Чтение онлайн

Как и накануне, Кортни, оправившийся от утреннего похмелья, налегал на вино. Похоже, его стиль жизни включал в себя как вечернюю попойку, так и неизменную дурноту на следующий день в качестве расплаты за ночное веселье. Типичный стиль поведения представителя богемы в худшем понимании этого слова.

Разговор за столом снова зашел о различных оформительских тенденциях. Когда Дженифер в очередной раз подошла к столу сменить приборы, Кортни с напускным добродушием окликнул ее:

— Послушай, если бы тебе пришлось разрабатывать основной стиль какой-либо музыкальной группы, какие бы факторы ты принимала во внимание?

— Не знаю, сэр, — сдержанно ответила официантка.

— Ну еще бы, откуда тебе знать, — бархатным голосом согласился наглец. — Давай опустимся до твоего уровня. Допустим, это был бы уличный балаган.

На долю секунд на лице молодой женщины отразилась нерешительность, словно в ней происходила внутренняя борьба. Затем Дженифер выпрямилась и поглядела Джиму в глаза.

— Не знаю, как насчет всего балагана, — отчеканила она и непринужденно улыбнулась, — но клоунов я точно вырядила бы в зеленое с розовым.

Намек попал в цель. Джим покраснел так, что даже уши и шея у него запылали.

— Черт возьми, хлеб абсолютно черствый! Когда его нарезали? На прошлой неделе? — сдавленно прорычал он.

— Немедленно принесу вам свежий, сэр, — невозмутимо отозвалась Дженифер и, взяв корзинку с хлебом, направилась в кухню с той же неосознанной грацией, которую Саймон отметил еще накануне.

— По-моему, эта женщина зря тратит тут время, — со скрытой издевкой протянул он. — Так что ты говорил о важности собственного стиля, Джим?

На миг ему показалось, что ярость перевесит и Кортни бросится на него с кулаками. Но тот опять спасовал, промямлил что-то себе под нос, и беседа вновь стала общей.

В отличие от вчерашнего вечера сегодня Саймон засиделся за десертом и поднялся из-за стола последним, подгадав свой уход к тому времени, когда Дженифер принялась убирать посуду. Он остановился рядом с ней.

— Знаете, Дженифер, — мягко произнес он, — если вы и впредь будете обливать сливками каждого грубияна, вас выгонят с работы.

Молодая женщина повернулась к нему. Лицо ее было сродни бесстрастной маске.

— Не понимаю, о чем это вы, сэр.

— Вчера вы пролили сливки на Джима Кортни умышленно.

— С какой стати? Официантки никогда не обижаются — не могут позволить себе подобной роскоши. У них вообще нет никаких чувств.

— Значит, вы — исключение, которое подчеркивает правило. Ох, как бы мне хотелось, чтобы вы сняли очки и я мог понять, что вы чувствуете на самом деле.

Молодая женщина сделала шаг назад, словно испугавшись чего-то.

— Мои чувства, если они у меня есть, вас не касаются… сэр.

Собственно говоря, она была совершенно права. Но Саймона уже понесло.

— А еще мне бы хотелось, чтобы вы перестали постоянно называть меня «сэр».

— Таковы правила. А еще в них входит, что персонал не должен болтать с клиентами. Так что с вашего позволения… сэр, я займусь моими непосредственными обязанностями.

— Вы же понапрасну расточаете здесь свои таланты. Вы слишком умны для подобной работы.

— Моя работа, — напряженно произнесла Дженифер, — это мой выбор. Доброй ночи, сэр.

Она отвернулась. И Саймон понял, что разговор окончен, причем со счетом один — ноль в ее пользу.

— Доброй ночи, Дженифер.

Но что-то не давало ему уйти. Удивляясь самому себе, Саймон снова окликнул молодую женщину.

— Знаете, не могу отделаться от странного чувства. Вы кого-то мне напоминаете, однако ума не приложу, кого именно.

Что это с ним? Он ведь не собирался говорить ей ничего подобного! Во всяком случае, пока не поймает это ускользающее воспоминание.

Однако эффект оказался столь же поразителен, сколь и неожидан. Дженифер на миг замерла, а когда повернулась к нему, то более всего напоминала беспомощную жертву, ожидающую прыжка хищника.

— Вы ошибаетесь, — произнесла она так тихо, что Саймон едва разобрал слова. — Я никогда прежде вас не видела.

Все чувства Саймона обострились. Эта мертвенная бледность. Эта дрожь в голосе. Так, значит, у нее есть какая-то тайна. Она носит уродливые очки вовсе не для того, чтобы скрыть свою привлекательность, а для того, чтобы скрыть лицо. Она не хочет, чтобы ее узнали. Дженифер не та, за кого себя выдает!

— Нет, не могу вспомнить, — произнес Саймон, как бы размышляя вслух. — Но вспомню обязательно.

Вазочка, которую держала Дженифер, со звоном упала на пол. Сдавленно ахнув, молодая женщина кинулась подбирать осколки.

— Осторожней! Вы же поранитесь!

Взяв со стола салфетку, Саймон опустился на колени возле официантки. В ноздри ударил слабый, но волнующий аромат духов.

— Уходите. Я сама все уберу, — хрипло сказала она и тут же вскрикнула: по ладони у нее текла струйка крови.

— Дженифер, перестаньте! — Саймон схватил ее за локоть, заставляя подняться, а потом принялся осматривать порез.

— Хватит, мне больно, — выдохнула она.

— Там стекло. Стойте смирно. Потерпите чуть-чуть. — Саймон ловко извлек осколок. — Ну вот, так-то лучше. В кухне есть аптечка?

— Что здесь происходит, сэр? — властно осведомился мужской голос у него за спиной.

Вездесущий метрдотель! В сердцах Саймон мысленно пожелал ему провалиться сквозь землю со своим вопросом.

— Она порезала руку, — коротко бросил он, стараясь, чтобы его голос звучал не менее властно. — Не покажете ли, где тут аптечка?