Чтение онлайн

Схема работы блокиратора теперь была более или менее понятно. Конечно, вся соль была в деталях, но общая картина была ясна.

– Поэтому вопрос: как исключить из цепи или контура предохранитель? Если только попробовать его перегрузить…

Мелькнувшая в голове мысль показалась довольно стоящей.

– Правда, неизвестно на какую мощность он рассчитан. Проверить бы, поглядеть.

Понемногу план более или менее вырисовывался. Выход из камеры зависел от блокиратора. Если удастся его снять, то с замками и охраной проблем быть не должно. По крайней мере, Рафи чувствовал, что может справиться.

– Похоже, придется проверять…

А вот теперь наступил черед действий, от которых ничего хорошего парень не ждал. У него заранее вспотела спина и закололо в боку. Боль, которую причинял блокиратор, была не самым приятным ощущением.

– Никто мне не поможет, кроме меня самого, - проговорил Рафи, как мантру, и стиснул зубы, чтобы от боли не откусить язык.
– Ну, поехали.

К сожалению, чуда не произошло. Едва парень потянулся к магическому источнику, его тут же вдавило в кровать с такой силой, что выбило из легких весь воздух.

– Че-е-рт, - с трудом вдохнул он, едва не физически ощущая, как раскрываются его легкие.
– Вот это стукнуло.

Отдышавшись, Рафи попробовал еще раз, приложив чуть больше усилий. Ведь, ему нужно было понять разницу в действии блокиратора. И понял… От боли скрутило еще сильнее. Кажется, даже в глазах потемнело и что-то в спине хрустнуло, когда он извивался.

– Б…ь, больно-то как!

Пришлось почти час в себя приходить. Лежал пластом, весь мокрый от пота с головы и до ног, никак не мог отдышаться.

– Все-таки есть зависимость… Чем больше прилагаешь усилий, тем сильнее он реагировал. Это хорошо, относительно хорошо…

Хорошее в этом было то, что блокиратор с такой функцией должен был иметь дополнительный механизм, который оценивает силу реакции. А как известно, чем сложнее устройство, тем больше вероятности, что оно сломается.

– Не сдохнуть бы только при проверке, - Рафи слабо улыбнулся. Перспектива «загнуться» при уже почти открытой двери камеры, и правда, казалась смешной.
– Ладно, еще раз попробую, а там посмотрим, что получится.

Руки он заранее просунул в разорванный матрас, чтобы их не сломало, когда его будет «крутить» от боли. Зубы сжал еще сильнее, надеясь, что это поможет.

– Ну…

Попробовал, и сразу же потерял сознание от дикой боли. Его, как лампочку, словно отключили от электричества. Раз, и все.

– Хр-р-р… Жив… вроде…

Слово «вроде» очень точно характеризовало то, что он сейчас чувствовал. Рафи был вроде жив, а вроде и мертв. Казалось, все было на месте, но все равно чувствовал себя, словно разделенным на запчасти - руки отдельно, ноги отдельно, голова отдельно.

– Главное, жив.

В голове уже крутилась подленькая мыслишка - а может бросить все это, забыть и не пыркаться. И все выглядело очень и очень разумно. Ведь, не было никакой гарантии, что удастся нащупать этот самый нужный предел блокиратора и его перегрузить. Скорее он просто не вытянет это.

– А хрена вам всем, - Рафи попытался я улыбнуться, но не смог. Прокушенная насквозь губа кровоточила.
– Все равно буду пробовать. Подготовлюсь только немного.

Эти его опыты, какие бы безрассудные и с виду глупые они не были, показали одно - нужен сильный, как можно более сильный, импульс, чтобы что-то получилось. Словом, у Рафи была всего лишь одна попытка.

– А как иначе?
– парень все же улыбнулся. Хотя похоже это было больше на оскал голодного зверя - белоснежные зубы, выглядывали из-под буро-красной раздвоенной губы.
– Всегда есть только один единственный шанс. Всегда…

Очень кстати, вспомнилось, как с ним занимались перед одной из дуэлей. Мастер для увеличения личной силы тогда использовал очень необычный прием: положил его в гроб, забил крышку гвоздями и закопал в землю. При этом сказал, что ничто так не помогает разобраться в себе, как темнота и одиночество. Помнится, тогда Рафи это помогло.

– Гроба, конечно, нет, но обойдемся и без него.

Он закрыл глаза и попытался снова впасть в то самое состояние, что и тогда.

– Тут и так как один большой гроб.

Постепенно Рафи «нащупал» нужные эмоции. Ведь, камера, и правда, ничем от гроба особым не отличалась.

– Теперь посмотрим…

Представил, что вокруг одна лишь земля, земля на сотни и сотни метров. Земля черная, плотная, скрывает его от всех и вся. Здесь он один, совершенно один, а, значит, не нужно ничего бояться и беспокоиться. В других местах страшно, плохо, а здесь хорошо, тишина, спокойствие.

– Один…

Боль уже давно отступила, словно ее и не было никогда. Тело расслабилось, потеплело, стало невесомым. Один за другим исчезали другие ощущения, погружая его в бесконечную тишину, темноту и спокойствие.

Рафи, словно заново себя собирал. Отбросив все плохое, слабое, недолговечное, он, кирпич за кирпичом, строил новое «Я». Ломал перегородки, смело выкидывал ненужное, словно какой-то хлам. Получалось более сильное, цельное, самодостаточное «Я», которое не сдвинуть, не уязвить.

Источник магии в нем ощущался теперь не как крошечная горошинка или комочек, а нечто, напоминающее горный поток. Рафи чувствовал, как в источник бурлит, резонирует, требует действия.

– Хорошо…

Рафи очнулся. В темноте камеры глаза светились, выдавая невероятную концентрации магии. И осталось лишь выпустить ее, что он и сделал.

– Пошла!

Он схватился пальцами за обруч на шее и со всей силы дернул.