Чтение онлайн

…

Мила отшвырнула учебник в сторону. Сегодня придется весь вечер провести дома и мило улыбаться гостям матери. Она строго-настрого запретила куда-либо выходить, мол, будут важные для нее люди.

Кто придет, когда придет и зачем придет, Мила понятия не имела.

Ей пришлось даже перезвонить Филиппу и сказать, что они сегодня не увидятся. Впрочем, в последние дни они не так уж и часто виделись, у Фила случилась какая-то неприятная ситуация на работе и он дни и ночи, по его словам, проводил в служебных делах. Его начальник, к которому парень относился очень уважительно, не давал помощнику продыху. Пару раз Мила и Филипп умудрялись встретиться и погулять, но все больше перезванивались по телефону.

Позвонили в дверь. Судя по донесшимся из прихожей голосам, мать вышла встречать гостей.

Мила встала с кушетки и открыла дверь шкафа.

Девушка оглядела себя в зеркало. Вроде выглядит нормально, так, как матери нравится - волосы уложены в косу, блузка наглухо застегнута, юбка длинная и темная, на ногах легкие тапочки. И никакой косметики.

С Филиппом девушка была другой. Перед встречами с парнем Мила успевала заехать к бабушке и переодеться, поэтому с ним она была вполне современно одета и красиво накрашена. Но Фила, кажется, это совсем не волновало. Он смотрел на нее с обожанием, и казалось, что ему совершенно все равно, как выглядит девушка.

На стук матери в дверь, Мила вышла из комнаты поздороваться с гостями. Их было двое - старая знакомая матери по церкви Екатерина Сергеевна и ее тридцатилетний сын Илья, невысокий и пухлый молодой человек со спесиво-снисходительным выражением лица.

Что ж, тягостный вечер начался и главное - спокойно дожить до его окончания.

…

Марк помог Лине подняться и усадил на диван. Сам быстро сходил на кухню, принес стакан холодной воды и вложил его в руки девушки. Лина поблагодарила мужчину кивком головы.

Всплеск, начавшийся так внезапно, уже ушел, оставив после себя неприятный привкус во рту и легкую головную боль, но на них Лина уже не обращала внимания.

– В ночь пожара я тоже ощущала Всплеск. Это как с Авраамом Моисеевичем, понимаешь. Помнишь, при пожаре Маша почти умерла, и Авраам…

– Что-то случилось с Авраамом?
– подала голос Ханна

Лина подняла голову. Та стояла рядом, схватившись в испуге за горло, и не сводила с сидящей пары настороженного взгляда.

– Вы были знакомы?
– Лина удивилась.

Марк встал.

– Авраам мертв, Ханна!
– он взял ее за руку, - Я очень сочувствую!

Женщина тихо ахнула и по ее щекам заструились слезы. Богдан метнулся к жене, обнял ее, и медленно повел из гостиной, утешая по дороге. Марк вернулся обратно к девушке. Алина замолчала, итак было понятно, что Авраам Моисеевич, ее старый учитель, был дорог женщине. Расспрашивать сейчас подробности было бы бестактно.

– Алина, - проводив жену наверх, Богдан вернулся к своему хозяину, - Может быть, вы нам объясните, что все-таки тут произошло?

Лина неуверенно посмотрела на Марка, стоит ли ему рассказывать? Но Марк тоже, очевидно, очень хотел понять произошедшее. Она слегка кивнула головой в сторону управляющего, молча спрашивая, можно ли при нем, понтифик еле заметно кивнул головой, что можно.

– У меня был Всплеск, Богдан, - тихо заявила она, - Я ткущая.

– Я давно уже это знаю, Алина, - качнул головой смотритель усадьбы, - Господин сказал мне об этом еще в первый день вашего приезда. Но причем тут старый Натансон?

– Я думаю, что мои Всплески предупреждают о чьей-то смерти, Богдан. Я знала Авраама Моисеевича, - Лина начала издалека, - Он был моим учителем. Где-то полгода назад у меня начался Всплеск, намного меньший, чем сегодня. Я предупредила его, чтобы он был крайне осторожен, что ему грозит опасность. Он не послушался, ушел. И умер. Говорят, от инфаркта.

Марк кивнул головой, подтверждая ее слова.

– Это официальная версия, Богдан и будет лучше, если Ханна будет знать именно ее. Его убили орденские маги, Ирина обнаружила несколько пыточных заклинаний их школы, висящих на Аврааме.

Богдан встал и заходил по комнате взад-вперед, было видно, что новость о смерти старого мага подкосила и его.

– За что его?
– грустно спросил смотритель, - Ведь он давно от них ушел.

– Они что-то искали, - тихо ответил ему Марк, - Что - мы так и не знаем. Филипп мне доложил, что обыск в его квартите был тщательный, орденцы перерыли каждый сантиметр.

Лина удивленно уставилась на понтифика:

– Авраам ушел из Ордена?

Марк переглянулся с Богданом и сел рядом с Линой. Разговор предстоял длинный.

– А ты думаешь, родная, откуда он столько знал об обучении адептов? Он сам их и обучал.

– А Ханна?

– Она его дочь, - тихо проговорил смотритель.

Ох, как же много информации для одного дня!

– Я ничего не понимаю, - жалостно простонала девушка.

Марк взял ее за руку и поцеловал пальцы:

– Помнишь, в одну из наших первых встреч ты спросила насчет разведения ткущих, мол, не хотим ли мы заняться селекцией с твоим участием, - и, дождавшись, когда та кивнет, продолжил.
– Орден такой селекцией тоже занимался. И занимается до сих пор.

Рассказанная Лине история поражала своей невероятностью и дикостью.

Орден сумел, в отличие от вампиров, сохранить одну линию ткущих. И мать Ханны была как раз такой, слабой менталкой, на едва ощутимом уровне. Но ее талант был талантом ткущей и этого Ордену хватило. Дочь Аглаи тоже владела этой способностью, и чтобы закрепить линию ткущих среди своих последователей, ученые Ордена насильно оплодотворили женщину, заставив ее лечь с таким же носителем. Искусственно выношенный ребенок дара не сохраняет, только естественное зачатие и естественные роды. Эксперимент удался и Ханну стали рассматривать как инкубатор для рождения следующих менталов. Авраам был против настолько, что пригрозил уйти из Ордена, если его дочь не оставят в покое. Руководство охотников испугалось, маг был слишком важен для них, и Ханна долгое время жила спокойно и тихо, воспитывая новорожденную. Несмотря на насилие, проведенное над ней, она полюбила девочку и старалась быть той хорошей матерью. Но как только Рахили исполнилось десять лет, за ней пришли. Им было все равно, что ребенок еще маленький, что наступающий в ближайшие годы переходный период сделает ее нестабильной. Рахиль начали использовать как полноценную ткущую, заставляя изменять вероятности. Девочка плакала, протестовала, но ее никто не слушал. Авраам снова поднял протест, ему велели заткнуться и не вмешиваться. Ханна решила выкрасть ребенка и уехать с ней в другую страну, но заговор вовремя раскрыли и мать с дочерью вернули обратно в Орден. Девочка, ненавидя своих мучителей и категорически не желая возвращаться, решила изменить вероятности этого возвращения, но неудачно. Не сумев справиться с талантом, девочка погибла. Орден обвинил в ее гибели Ханну, посчитав, что мать настроила Рахиль против них, в наказание ее отправили в карцер, фактически оставив там умирать заживо. Авраам просил, умолял, угрожал, но все было впустую, тогда он отправился к вампирам и заключил с ними договор, что те вытаскивают его дочь из застенков Ордена, а он переходит под их начало.