Шрифт:
Глава 1.
От прочих, столь же убогих провинциальных городишек N-ск отличался разве что тем, что располагался на берегу величайшей русской реки.
Приток этой реки разделял N-ск на две части – старую и новую. Помимо гидростанции, административных зданий, трех средних школ, одного технического колледжа и сети магазинов и кафе в новой части находилась единственная гостиница N-ска и его единственный железнодорожный вокзал, куда регулярно, по нескольку раз в день прибывали электрички, курсирующие между N-ском и областным центром.
По выходным вываливался из прибывающих в N-ск электричек самый разнообразный люд – начиная со студентов, ездящих на учебу в более крупные города, и заканчивая “мешочниками”, коих в любой электричке полно. Курсируют бедолаги из одного населенного пункта в другой, перетаскивая, аки муравьи, за собой свою кладь…
Ну, а в летний сезон электрички, конечно, бывают переполнены дачниками, которые, собственно, от мешочников и не отличаются (разве что содержимым своей клади)…
Однако, наше повествование начинается осенью – то бишь, ближе к окончанию дачного сезона.
Очередная затрапезная электричка прибыла в N-ск в начале октября, выплюнула из недр своих (то есть, своего нутра) очередную партию пассажиров (затрапезных в той или иной степени). Среди толпы затесался и наш герой – мужчина лет сорока (может, чуть меньше), одетый в скромную матерчатую куртку и слегка вытертые джинсы. Ничем не примечателен был этот пассажир – скорее худой, нежели толстый, скорее высокий, нежели низкий, скорее шатен, нежели блондин… Его лицо с правильными, хоть и несколько резкими чертами обрамляла аккуратная бородка, а на левой щеке, ближе к виску, был заметен небольшой шрам.
Через плечо мужчины была перекинута сумка – опять же, скорее дорожная, нежели спортивная, и производил мужик впечатление самого заурядного работяги – может, инженеришки, в силу новых условий и желания выжить переквалифицировавшегося в электрика либо слесаря, а, может, всего лишь охранника (попросту сторожа) какого-нибудь захудалого магазинчика…
Взгляд мужчины был спокоен и равнодушен, но внимательный наблюдатель отметил бы, что не пуст, отнюдь не пуст был взгляд этого пассажира пригородного электропоезда…
Легко сбежав с каменных ступеней, мужчина по засаженной тополями аллейке вышел на центральную улицу N– ска – определенно, намереваясь обнаружить единственную N-скую гостиницу.
Шаг его был стремителен и пружинист, что вкупе с осанкой мужчины говорило о его неплохой спортивной подготовке.
…Администратор гостиницы – крашеная блондинка бальзаковского возраста, – разумеется, энтузиазма и даже вежливости (которая должна входить в служебные обязанности человека ее профессии) при виде затрапезно одетого мужичонки не выказала. Равнодушно попросила предъявить документы – удостоверения личности и командировочное… Мужчина в свою очередь облокотился о стойку и вдруг обжег даму настолько ясной, обаятельной и белозубой улыбкой, что у провинциальной увядающей красотки даже сердце екнуло – показалось на мгновение, что перед ней – один из ее любимых киноартистов (фамилии которого она в этот момент отчего-то вспомнить не могла).
– Не командированный я, милая, – мягким, обволакивающим баритоном проворковал мужчина, не спуская с дамы своего пронзительного взгляда (она все пыталась понять, какого же цвета его глаза – зеленоватые или голубоватые, решительно не осознавая того, что глаза мужчины имели лишь один оттенок – стальной), – Просто отдохнуть приехал. Слышал, места тут у вас красивые и экологически чистые…
Места тут были не красивее прочих, да и экологическая чистота вызывала большие сомнения… но дама-администратор, не иначе, слегка загипнотизированная пристальным взглядом мужчины, послушно кивнула:
– Да, сюда многие приезжают отдохнуть… (вот только не в октябре – но подобный нюанс дама отчего-то не учла и не упомянула о нем) А вы надолго к нам прибыли?
– Пока не надоест, – еще ослепительнее, еще шире, еще зубастее улыбнулся мужчина, впрочем, тут же добавил, – Простите, пошутил. Думаю, недели будет достаточно… – и небрежно положил на стойку администратора свой паспорт (а из паспорта нахально высунулась подозрительная серо-зеленая бумажка…)
Спустя недолгое время мужчина уже принимал душ в своем одноместном номере. Если бы все тот же сторонний наблюдатель смог увидеть в этот момент обнаженную широкую спину мужчины, с наслаждением смывающего с себя пот и дорожную пыль, возможно, этому наблюдателю стало бы не по себе – спину мужчины покрывало множество шрамов. Медик-профессионал без труда определил бы их происхождение – шрамы являлись следами пулевых ранений…
Конец ознакомительного фрагмента.