Чтение онлайн

— Мы спаслись. Это был, конечно, самый авантюрный поступок в моей жизни.

— Что произошло? Почему день?

— Произошла экстренная перезагрузка. Почему — не знаю. Такое случается, когда происходит какой-то сбой.

Увидев ничего не понимающий взгляд Агаты, Хиро начал объяснять:

— Ситуация такая. Бывает, что в нашем компьютерном мире надо что-то подправить. Вводятся изменения кода и система перезагружается. Это не глобальная перезагрузка, которая происходит раз в двенадцать лет, а рабочая, самая обыкновенная. Все остается на своих местах, за исключением разве что некоторых нюансов.

Он глянул на часы.

— Вот, сейчас, например, мы оказались в дне шестого июня. Шесть часов утра. Поскольку мы находились в моей машине, а она снабжена защитой против таких неприятностей, мы не перезагрузились вместе со всеми остальными.

— Получается, что я сейчас могу встретить себя из прошлого?

— Нет, ты отсутствовала в этом мире и потому не была перезагружена. Но ты теперь знаешь, что будет происходить сегодня. Все события. Не думаю, что они меняли что-то глобально. Чем ты занималась шестого июня?

— Я? Но шестое июня это сегодня… То есть было вчера…

— Ну вот, вчерашний день ты теперь можешь прожить заново, в улучшенной версии, исправляя свои ошибки.

— Исправлять, к сожалению, особо нечего. Я весь день проспала на каком-то чердаке, мучаясь от голода.

— Ну, вот, видишь, значит, второй раз этот день пройдет у тебя однозначно лучше.

— Объясните мне, пожалуйста, еще раз про этих мутантов.

— Значит, так. Вайсу необходимы системные мощности. Отменили ветер, убирают лишние, как они считают, дома, ну и так далее. Но больше всего мощности ест, понятно, не какой-нибудь дом, а человек. То есть человек, если говорить примитивно, требует для обслуживания своей оболочки примерно столько же ресурсов, как если не целая улица, то как небольшой переулок. И потому было принято решение избавиться от человеческого балласта, от не особо, по мнению Вайса, нужных людей, тех, кто живет на эконом-уровне. Но уничтожить людей не дает Система. Это строжайший запрет, вшитый в саму оболочку. Но, как выяснилось, его можно обойти. Кто-то придумал менять людям оболочку и подключать к программам-клиентам с более простым функционалом, менее затратным, взятым из простых компьютерных игр. И эти мутанты могут убивать людей — Система воспринимает это как встроенный модуль игры. И, самое ужасное, количество мутантов растет с каждым днем. То есть человек как бы не уничтожается, но меняет оболочку, становится мутантом. Фильмы про зомби видела? И продолжает уже со своими новыми сородичами истреблять людей. Такой вот хитрый ход.

Агата с опаской открыла дверцу и вышла из машины. Это все так странно! Свежий воздух, утро, тишина. Всего лишь несколько минут назад за ними гнались мутанты, а теперь… Хорошая, все-таки, штука жизнь, пусть даже и в электронном варианте.

— Садись в машину, Агата, — нам надо ехать.

— Куда?

— Странный вопрос. Теперь нам надо попытаться вытащить твоего отца. Я примерно представляю, где он находится. Надеюсь, что мы сумеем объяснить ему, кто он такой, без подобных рискованных демонстраций. Мы должны идти на второй уровень. Господин Воронов вроде как там.

— То есть мы уходим отсюда? — Агата наклонилась к открытой дверке.

— Да, можешь попрощаться с этим миром, тебя ожидает гораздо лучший, — улыбнулся Хиро. — Садись в машину!

— Я никуда не пойду, ни в какой мир, пока мы не вытащим Амаля.

— Нам незачем вытаскивать Амаля, — поморщился Хиро, — ничего они ему не сделают. Когда мы вытащим твоего отца, то все проблемы решатся сами собой.

— Нет. Я считаю, что сначала мы должны вытащить из полиции Амаля. Если вы не хотите принимать в этом участие — пожалуйста. Я займусь этим сама.

— О боже мой… — Было видно, что Хиро начал злиться. — Ты пойми, что решается не твоя судьба, не судьба Амаля или там даже Максима Воронова. Решается судьба человечества, решается судьба земной цивилизации. Именно от нас с тобой сейчас зависит, возродится цивилизация планеты Земля или будет вечно летать в космосе, пока этот челнок с электрическим тенями, часть из которых предается эпикурейству, а часть истребляется, не разрушит какой-нибудь случайный метеорит. Ну или просто не кончится энергия. Пойми это!

— Я понимаю, — твердо сказала Агата, — но я сначала вытащу Амаля, а потом уже займусь человечеством.

Хиро зло выдохнул и внезапно расплылся в улыбке:

— Да, ты все-таки дочь своего отца. Очень узнаваемое упрямство. Ну ладно, пусть будет по-твоему. Только я сразу тебе скажу: я в принципе не представляю, что делать и как его можно оттуда вытащить. Подозреваю, что его арестовала не полиция, а НСБ. А с этими ребятами все на порядок сложнее.

В темноте раздался неприятный скрипучий голос.

— Так-с, — молодой человек, — очень вы интересная личность. Решил пообщаться с вами лично.

С головы Амаля сдернули пахнущий пылью матерчатый мешок, и он увидел перед собой худощавого мужчину в возрасте. Тот вольготно расположился в кресле, закинув ногу на ногу. На шее у него был повязан широкий цветной галстук, несколько старомодный, в карман пиджака был вставлен платочек в тон и завершал картину зеленоватый плащ с широкими плечами. Мужчина щелкнул суставами, снял с себя темные дымчатые очки, и осторожно сложив дужки, положил их во внутренний карман плаща.

— Ну, молодой человек, рассказывайте.

— Рассказывать что? — Амаль поерзал на стуле. — Может, для начала, с меня снимут наручники?

Человек напротив пожевал губами и кивнул кому-то позади Амаля. Чьи-то холодные руки приподняли его запястья, что-то металлически щелкнуло, и руки стали свободны.

— Ну так что я должен рассказывать?

— Да, собственно, что пожелаете. Мне интересна ваша жизнь в полном, так сказать, объеме. Главное, говорите правду. Это для вашего же блага. Для лжецов у нас есть свои методы, не особо приятные.

— В полном объеме? Хм… Ну пожалуйста. — Амаль попытался оглянуться, чтобы понять, кто стоит сзади него, но те же мягкие холодные ладони взяли его за виски и повернули назад к мужчине в плаще.

— А вы, простите, кто? Странно рассказывать о своей жизни человеку, с которым даже не знаком.

— Зовите меня «специальный агент Вист». Ну или просто «господин Вист». Как вам будет удобнее. Это, пожалуй, все что я хочу вам сообщить. Вас это устраивает?

— Устраивает, — кивнул Амаль. — Ну, про детство. Родители мои были самыми обыкновенными людьми — папа шеф-поваром, мама — кинорежиссером. Но, к сожалению, или, уж не знаю, к счастью, каждый из них был очень мощной личностью. А такие самодостаточные личности редко уживаются друг с другом. И они развелись. Сначала я жил с отцом, но он уехал в отпуск, оставив меня матери, и не вернулся. Кто говорил, что его убили, кто-то, что он утонул в болоте. Правды, честно говоря, я не знаю до сих пор. Моя мать тоже как-то отправилась на съемки и исчезла. С тех пор я жил у дяди. Дядя был хорошим человеком, но явно не образцом гражданина — некоторые называли его столпом наркоторговли. Умоляю вас, какой столп. Так, небольшой бизнесмен, хоть и баловавшийся оптовыми продажами, но называть его крупным дельцом было бы несколько…