Чтение онлайн

По крайней мере, она надеялась, что этим все ограничивалось. Да, внешне он был белокурым Адонисом, по которому сходили с ума все старшеклассницы и даже несколько учительниц. Но не она. Небогатый опыт общения с мужчинами многому научил девушку, и теперь ее лучшим другом была книга. По крайней мере, если не нравится, о чем там говорится, можно отшвырнуть ее или разорвать.

Фэйт унаследовала любовь к книгам от отца. Самые счастливые ее детские воспоминания — это поездки по Англии на каникулах, исследование руин древнеримских построек. Однажды отец пообещал ей поездку в Грецию и Италию с посещением мест, о которых она читала в книгах.

Конечно же, они этого не сделали. У отца никогда не хватало денег, чтобы взять дочь с собой, а без нее поездка теряла смысл.

Лили допила какао и спросила:

— Что ты имела в виду, говоря, что не нравишься ему в этом ключе и он тоже не нравится тебе?

Фэйт отвлеклась от своих мыслей:

— Что?

— Ты слышала меня!

На щеках Фэйт появился легкий румянец. Она думала о Джеймсе. До того как ближе познакомиться с ним, она была неопытной девушкой, и его взгляд или слова могли перевернуть все у нее внутри. И сегодня, когда она меньше всего этого ожидала, это случилось снова.

Ей точно нужно проверить голову.

Поставив руки на пояс, Лили подошла к Фэйт. В ее темных глазах появилась догадка:

— Что ты скрываешь от меня, Фэйт Макбрайд? Почему не отвечаешь на мои вопросы?

Вот в чем заключается проблема с наперсницами: они ожидают, что им будут рассказывать малейшие секреты. Но этот секрет Фэйт не собиралась раскрывать.

Она пожала плечами.

— Ты не читала «Джен Эйр»?

Лили скривила нос.

— «Джен Эйр»? Упаси боже! Если так выглядит любовь, мне она не нужна. — Прошло несколько секунд. — Это ты чувствовала к Джеймсу? Ты потеряла голову из-за него?

— Нет! — последовал резкий ответ. — Это было минутное ослепление. Когда я говорила о Роберте, я имела в виду, что мне все равно, есть он или нет.

Лили что-то пробормотала, но Фэйт не расслышала.

— Что?

— Я сказала, — медленно и четко произнесла Лили, — что мне становится жаль Роберта. Если тебе он не нужен, его быстро подберут другие девушки. Он привлекательный мужчина; однажды станет богатым.

— Мне казалось, ты говорила, что он скучный.

Лили принялась вытирать стол.

— Это потому что он не говорит на темы, которые меня интересуют.

— Какие же?

Лили вскинула брови.

— Обо мне, конечно же!

Подругам почему-то показалось, что это отличная шутка, и девушки залились громким смехом.

Когда они мыли свои кружки в миске с горячей водой, Лили заметила:

— Ты не сказала, пришли для тебя какие-нибудь письма к Притчарду?

— Не знаю. Забыла спросить.

Лили красноречиво посмотрела на подругу.

— Ты забыла спросить?

Брови Фэйт, наоборот, опустились.

— Меня отвлекли. Я не могла дождаться, когда выйду оттуда, понятно?

Наступило молчание.

Пожав плечами, Лили продолжила:

— Если что-то и есть, это будет и завтра. Не думаю, что Барнет будет околачиваться там, ведь теперь он знает, что может столкнуться с тобой снова.

Не зная, что на это ответить, Фэйт просто кивнула, но вспомнила слова Джеймса о том, что ей, возможно, и нечего сказать ему, но он много чего может рассказать.

Лили искоса посмотрела на подругу.

— Хочешь, — медленно проговорила она, — мы можем прямо сейчас сходить к Притчарду, до начала совещания, — ну, знаешь, подышать воздухом.

— Я и забыла о совещании.

— Можно пропустить его: мы же завершаем подготовку к Актовому дню.

Фэйт небрежно кивнула. В Актовый день все девочки и учителя были на виду, а будущие ученицы и их родители могли свободно ходить по школе, заходить в классы и решать для себя, подходит ли им Сент-Уинифред. Большинство родителей были любезны, вежливо задавали вопросы, но всегда находилось несколько таких, кто во всем видел недостатки. В следующую пятницу — День наград, когда школа должна аплодировать самым ярким и лучшим учителям за их прекрасную работу. А затем настанут летние каникулы. Фэйт не могла дождаться.

— Ну? — побуждала ее ответить Лили.

— Кажется, магазин уже закрыт.

— Мистер Притчард живет над магазином, верно? Уверена, что он с удовольствием откроет его для тебя. По непонятным мне причинам ты — зеница его ока.

Фэйт усмехнулась:

— Это потому что я говорю о том, что его больше всего интересует.

— О нем самом?

— Нет. О его внуках.

Они засмеялись и, закончив уборку, стали собираться.

Директрису звали мисс Элиот; в ее школе царила дисциплина благожелательного тирана. Никто из учительниц не смел вздремнуть во время выступления мисс Элиот. Та, заметив задремавшую, могла спросить ее мнение, и горе учительнице, если она не могла ответить внятно.

Поэтому Фэйт не сводила глаз с директрисы, но ее мысли витали вокруг письма, полученного сегодня. Она узнала женский почерк на конверте, и ее сердце бешено колотилось. На объявление пришло несколько ответов, но в большинстве из них бессовестные жулики, которые не могли связать и двух слов, требовали от нее денег. Лишь одно письмо показалось ей правдивым; оно было подписано просто буквой «К». Автор проявлял осторожность и не желал встречаться с Фэйт, пока та не объяснит, как она связана с Мадлен и по какой причине ищет ее. Фэйт ответила и теперь с растущим нетерпением ждала продолжения переписки. Сегодняшнее письмо стоило этого ожидания. Леди Коудрей, прочитала она, будет рада встретиться с мисс Макбрайд, когда той удобно.

Была небольшая проблема: ее светлость жила не в Лондоне, а в миле от городка Челбурн. Чтобы добраться туда, нужно было два часа ехать поездом, и Фэйт не знала, как ей выкроить на это время. Обычно она была свободна по субботам, но в эту субботу был Актовый день и каждый учитель должен был выйти на работу. Это значило, что ей придется подождать еще неделю, а она никогда не отличалась терпением.

«Потерпи, — говорил Джеймс. — Дождись меня. Мы поженимся, как только я вернусь».

И она терпеливо ждала три месяца, потом поехала в Шотландию и узнала правду.