Никому не верь

Кровь яркими, крупными каплями стекала по грязной кирпичной стене, прочерчивая неровные дорожки. В нос ударил запах – металлический, смешанный с мерзкими ароматами нечистот, скопившихся по углам проулка. Удары становились всё сильнее. Голова информатора безвольно моталась из стороны в сторону, ведомая крепким кулаком, обтянутым кожаной перчаткой. Костяшки пальцев уже болели, но Николас не собирался останавливаться – этот урод всё ему расскажет.

– Повторяю ещё раз свой вопрос. – Удары прекратились, и на секунду воцарилась звенящая тишина, прерываемая лишь жалобным скулежом преступника. – Где Смит?

– Я…я… всё скажу, – с трудом проговорил мужчина, выплёвывая выбитый зуб и кровавые сгустки. – Десятая авеню. Бар…бар «Дестини».

– Вот с этого и нужно было начинать.

Кулаки разжались, отпуская дряблое тело информатора, который тут же сполз по стенке. Он и стоя-то едва доставал до плеч детектива, теперь же жалобно стонал где-то в районе колен и грозился заплевать ему кровью все брюки. Николас поморщился, заметив это, и отступил.

– Молись, чтобы мы больше не встретились, Джо.

Не дожидаясь ответа, детектив Николас Стоун тут же развернулся и зашагал прочь из переулка, доставая на ходу из кармана пальто портсигар. Губ коснулась гладкая папиросная бумага, и во рту сразу же почудился желанный вкус тлеющего табака.

– Чёрт… – недовольно пробормотал детектив, так и не отыскав нигде зажигалки.

В последнее время они с завидным постоянством стали пропадать, наводя на мысль о том, что это было явно чьих-то рук дело. И без того плохое настроение испортилось ещё больше – ни покурить, ни поесть нормально так и не дали. Да что за день-то такой!

Выйдя на освещённый тротуар, Николас недовольно обвёл взглядом улицу в поисках автомобиля напарника. Красный родстер зазывно блестел полированными боками под одним из фонарей на другой стороне улицы. Он заставлял немногочисленных пешеходов восхищённо оборачиваться и разглядывать съёмную крышу и кожаный салон. И что помешало Эдди встать в тени и поближе к проулку?

– Показушник, – невольно вырвалось, сквозь сжатую зубами сигарету.

Словно почуяв недовольство напарника, Эдди повернулся в его сторону. Широко улыбнувшись и обнажив идеальные зубы, он дотронулся до виска и отсалютовал Николасу. На кончиках пальцев, видимо, остались капли пота с лысины, поэтому Эдди поморщился и полез в бардачок за платком.

Детектив мог бы ещё долго так стоять и наблюдать за развернувшимся представлением, но сил уже на это совсем не оставалось. Хотелось простого, человеческого покурить… и надежда на то, что в машине завалялся хотя бы коробок спичек, тихонько тлела в глубине души.

Мимо с бешеной скоростью проносились автомобили, и Николасу пришлось достаточно долго прождать, чтобы перейти на другую сторону улицы. Руки начали трястись от напряжения и подступающей ломки, а в животе громко заурчало. Да, не так он представлял себе свой первый за эти полгода выходной.

– Есть прикурить? – спросил Николас, как только запрыгнул в родстер.

Немного не рассчитав силу, он громко хлопнул дверью так, что в машине задрожали все стёкла.

– Эй, полегче, – скривившись, запричитал Эдди. – Моя малышка не любит грубость!

Но Николасу было совершенно плевать на это, что, очевидно, и отразилось в его взгляде, потому что Эдди тут же полез в карман.

– Ой, ну не смотри так злобно. Есть, конечно.

Вытянув ладонь, обтянутую чёрной кожей перчаток, Николас снова многозначительно посмотрел на напарника. В руку тут же скользнула зажигалка с гравировкой на металлическом корпусе. Одна из тех, которые в нормальных семьях обычно перевались от отца к сыну и всё в таком духе. Только вот, откуда она появилась у Эдди, для Николаса до сих пор оставалось загадкой. Впрочем, не такой важной, чтобы её разгадывать.

Вспыхнул огонёк, на секунду выхватив из тени, отбрасываемой шляпой, мелкие белёсые шрамы, которые, как ни хотел детектив, но ничем скрыть не мог. Тяжелый, терпкий дым заполнил лёгкие, и Николас довольно выдохнул – жизнь налаживалась. Оставалось только заскочить в контору, и на сегодня они, наконец-то, будут свободны.

– Погнали, Эд. Я так есть хочу.

Напарник кивнул и щёлкнул ключом в замке зажигания. Двигатель тут же зарычал, как стая диких собак, и машина дёрнулась вперёд. Водитель из Эдди был отвратный.

Держа сигарету меж пальцев, Николас устало потер запястьями виски и понял, что ни голод, ни усталость так было не перебить. Злой, он потянулся к приёмнику и включил радио. Приятный голос какой-то певички едва позволил отвлечься, поэтому детектив откинулся на сиденье и снова закурил.

– Удачно? – перекрикивая какофонию звуков, поинтересовался Эд, когда они вклинись в общий поток автомобилей.

Недовольный водитель старого «Бьюика» громко посигналил, возмущённый тем, что его так нагло подрезали, а Николас в очередной раз удивился – как его напарник с таким стилем вождения до сих пор не попал ни в одну аварию.

– Смит в «Дестини», – неторопливо, между глубокими затяжками, ответил Николас. Костяшки пальцев неприятно заныли, и он добавил: – Кстати, ты не видел мой револьвер? Ладно, зажигалки. Чёрт с ними. Но револьвер? Что, чёрт возьми, происходит?

– А я скажу тебе, что происходит, – хохотнув, начал Эдди. – У нас завёлся воришка.

Детектив подавился дымом и закашлялся. Он почувствовал, как внутри него закипала ярость. Видимо, это отразилось и на его лице, потому как Эдди, сполна насладившись представлением и выдержав театральную паузу, продолжил:

– И он у тебя в кармане. Посмотри. – Заливистый хохот перекрыл даже завывания из динамиков приёмника.

Кляня всё на свете и особенно того, кто сшил и продал ему это пальто, Николас нащупал дырку на дне правого кармана. И почему он раньше её не заметил? Сколько денег можно было сэкономить на потерянных зажигалках? А револьвер? Где же он теперь такой достанет?

– Ой, ну не делай такую грустную мину. Жалко на тебя смотреть, – прокомментировал Эдди, искоса наблюдая за ним. – В бардачке твой «питон». Ты же его вчера там и оставил. И это не карман у тебя дырявый, а голова.