Нищий
Шрифт:
Лицо Мессера нахмурилось, и он впился глазами в светлеющий горизонт. Вокруг уже было довольно светло — рассвет несся на всех парусах. Я тоже всматривался в черную полоску, через минут двадцать мне показалось, что она укоротилась, о чем я и сказал капитану. Он присмотрелся:
— Одно из двух: или идут к нам, или уходят. Развернулись. — Он озабоченно посмотрел на спокойное гладкое море, затем на небо и с досадой покачал головой: — Нет ветра.
Томительно шли минуты, одна за другой… вокруг была красота: встающее светило окрасило нежным розовым светом берега, галечные пляжи, лодки рыбаков и яхты богачей, стоящие на рейде в бухте. В столице сияли золотом купола церквей, и слышался малиновый звон колоколов. В корму шхуны хлопала вода, когда она плавно приседала всем своим корпусом, медленно и важно раскачиваясь. Паруса висели тряпками, и не было ну даже слабого дуновения ветерка…
— Капитан, похоже, к нам идут.
— Да. Вот и закончилось наше путешествие… Через минут сорок тут будут, край — через час. Ну что, сдаваться будем или продадим жизнь подороже? — Капитан горько усмехнулся и ушел к себе в каюту.
Оттуда он вышел через минут пятнадцать — в новом, чистом костюме, шляпе с пером, с абордажной саблей и двумя кинжалами, заткнутыми за пояс. На мой удивленный взгляд пояснил:
— Хочу помирать в лучшей одежде. Гнить в тюрьме как-то не по мне, да и все равно кроме плахи ничего не светит. Так хоть помрем с честью.
— Капитан, а если высадиться на берег?
— На всех места в шлюпке не хватит. Да и не брошу я свой кораблик… — Мессер любовно погладил борт шхуны. — На нем умру.
К капитану присоединились члены команды — они тоже все были вооружены, лица хмуры и строги — все понимали, что к чему.
— Парни, кто хочет, может садиться в шлюпку и пока не поздно валить на берег! Я всех отпускаю. — Он посмотрел в лица своих людей, потом кивнул: — Да, вы настоящие мужики. Горжусь, что мы вместе ходили по морям. Постараемся забрать с собой как можно больше уродов, а, парни?
— Постараемся, капитан, — рука старшего помощника побелела на рукояти сабли, — но может, еще ветер появится?
— Может, — равнодушно и безнадежно сказал Мессер. — Если подымется ветер — уйдем.
Галера уже была видна, как таракашка на огромном столе моря, ее громадные весла, по два ряда с каждой стороны, поднимались и опускались, мерно взбаламучивая тихое зеркало воды. Она шла прямиком к нам, без вариантов. Через некоторое время стало видно, как на ее палубе суетятся люди, разворачивая здоровенную конструкцию — я узнал виденную раньше только на рисунках катапульту. Скоро нам солоно придется…
Меня внезапно охватила страшная тоска — все, все против меня! Всю жизнь бьюсь и бьюсь, беспросветно — вот, кажется, сейчас, сейчас все наладилось… и бах! — все рушится. Нет ветра — и все мои планы, все мои усилия, смерти людей, плохих и хороших, — все, все напрасно! Я завыл про себя, раскачиваясь, меня просто трясло от отчаяния и возбуждения: «Ветра! Дай ветра! А-а-а-а!!! — Я каким-то неведомым чувством потянулся, потянулся и как будто ухватил за что-то: — ВЕТРА!.. ВЕТЕР! ВЕТЕР!»
Я почувствовал, как стягиваю к кораблю какие-то силы… И вдруг в хлопнувшие как плетка паруса шхуны ударил порыв ветра — я оглянулся: на нас, вспенивая волны громоздким носом, шла галера, с нее взлетел огромный камень и, с гулом проскочив возле борта, поднял фонтан брызг впереди шхуны. Капитан Мессер оторопело посмотрел на надувшиеся паруса, на потемневшее небо в кучевых облаках и взревел:
— По местам! Все по местам, сукины дети! Уходим! Ветер пришел!
Шхуна начала разгон, постоянно меняя курс и уклоняясь от камней, выпущенных из катапульты, — но куда там галере было угнаться за «Огненным глазом»… Шхуна запрыгала по волнам, как гоночный скутер, подгоняемая шквалами ветра, и скоро ушла на такое расстояние, что неуклюжая галера снова превратилась в черточку на горизонте.
Я сидел на палубе, привалившись к надстройке, и в изнеможении думал: «Что я сделал? Как я смог вызвать ветер?» А в том, что это сделал я, не было ни малейших сомнений…
ГЛАВА 6
Шхуна уверенно неслась по волнам в завихрениях водяной пыли и брызгах, я посматривал на небо — как бы урагана не было… Капитан Мессер встал рядом.
— Викор, откуда взялся ветер? Как будто с гор натянуло тучи, и налетел ветер… я такого ни разу не видал — ты не в курсе? — Он внимательно посмотрел на меня.
— Не в курсе.
А что я еще мог ему ответить? Как я могу быть в курсе того, что я не понимаю?
— Надо полагать, нас сегодня спасло чудо?
— Думаю, да. Капитан, — не выдержал я, — если ты спрашиваешь, не я ли устроил это чудо, то отвечу: я не знаю. Это тебя удовлетворит? Я не маг… хм, ну почти не маг. И устраивать фокусы с погодой никогда не умел. Почему сумел — я не знаю. Взмолился богам, как ты и сказал, оно взяло и получилось. А может, просто совпало. Ветер сам по себе налетел, а я вот подумал — чудо. И ты подумал чудо. В общем, ерунда это все. Расскажи-ка ты мне про остров, куда мы идем, про город, про то, кем он управляется и какие там законы. Нам там жить, а я ни черта не знаю о том месте, где будет теперь мой дом.
— И ты собрался в то место, о котором не имеешь представления? Ну ты, Викор, даешь… Кстати, что там случилось-то, чего ты притащил лекарку, и уж если это не секрет, откуда деньги и почему тебя преследуют в империи? Ведь преследуют же, насколько я понял из ваших разговоров. Раз уж ты на моем судне, давай не темни.
Капитан пыхнул своей длинной трубкой и пристально взглянул на меня. Мне было интересно, чего они туда набивают, в трубки свои? Я сам не курил никогда — просто из чувства протеста: все вокруг курили, значит, я не буду. Бунтарские замашки…
— Капитан, я обворовал канцлера-казначея и тем навлек на себя и своих друзей гнев государства.
Капитан закашлялся, сплюнул и, сипя, спросил:
— Так это был ты? Весь город гудел от такой наглости. Всех бандитов вывернули наизнанку — искали грабителя. А он — вон он: хромой и наглый! Хе-хе-хе… ну ты и безумец! Уж на что я считал себя полным безумцем, но ты переплюнул и меня! Круто, круто… А зачем тебе надо было столько денег, чтобы подвергать риску свою жизнь и жизнь друзей?
— Понимаешь, Мессер, я не думал, что они так быстро до меня доберутся. Неужели бы я подставил кого-нибудь по своей воле… Впрочем, чего тебе доказывать, хочешь — верь, хочешь — не верь. В общем, вычислили они меня — по палке моей, по хромой ноге… и по способностям кое-каким. А деньги мне нужны были, чтобы вылечиться. Они мою подружку убили… пытали. И как только я вылечусь, кое-кто за это ответит.