Чтение онлайн

Вторая голова чемоша протяжно взревела, словно призывая на помощь первую. Та оторвалась от кровавого пиршества и раскрыла обагрённые челюсти, вторя первой криком.

Багровые ноздри повернулись к Кайрилу — чемош почуял новую кровь.

От первого броска офицер отмахнулся подобранной секирой, мазнув тварь под самую челюсть. Чемош отскочил и грузно пошёл боком, но рана была хоть и болезненна, однако не слишком серьёзна.

Бронированные воины начали медленно отступать, желая избежать внимания чудовища любой ценой. Кайрил продолжал отчаянно сражаться, быстро уходил от атак твари, делая мгновенные взмахи секирой. В очередной раз познакомившись с остротой лезвия, чемош будто смутился и затоптался на месте. Тогда Кайрил сам рванулся вперёд, рубанув по той морде, которая была больше заляпана кровью. Головы взревели — удар едва не лишил их глаз.

Внезапно чемош уловил слабое движение сбоку — это раненный Кайрилом в ногу и истекающий кровью минотавр стремился отползти подальше от места схватки, но вместо этого он лишь обозначил себя как лёгкую и бесправную жертву.

Огромный монстр рванулся прочь от офицера. Кайрил на какой-то миг замер в нерешительности, а затем кинулся следом. Остальные воины, видя, какая смерть ожидает их друга, тоже решили вступить в бой, но они находились слишком далеко, а опозоренному офицеру всё равно терять было нечего.

Он отбросил тяжёлую секиру и прыгнул на спину чемоша, головы взметнулись, пробуя избавиться от неожиданного наездника. Раненый гладиатор получил передышку.

Уворачиваясь от оскаленных голов и вертясь на спине чудовища, как угорь, Кайрил старался достать меч, но постоянно клацающие в опасной близости острые зубы мешали это сделать.

Его недавние противники замерли рядом, не зная, что предпринять.

Зрители бесновались — тысячи минотавров повскакивали на ноги, беспрерывно крича и потрясая кулаками. В императорской ложе Хотак нетерпеливо ёрзал по самому краю трона — в отличие от толпы, он сдерживал эмоции, но глаза его яростно сверкали.

Чтобы избавиться от офицера, чемош растопырил крылья и пустил в дело хвост, со свистом рассекая воздух. Впрочем, крылья не столько помогали, сколько мешали. Если бы не они, монстр просто перекатился бы на спину и раздавил храброго минотавра.

Тяжеловооружённые гладиаторы, наконец, приняли решение. Двое из них начали подкрадываться к чемощу с разных сторон. Они не собирались помогать Кайрилу, но участь убитого собрата потрясла их. Третий гладиатор подбежал к раненому и потащил его к воротам, подальше от разъярённой твари.

Чемош видел угрозу, и, когда один из воинов сделал лишний шаг, огромная лапа метнулась и отбросила его вместе с секирой, размазав по стене Арены. Крик умирающего был заглушён воем толпы.

Воспользовавшись краткой передышкой, Кайрил выхватил меч и всадил клинок в основание черепа одной из голов жуткого монстра. Чемош взревел так, что казалось, лопнут камни. Он сделал высоченный прыжок, корчась от боли, и сбросил офицера, как пушинку.

Кайрил упал неловко, но нашёл в себе силы откатиться подальше в сторону. Шатаясь, он поднялся, и в этот момент случайный удар острого хвоста пришёлся ему в живот. Крика никто не услышал, но в императорской ложе хорошо понимали, какие тут могут быть последствия.

Истекающий кровью офицер упал возле мечущегося чемоша, который спазматически тряс и крутил головами, стараясь избавиться от клинка. Однако металл ушёл слишком глубоко, а шеи чудовища были не такими длинными, чтобы одна голова могла помочь другой — ухватить эфес зубами и вытащить меч.

Из раненой головы вовсю хлестала кровь, её глаза потухли, движения становились все медленней и медленней. Вторая голова обернулась к обидчику, справедливо видя в нём источник непереносимых мук.

Кайрил, чудом избежавший лап чемоша, внезапно наткнулся в пыли на брошенную секиру. Пальцы, скользкие от крови и пота, схватили оружие. Офицер выставил оружие вперёд наподобие копья, уперев древко в трещину плиты.

Чемош прыгнул прямо на него, обрушившись сверху всей массой. Смертельно раненный минотавр уже не мог нанести ни единого удара, но монстр сам вбил себе в грудь огромное лезвие, а заодно и древко. Кайрил увидел прямо перед лицом незащищённое горло твари и, не думая, вонзил в него до основания рога.

«Смерть-двойняшка» закончила свою боевую карьеру.

Мёртвая тишина повисла над Великой Ареной — такого сражения не мог припомнить никто из присутствующих.

Хотак вскочил и перегнулся через перила ложи, чтобы получше разглядеть исход битвы. Стража Арены выскочила из дверей и кинулась на место сражения. Они приблизились к мёртвому хищнику и несколько раз потыкали в него копьями, потом старший нашёл взглядом императора и кивнул.

Арена вздохнула как единое существо и взорвалась:

— Кайрил! Кайрил! Кайрил!

Несколько лекарей с носилками выбежали на Арену, чтобы помочь победителю.

Поздно. Кайрил был мёртв.

Толпа, не останавливаясь, выкликала имя храбреца. Тело молодого офицера принесли и положили перед императором. Хотак важно поднял руку. И услужливый камердинер немедленно вложил в неё пучок гривастой травы. Подняв руку ещё выше, чтобы все могли рассмотреть, что он делает, Хотак торжественно кинул траву на грудь мёртвого героя.

Взревели рога — честь Кайрила была восстановлена, и его неудачи отныне не будут лежать чёрным пятном на императоре.

Теперь уже легионеры подняли носилки и понесли их вдоль заграждения Арены, совершая почётный круг. На тело сыпались бессчётные разноцветные ленты и сотни пучков гривастой травы. Все спешили отдать дань уважения новому герою. Завершив круг, легионеры вынесли тело через главные ворота. Командующий Оркиус лично отдал распоряжения относительно похорон.

— Неожиданный, но весьма впечатляющий конец для Кайрила, — прокомментировал Хотак, когда тот вернулся в ложу. — Мы сделаем его идеалом и объектом подражания для каждого в империи…

— Да, мой лорд, — поклонился Оркиус.

— Кроме того, — добавила Нефера, — он теперь становится главой предков своего клана, будет заботиться о друзьях и любимых. Его награда превышает любую, доступную в смертной жизни…

— Как скажете, миледи, — вновь поклонился Оркиус. — Я ещё не разделяю веру Предшественников, но…

— Разделишь со временем, — нетерпеливо сказал Хотак. — Итак, подведём итог — он был опозорен, но теперь очищен. Благородно сражался и щадил жизни своих противников на Арене. А значит, жил и умер достойно. Настоящий символ чести минотавра. Все.