Чтение онлайн

Представим себе, что произошло бы, если бы лидеры американских еврейских организаций и раввины со всех концов страны призвали евреев Нью-Йорка, Вашингтона, Чикаго и других больших городов провести сидячую забастовку. Представим себе, что евреи — мужчины и женщины, бизнесмены и рабочие, религиозные и нерелигиозные, левые и правые — устраивают сидячую забастовку, выражая тем самым свой гнев и боль. Представим себе, что они вместе со своими уважаемыми лидерами и раввинами требуют: "Бомбите железнодорожные линии и спасите наших братьев, иначе мы не сдвинемся с места!" Нет сомнения, что бомбы были бы сброшены, железные дороги разрушены, а вагоны с их несчастными пассажирами остановлены. Только таким способом могли быть спасены сотни тысяч жизней, если не больше. Это произошло бы, если бы мы выполнили свой еврейский долг, если бы мы вели себя так, как должны были себя вести, если бы еврейская масса и ее руководители не ползли, когда надо идти, и не плелись, когда нужно бежать.

О чем мы говорим здесь? Мы говорим Ahават Исраэль любви еврея к своим братьям-евреям и об отсутствии этой любви. Мы говорим об основе основ еврейской жизни, о том, чего катастрофически не хватало в то страшное время.

Ahават Исраэль любовь к еврейству. Евреи, где бы они ни жили, каких бы взглядов ни придерживались, какой бы цвет кожи ни имели и на каком бы языке ни говорили в данный момент все евреи составляют одно целое — еврейский народ, Израиль. Все евреи братья и сестры, и братская любовь — вот что такое Ahават Исраэль.

Еврейские страдания в любой стране мира это наши страдания. Еврейская радость в любой стране мира это наша радость. Наш святой долг — придти на помощь любому еврею, если он нуждается в ней. Мы должны постоянно помнить о том, чему учили нас великие хасидские "цадики", что евреи составляют единое целое, и мы обязаны любить каждого еврея и должны быть готовы придти ему на помощь в любую минуту. Но мы не пришли на помощь — тогда. Мы не сделали то, что обязаны были сделать и что было в наших силах сделать.

Вопрос, ужасный вопрос, невыносимо жестокий вопрос, который обязан терзать наши сердца и души и не давать нам минуты покоя, — почему?

Почему мы молчали? Почему не сделали для себя того, что потом будем делать для других? Почему тогда не устраивали массовых демонстраций и не взбирались на баррикады? Где был тот еврейский лидер, который призвал бы нас к гражданскому неповиновению, чтобы попытаться спасти тех, кого собирались сжечь, расстрелять, удушить в газовых камерах, из чьих тел собирались варить мыло? Где был тот еврейский лидер, который обратился бы к пяти миллионам американских евреев со словами наших мудрецов:

В то время, когда евреи в беде и кто-то отделяется от своего народа, два ангела подходят и накладывают ему на голову руки, говоря: "Человек этот, отделившийся от общества, не разделит радости общества".

И еще говорят наши мудрецы:

Когда общество в беде, не должен человек говорить: "Пойду себе домой, буду есть и пить, и душа моя будет спокойна…" (трактат Таанит, 11a).

Нельзя сказать, чтобы американских евреев не волновало происходившее. Оно волновало их. Нельзя сказать, что еврейские лидеры попросту не чувствовали еврейских страданий. Это было бы неверно и не в этом была причина молчания. Миллионы евреев Европы отправляли в газовые камеры, и мы знали об этом. Мы знали об этом, но ограничивались ничтожными, бессмысленными, смехотворными попытками что-либо предпринять, а это еще хуже, чем не делать ничего. Тот, кто ничего не делает, знает о своей вине, и есть надежда, что его совесть подтолкнет его на серьезные действия. Мы же уверяем себя, что не были безучастны и душа наша спокойна.

Но шесть миллионов погибли, а мы не сделали того, что могли сделать. Почему?

Найдутся люди, у которых этот вопрос вызовет раздражение: зачем затрагивать такие болезненные темы? Что было, то было, и какой смысл возвращаться к этим страшным периодам еврейской истории?

Но мы обязаны вернуться и найти ответ на этот вопрос. Из-за того, что мы не знали ответа тогда, погибли те шесть миллионов. Мы должны найти ответ, чтобы Катастрофа не повторилась. Мы должны понять, почему наши руководители бездействовали тогда, потому что эти же люди руководят нами сегодня, выступают от нашего имени и говорят, что представляют наши интересы. Мы должны сделать вывод из этого урока истории, чтобы история не повторилась в худшем варианте. Мы обязаны изучать прошлое, чтобы оно не повторилось в будущем с евреями в Советском Союзе.

Произошедшая в 1917 году в России большевистская революция закрыла одну из самых величественных страниц еврейской истории. Евреи России уже никогда не смогут стать теми, кем они были прежде. Еврейство России с его неистощимой энергией и горячим сердцем гордость всего еврейского народа изменилось неузнаваемо.

В этой стране жили такие гении, как Виленский гаон и р. Ицхак-Эльханан; в этой стране находились такие центры изучения Торы, как "йешивы" Воложина и Слободки; в этой стране сионизм Герцля пустил живые корни и дал таких лидеров, как Жаботинский и Усышкин; в этой стране в еврейских массах было столько красоты и добра, столько внутренней силы и убежденности в своей правоте, что будучи жестоко притесняемы, они лишь еще крепче держались за свою веру; в этой стране евреи видели еврейские сны, жили еврейской жизнью и умирали еврейской смертью; в этой стране отцы несли своих трехлетних сыновей, закутанных в "талесы", в "хедер", чтобы там маленькие евреи начинали изучать "алеф-бейс" и готовиться принять на себя "ярмо царства Небесного"; в этой стране бедность не покидала евреев, но молитвы их были так искренни и сильны, что достигали Трона, проходя сквозь заслон, разделяющий Всевышнего и Его страдающих детей.

Все это было уничтожено в 1917 году. На развалинах той страны возникло царство Маркса, феодальная держава Ленина. Коммунизм покорил Россию, и евреи очень быстро поняли, что это означает.

Прежде всего была уничтожена еврейская религия. Коммунизм не собирался терпеть соперников в борьбе за души тех, кем он вознамерился править. С беспримерным, поистине фанатичным рвением служители новой религии искореняли еврейскую веру. Их лучшим помощником была Евсекция еврейская секция большевистской партии. Увы, в этом не было ничего нового. Испокон веков не было больших антисемитов и ненавистников всего еврейского, чем евреи-вероотступники, предатели собственного народа. Евреи-коммунисты в большевистской России с чудовищной энергией искореняли веру своих отцов и дедов.

Раввины и учителя были арестованы и сосланы в Сибирь, школы закрыты, а синагоги превращены в клубы. Было запрещено печатать религиозную литературу. Библию, Талмуд, книги великих законоучителей. Те, у кого сохранились молитвенники, берегли их как драгоценные камни. Религиозные календари больше не издавались, и стало очень непросто узнать, когда наступают праздники.

Религиозных школ не стало, а частное обучение законам еврейской веры было запрещено, и иудаизм в России начал свой путь к гибели. Раввины старились и умирали, а в государственных школах еврейских детей учили, что вера их отцов всего лишь вредный пережиток темного прошлого. Дети росли, ничего не зная о великой истории своего народа. Стена непонимания росла между родителями и детьми.

Древние традиции и обычаи варварски осмеивались и искоренялись. Праздники оказались вдруг орудием буржуазного национализма, призванным охранять дух еврейской обособленности. Было объявлено, что они мешают производству и нарушают рабочую дисциплину, ведь евреи не работают в дни своих праздников. Особой атаке подвергся Песах опасный националистический праздник, когда евреи говорят: "В следующем году — в Иерусалиме!"

Одна из важнейших заповедей еврейской религии, обрезание, была объявлена варварским ритуалом, калечащим тело ребенка, а "бар-мицва", "празднование совершеннолетия духовным уродованием подростка. Еврей, который посещал синагогу, оказывался выброшенным за борт со-кетской системы и подвергался жестоким преследованиям.