Незримая

Я застыл перед тёмным ущельем в полном облачении. Серебристая кольчужка под гвардейской формой, пара артефактов защиты в кармане. А ещё таблетки «вытяжки» и, кстати, раздобытые у Влада таблетки пириума, дающие силу магам огня. Верный нож, гвардейский магострел… и подвеска с «псарэсом» в пальцах.

Оглянулся последний раз на дорогу, где в кровавом свете Красной Луны ещё маячили спины отряда Хомяка, уносящего свои ноги.

Сержант ругал и крыл меня так, что даже его солдаты присвистнули. Но ему пришлось уйти, и заодно забрать с собой связанного Истомина. Телохранитель порывался со мной до последнего, и пришлось его утихомирить — несмотря на неприязнь к нему за все его странности, мне пришлось признать, что Влад не испугался страшной новости. Скорее боялся, что Царь с него шкуру спустит.

Бледному Фёдору я тоже приказал отправляться вместе с Хомяком. И напомнил, что умею добиваться своего — он помнил, как я приложил его ещё в академии.

«Я вернусь», — кивнул ему я, хотя сам уже сомневался.

Ну, а Мягонькому достаточно было моего капитанского приказа.

Громов, Хомяк и Сивый ещё постояли некоторое время на последнем повороте дороги, с которого было видно моё ущелье. Вытащив пирусную пулю, и сосредоточившись, я заставил её ярко засветиться, и помахал в ответ.

Повернулся, поднял голову к Красной Луне.

— Ярость… пса, — прошептал я, проглатывая таблетку пириума.

А потом нырнул в заросли, мягко скакнув на раскалённые лапы.

Ущелье было не длинным, всего метров пятьдесят. Я проскочил его под истерический зуд испуганной и опалённой ночной мошкары. Вырвался снова на простор и поскакал.

В облике «уголька» моё чутьё резко обострилось. Весь мир превратился в кружащееся красное марево, на вершине которого висела только она — Красная Луна. Она манила и пела, затрагивая струны в моей душе.

Я знал, что мне нужно успеть. То, что здесь происходит, неправильно…

В образе «уголька» было очень трудно думать, инстинкты и животная ярость пытались взять верх надо мной. Но позвякивание камушка «псарэса», оказавшегося на моей шее, успокаивало и приземляло мой разум.

Я открыл для себя очередное свойство кулончика Эвелины. Мне казалось, что в любой момент, когда захочу, могу снова обернуться человеком. Раньше такого чувства не было — на такой контроль у меня уходило много сил.

Ну, раз так, можно и подумать, пока бегу. Что я увидел в видении? Что за пророчество?

«Род Великий свой закончит путь». Ну, это Борзовы. А если речь о Рюревских? Так-то, этот род тоже немного обречён.

Так, Тим, не усложняй, давай сначала пойдём по простому сценарию…

Это Борзовы. И они уже закончили свой путь.

Дальше у нас «наследники от судьбы не уйдут». Ну, это ясно, как капитская тупость — в этой долине теперь два наследника, я да Ключевец. Да мы ещё и невинные…

Одна только мысль не давала мне покоя. В это же долине погиб Игнат Рюревский, и он тоже был наследником. Если пророчество захватывает события двадцатилетней давности в случае с Великим Родом, то оно может говорить и об Игнате.

Игнат погиб. А надо, чтобы погибли два наследника. Прошло двадцать лет, все события происходят в том же месте. И наверняка действующие лица — те же.

Получается, тот, кто всё это задумал, вообще взял с запасом. Сейчас у него в рукаве не один, а два наследника. Уж одного-то точно укокошат.

Я постарался ещё прибавить скорости…

Долина была красивой — под светом Луны покачивалась зелёная травка, редкие деревца. Где-то чуть в стороне блестело зеркало озера. Со всех сторон горизонт был закрыт тёмной горной грядой.

Звёзд я не видел. Для меня на небе существовала только Красная Луна.

Жаль, что здесь нет Красных Вертунов. Я помню то сладкое чувство, когда насыщаешься от него энергией. Не такой чистой, как от Луны, но так же вкусной и сытной…

А впрочем, я всё же чувствую источник стихии огня. Вот на том холме, за скоплением камней… Пирусные патроны.

Едва я об этом подумал, как проснулась уже обычная моя чуйка, и я рванул вбок. Вскользь резануло плечо, и позади меня взвилось облачко земли.

Вашу ж псину! Я даже не почуял энергии выстрела… Стреляли какими-то другими патронами.

Я снова ушёл в сторону, потом резко стал забирать в другую, и уже через несколько секунд я оказался на холме. Перемахнул через горную гряду…

Люди в чёрных балахонах, семеро. Они стреляют по мне из магострелов, прочерчивая воздух белыми и жёлтыми трассерами — целая батарея залпов. Не успевают попасть, но мне приходится отступить, и нырнуть за камень…

Прыгая за укрытие, я вижу, как один из них с улыбкой лезет за пазуху. Мой разум «уголька» даже не успевает испугаться, как я отдаю себе мысленный приказ обернуться обратно в человека и прижаться к камню спиной, обнимая винтовку.

И всё же, как прекрасен этот мир, где можно быть оборотнем, но при этом не терять свои вещи.

— Стоять! — рявкнул балахонщик.

Я мельком выглянул, оценивая ситуацию. Незнакомец вытянул в мою сторону руку с полосатым артефактом, в котором было заключено заклинание «контроля».

Я почувствовал резкий поток псионики, даже мой кокон подёрнулся. Всё было так же, как и тогда, в горах возле Маловратска — кто-то попытался взять меня под контроль с помощью артефакта.

Моё сознание покачнулось, явно раздумывая, прятаться в кокон или нет. Но вдруг струя псионики прошла мимо, словно соскользнула с цели. Скорее всего, артефакт настроен на «уголька», вот и не совпал по частоте.