Чтение онлайн

Женщина еще не закончила, а у него уже в голове сложился весь пазл. Вот, значит, чего она внезапно воспылала к нему такой любовью и страстью. Прост он оказался в нужное время и в нужном месте. Окажись на его месте кто-то иной, более подходящий, он бы сейчас оказался в этой ванной. Сомнений в этом особых не было.

– Да, да, мой мальчик. Мне нужно было твое семя, но прошу, не осуждай меня, - княжна вновь прильнула к нему, жадно поцеловав в губы.
– Мне пришлось… Я ведь лишь слабая, беззащитная женщина… Понимаешь меня, мой мальчик… Мне пришлось это сделать, - шептала она ему в самое уху, то и дело прерываясь на поцелуи.
– Я чувствую, что получилось. Маги это особенно чувствуют, мой мальчик… Ты ведь не обиделся на меня? Посмотри на меня, прошу…

Обиделся ли на нее Рафи? Конечно, что-то эдакое шевельнулись глубоко внутри него, недовольно поерзало и тут же снова спряталось. Слишком сложно было ожидаться, когда тебе едва шестнадцать лет, а в твоих руках извивается гибкое женское тело. Все твое естество восстает, чувства вопят, сводя с ума от желания. Где тут искать обиду?

– Придется тебя наказать, - сгорая от нетерпения, прорычал Рафи, прижимая княжну к себе.
– Сильно нака…

Угомонились они лишь тогда, когда вода в ванной начала остывать. Разгоряченные тела еще казались одним целым переплетением рук и ног.

– … Теперь мы редко сможем видеться, - она и не думала выпускать из объятий. Правда, и он не спешил опускать руки.
– Когда я объявлю о своем положении, ко мне не должно быть никаких вопросов… Рафи, ты ведь будешь по мне скучать?

– Конечно…

***

По проспекту Святого Михаила до гимназии было быстрее всего, но Рафи все равно свернул в переулок. Так путь получался подлиннее, а это именно, что ему было сейчас нужно. В голове царил настоящий кавардак, с которым требовалось разобраться. Да и в дороге, как заметил парень, ему легче думалось.

– … Настоящая лиса… Все продумала и с таким блеском исполнила… А я тоже хорош, нечего сказать. Ножкой передо мной махнула, глазками стрельнула, и я уже на лопатках…

Несмотря на все эти самобичевания, Рафи совсем не обижался. Корил себя, больше в шутку, в напоминание на будущее. Ведь, сколько еще таких особ может встретить на его пути. Княжна же, своим поступком, очень вовремя сделала ему хорошую прививку против женских чар других представительниц Евиного племени.

– Чертовка… И ведь «нет» сказала так, словно это было «да», - улыбнулся, но тут же стер с лица эту улыбку. Слишком уж странно выглядел гимназист с таким восторженно-глуповатым выражением на лице.
– В самом деле хороша…

Когда показался узнаваемый фасад здания из голубоватого мрамора - главный гимназический корпус, где заседал руководство и проводилась большая часть занятий, Рафи уже «пришел в норму». Утреннее возбуждение давно спало, мысли больше не носились на перегонки. И он вновь обрел способность мыслить рационально и последовательно.

– А ведь еще проблема с деньгами висит, как камень на шее, - шаг у парня сбился.
– Стряпчий советовал сдаться и списать эти деньги и, главное не искать встреч с виновниками. Только зря он даже заикался об этом. Очень зря…

Знал Рафи про свою упрямость. Если ему указывали на что-то или не дай Бог, вынуждали к чему-то, то специально наперекор делал. Иногда даже в ущерб себе получалось, но ничего с собой не мог поделать. Характер такой.

– Эти черти, вроде, сегодня новый салон с МОИМИ игрушками открывают, - угрожающе пробормотал он, выделяя слово» моими».
– Зайду, познакомлюсь, поговорю… Сожгу все там, к чертям.

Шутил, конечно. Вроде бы.

За разговором с самим собой, и не заметил, как оказался у широкого крыльца. Бросил несколько быстрых взглядов по сторонам, знакомясь с обстановкой. После недавней драки с Воротынским, ожидать можно было чего угодно. Вдруг его дружки или еще кто-нибудь решат с ним поквитаться. Фантазию и мстительность аристократии никак нельзя было недооценивать. Устроить недругу пакость или злой розыгрыш здесь было в порядке дел.

– Реальный ведь серпентарий, - Рафи бурчал себе под нос, неторопливо поднимаясь по ступенькам. Вроде было спокойно, но ухо все равно нужно было держать востро.
– Развлекухи здесь такие, что мама не горюй…

Ему сразу же вспомнилась история его знакомой Лизы Мирской, которую местная компания заводил выбрала в качестве своей жертвы и устроила ей полный бойкот. Всем ученикам в гимназии запрещалось к ней подходить, разговаривать. Требовалось просто на просто игнорировать, словно рядом с ними было пустое место. А заводилы всего этого в это время ставки делали, как долго бедная девочка продержится и не сорвется.

– Опа-на! На ловца и зверь бежит, - улыбнулся парень, едва не столкнувшись в дверях с самой Лизой.
– Добрый день, Елизавета. Давно не виделись.

Та сразу же отпрянула в сторону от него, словно от прокаженного. И лицо при этом такое жалостливое, испуганное сделало, что у него все желание подходить пропало. Совершенно ясно, что граф Мирский после того памятного разговора запретил дочери даже на пушечный выстрел к нему приближаться, а уж тем более разговаривать. И можно было только догадываться, чего он там наговорил Елизавете. Наверное, обвинил в пристрастии к азартным играм, общении с преступниками и, вообще, в предосудительном поведении.

– Одно слово жандарм, сыскная душонка!
– фыркнул Рафи, поминая отца Елизаветы, главу Отдельного корпуса жандармов.
– Ни черта не разобрался, а уже наплел с три короба… Теперь, наверное, еще и драку с Воротынским сюда приплетет. Скажет, что я бедного мальчика обидел, как простолюдин, кулаками дрался. А нормально, что в этом бедном мальчике почти центнер веса, он маг и по жизни подонок?

Естественно, вопрос оказался риторическим и бесследно «развеялся» в воздухе, так после себя ничего и не оставив.

– Ничего, все обязательно вернется на свои места…Вот маленько разгребу, и тогда…

Но что «тогда», договорить Рафи уже не успел. Поток гимназистов, в разы уплотнившийся в коридоре, его буквально «вбросил» на кого-то - мягкого, теплого и пахнущего удивительно сладко и волнующе.

– Ты?!
– когда Рафи оторвался от стены, куда его толкнули, то наткнулся на удивленный девичий взгляд.
– А ну сле…

– Хм… Извините, баронесса, - парень развел руками. Мол, не виноват он. Не специально прижался к ней, само так вышло.