Чтение онлайн

Вытащив одно из ненавистных платьев, я вытерла им колени и ноги. Второе платье натянула на себя. Оно мало чем отличалось от прежнего – тоже короткое, тоже из тонкой ткани, но на этот раз голубое. Могла бы облачиться в штаны – своя одежда мне была куда привычнее и удобнее, – но боялась испачкать их. Платье же можно было натянуть через голову и о новой порции грязи не беспокоиться.

Расправившись с одеждой, я вдруг подумала о том, почему вообще должна идти вместе с этим типом. На дороге за кустами стояла тишина. Я посмотрела в джунгли. Потом на свой чемодан и опять в джунгли. Схватив свой мешочек с документами и прочим, я бросила чемодан и рванула по кустам. То, что я была босиком, меня сейчас мало заботило. А зря.

Я не пробежала и трех шагов. Закричав от резкой боли в стопе, повалилась на извивающуюся траву. Что-то впилось мне прямо в кожу.

Но самое страшное, что имсит оказался рядом со мной в мгновение ока.

Вооруженный ресталкой.

Пожалуй, это было самое ужасающее, что я видела в своей жизни. Передо мной стоял зверь в человеческом обличье. Черты его лица заострились, глаза сверкали, переливались серебром. Кажется, модифицированный даже стал больше – шире плечами, выше, и это пугало. Он сам пугал.

Пугал настолько, что я даже о боли забыла.

Но при этом не могла не восхититься оружием, что остановилось прямо перед моим носом.

Я никогда прежде не видела ресталку вживую. Это особо прочное оружие было создано из титана. Не больше полутора метров в длину, по сути, она была сплошной трубкой диаметром пять сантиметров. Идеальна для ближнего боя: ею можно было не только как следует врезать, но и одним ударом расправиться с врагом, потому что на обоих ее концах выдвигались изогнутые толстые иглы – суженые и заостренные.

Но это было еще не все.

Ресталку использовали и в качестве огнестрельного оружия. Заряжались они исключительно на станке – вручную перезарядить было невозможно из-за опасности ожога. В качестве зарядов брались круглые пули из жидкой лавы – по пять с каждой стороны. Холодные внутри орудия из-за специальной оболочки, спадающей при выстреле, они насквозь прожигали даже металлы. Единственное ограничение – дальность выстрела не больше ста метров, но это сейчас было совсем неважно.

Проводив ресталку влюбленными глазами, я вынужденно перевела взгляд на ее обладателя. Изумленно приподняв широкие брови, имсит смотрел на меня, все так же сидящую на земле. Миг, и его взор переместился на чемодан, одиноко стоящий среди кустов. Лицо модифицированного приобрело скучающее выражение.

– Мне в туалет приспичило, – ответила я порывисто.

– Сделаем вид, что я поверил. Только место для побега ты выбрала неудачно, – произнес Эльдертарион, но голос его вдруг изменился. Он зачем-то стал растягивать гласные. – Тебе отсюда не сбежать, Веролика.

– Что происходит? – уточнила я, с трудом расшифровав последнее предложение.

Теперь его голос еще и звучал отдаленно, а он сам, наоборот, казался все ближе и ближе. Я могла поклясться, что ощутила его дыхание на своих губах. Оно прошлось по коже легким покалыванием.

– Тебе не сбежать, – повторил он мне прямо в губы.

А после пришла темнота.

– Швац, прими груз. Продовольственные в пятый и второй, непродовольственные в третий и шестой.

– А вы? – осведомился парень.

– А я проконтролирую посадку пассажиров. Постарайтесь не нарушить время вылета.

– Да это всего один раз случилось, товарищ веркомандир.

– Где один раз, там и второй.

На самом деле контролировать посадку пассажиров не было необходимости. Команда прекрасно справлялась со своими обязанностями. Дело было в другом. Эльдер уже очень давно не отправлялся на Землю, а теперь стоял на трапе, смотрел вдаль поверх железного забора и абсолютно не чувствовал ностальгии.

Ему никогда не нравилось здесь жить. Слишком шумно, слишком грязно, слишком много летных машин и слишком широкие границы между рабочим, средним и высшим классом. Настолько широкие, что преодолеть их просто нереально, даже если всю жизнь пахать с раннего утра до темной ночи. Ты либо родился в удачной семье, либо тебе изначально не повезло.

Эльдер считал, что относится к последнему варианту. Его всегда угнетал образ жизни, который вели имситы, угнетала ответственность, с которой они рождались. Модифицированные входили в этот мир с определенными целями, и эти цели были куда выше всего насущного. Фактически именно семьи имситов управляли Землей, а теперь еще и Касио, но к этому дню их влияние значительно снизилось благодаря долгой и упорной работе пяти действующих веркомандиров.

И Эльдер был этому рад.

Мужчина не желал ответственности. Не желал ответственности в той степени, в которой ее на него возлагали. Именно он должен был унаследовать все активы семьи, но пошел наперекор отцу, чьим любимчиком и гордостью всегда являлся.

Так и не закончив обучение в Космической Военной Академии, Эльдертарион отправился на Малли. Его помощь и связи пригодились Малике – девушке, завоевавшей третью планету и доверие ее коренных жителей, а сам модифицированный нашел способ заработать на этом сотрудничестве и вскоре перестал зависеть от семьи. После этого и мать, и отец отказались от обоих своих детей, но ни Эльза, ни Эльдер из-за этого нисколько не расстроились.

Он бы очень удивился, если бы эти события привели к другому исходу.

Скинув с плеч груз, что так тяготил мужчину, модифицированный оказался совершенно свободен в своих целях и желаниях. В первое время он даже растерялся, не понимая, чему хочет посвятить свою жизнь. Ведь центром его жизни всегда являлась его несносная младшая сестра.

Именно в раздумьях об Элааизе, Малике и Каролине он и пришел к тому, что имел сейчас. Каждая из них внесла свой вклад в его жизнь, и каждой он так или иначе смог помочь, но ведь таких, как они, запутавшихся, нуждающихся в своевременной поддержке – сотни, а то и тысячи.

Ему захотелось создать место, куда девушки в трудном положении могли бы уйти, где могли бы спрятаться и научиться воспринимать этот мир по-другому. Ему захотелось помогать не только этим трем, но и тем другим, кто в этом нуждался. Так и появился закрытый колледж для трудной молодежи, куда он брал исключительно девушек, дабы избежать ненужной темы отношений и разбитых сердец. Даже преподаватели и те были женщинами – все, кроме него, но в себе мужчина был уверен. Для него воспитание девушек – это работа и ничего более.