Чтение онлайн

Кстати, именно ментальное поле в основном отвечает за так называемое считывание – получение информации из пространства. И это напряжно – отслеживать немалые расстояния, как раз поэтому чародеи уменьшают размеры своего ментального тела. Сначала непроизвольно, потом осознанно. Только если способен им управлять, можешь делать что угодно: например, фильтровать нужную информацию с большой площади, с большого количества объектов, людей. У обычных людей – все на волю природы и везения.

Интересно, насколько может простираться ментальное тело? Для археев подобные вещи были базовыми, и поэтому они шли в открытой части книги как повторение важного для дальнейшей работы с материалом. Кстати, там написано, что и ментальное поле имеет несколько градаций. Умение выделять нужные частоты – существенная составляющая обучения. Некоторые этого не могут, вытягивают самый сильный поток и развивают его. Это я про современных чародеев. В общем, архейская книга меня порадовала тем, что прослеживались основы системного подхода. Посмотрим, что дальше будет.

Но если говорить честно, узнанное мною о ментальном поле, которое выглядит как обычное граничное поле и даже как-то визуализируется, противоречит накопленным на Земле знаниям. То есть я просто не знал, как согласуются электромагнитная составляющая мышления, квантовая природа работы мозга (по некоторым теориям) и вот это ментальное поле, из которого можно сформировать форму с ограниченной протяженностью. Как будто это совершенно разные вещи. Хотя, вероятно, так и есть. Скажем, один уровень приземленный, для работы с аурными энергиями, а второй как раз для работы с астралом. И все это плотно взаимосвязано, пусть и может действовать независимо друг от друга…

Кроме музыки, не было слышно никакого шума. Если на предыдущих выступлениях все равно люди разговаривали, общались, то сейчас все молчали. Наверное, я все правильно сделал.

Лулио де Монто

Песочная девушка медленно оглядывается. Некоторые, на кого падает ее пустой взгляд, непроизвольно отшатываются. Наконец ее взгляд останавливается на каких-то емкостях у стены. Девушка срывается с места и бежит к ним. Останавливается, всматривается. На ее лицо набегает улыбка. Девушка начинает сначала раскачиваться под музыку, затем плавно перетекает ближе к центру.

Танец очень похож на тот экспромт, что Карина как-то показывала Никосу. Под впечатлением от него и от воспоминаний на глазах у чародейки выступили слезы.

Присутствующие чародеи начинают понимать, что танец символизирует ритуал чародейства. Из емкостей появляются струйки разноцветных красок. Они подчиняются ритму и движениям девушки, переплетаются в воздухе. Краска смешивается, разбивается на мелкие капли, и все это медленно приближается к песчаной чародейке. Последнее движение – и все, что находится в воздухе, устремляется к девушке и впитывается ее телом. Музыка неожиданно останавливается. Непонятно, что происходит. Люди начинают переглядываться, и вдруг перед всеми стоит уже не бледная одноцветная девушка, а обычная. Платье черное, с разводами. Волосы тоже черные. Глаза горят задорным блеском. С лица не сходит довольная улыбка. Песчаная чародейка смотрит на свои руки. Хлопает в ладоши, и тишина снова разбавляется музыкой. Только теперь это нечто другое.

Ник

Первая часть закончилась, и, судя по улавливаемым мной эмоциям, витающим над ареной, дело идет даже лучше, чем я ожидал. Впрочем, эти мысли проносятся на заднем фоне. Сейчас же, повинуясь жесту своей песчаной подруги, запускаю следующую композицию. Джон Мерфи, «28 weeks later».

Тилиус

Император встряхнулся, сбросил с себя легкий флер очарования и вдруг обнаружил сидящего рядом Лулио. А он даже не заметил появления Повелителя Чар.

– Ты так и будешь бегать туда-сюда? – досадуя на свою невнимательность, пробурчал Тиль.

– Все. Больше не буду. Кстати, – чародей хитро скосил глаза на императора, пытаясь в то же время не выпустить из поля зрения выступление Никоса, – как тебе действо нашего друга?

Император пожал плечами, отметив, что Карина заинтересованно посмотрела на Повелителя Чар.

– Впечатляюще, хотя вроде бы ничего особенного.

– Впечатляюще, – повторил Лулио. – Уверен, дальше будет интересней. Но я не об этом.

– Хорошо, – согласился Тиль, – выступление вызывает довольно ощутимые эмоции.

– Ишь как сказал! – Лулио покачал головой. – Тебе легче, все же защиту я тебе мощную ставил, хотя и ее пробило. Вернее, почти не заметило. Придется поработать еще. – Увидев непонимание на лице императора, чародей кивнул в сторону Карины: – На нее посмотри. И на окружающих. Не скажу что Никос против воли заставил всех испытывать то, что ему нужно, но как усилитель чувств ментальное воздействие на зрителей присутствует, что является частью выступления. Мне кажется, он сам еще этого не понимает и транслирует свои переживания. Хотя… – Лулио поковырял пальцем в ухе, – слишком равномерное и непрерывное воздействие. Похоже, специально делает.

– Ну и что? – подала голос Карина. – Зная Никоса, как его знаю я, могу со всей ответственностью заявить, что в этом нет никакого скрытого преступного замысла или намерений.

– Да я и не обвиняю его, – буркнул Лулио. – Просто имейте это в виду и не давайте эмоциям вывести вас из равновесия. А так да, довольно приятные чувства. Я даже молодость вспомнил. – Старый чародей обезоруживающе улыбнулся.

Все снова обратили внимание на сцену, по-другому это и не назовешь в настоящих условиях.

Широтон, арена

Песочная леди продолжала танцевать. Да какая, к собакам, «песочная»?! Издалека – совершенно натуральная. Ну разве что волосы выдавали неестественность, но это особо в глаза не бросалось. В воздухе вокруг нее стали закручиваться струи красок. Кружась по площадке и волнообразно раскачивая руками, девушка заставляла танцевать и извиваться длинные разноцветные струи, напоминающие веревки или бичи для подгонки скота. Эти ленты скручивались и обтекали ее тело, формировали какие-то фигуры в воздухе, распутывались, сплетались в разноцветные канаты не смешиваясь или, наоборот, в экстазе движения в смешении создавали новые цвета. Сама же девушка будто летала по арене, порой ее танец даже начинал напоминать какое-то спортивное выступление, но все же танец был на первом месте.

Тем временем в центре площадки задрожал воздух, и его довольно большая часть превратилась в полупрозрачное полотно. Вот девушка остановилась перед ним. Под музыку она хмурится, показывая глубокую пластичность и проработанность тонких черт, затем улыбается, задумчиво смотрит вдаль. Вдруг песочная леди резким движением берет из воздуха краску и бросает ее в полотно, водит руками и снова танцует. Теперь краска все чаще и чаще летит в сторону необычного холста и расплывается там живыми кляксами, ползающими по плоскости в попытке найти свое место.