло заключается в привитии критического мышления. Любая теория разбирается на косточки, любая новость препарируется с нескольких точек зрения. На младших курсах это не так заметно, зато чем старше становится ученик, тем с большим скепсисом он смотрит на мир. Слова авторитетов не принимаются на веру, наоборот, проверяются особенно тщательно, потому что для рейвенкловца нет большего счастья, чем опровергнуть устоявшуюся догму. Или догму, которую остальные считают устоявшейся.

– Всё равно я считаю, что с Поттером что-то не то, - вздохнул Хопкинс.

– Вполне возможно, - пришел мой черед пожимать плечами. – У каждого есть тайны, Поттер не исключение.

Шутки шутками, а наших магглорожденных старосты собрали и настойчиво посоветовали в одиночку по школе не ходить. Как бы вороны ни относились к надписи про Тайную Комнату, вероятность того, что Комната действительно открыта, они учитывали. Хотя саму легенду про ненависть Салазара к магглам они тоже подвергали сомнению.