Чтение онлайн

— Молодчина! — сказал он и бодро продолжил: — В мое отсутствие Вэну понадобится ваша помощь. Но он хорошо управляется с делами, так что, надеюсь, все будет в порядке.

Уловка не сработала. Даже Фэндор и Симрин, которые до сих пор сидели, уткнувшись носами в свои кружки, вздернули головы.

— Прошу прощения, господин, — робко подал голос Роллан.

Джерин приготовился к неповиновению, и оно не заставило себя ждать.

— Боги свидетели, Вэн Крепкая Рука не раз доказывал нам, какой он преданный и надежный товарищ. Но, как бы там ни было, он чужак, у него нет здесь земли. Он твой гость. И для нас, чьи семьи владеют здешними феодами не одно поколение, было бы совершенно неприемлемым ему подчиняться.

Джерин готов был взорваться. Но сначала он взглянул на своих баронов и увидел, что они согласно кивают. Он поймал взгляд Вэна. Чужеземец пожимал плечами. Подавив раздражение, Лис сдался, произнеся как можно любезнее:

— Если вы так считаете, значит, так тому и быть. Вэн, ты хотел бы отправиться вместе со мной?

— Конечно, капитан, — отвечал Вэн, как всегда величая Джерина не совсем верно. — Южнее Керс я не забирался. И так много слышал о столице Элабона, что мне хочется там побывать.

— Отлично, — отозвался Джерин. — Дуин, ты занимаешь здесь самое высокое положение. Как по-твоему, справишься ты с делами, пока я буду отсутствовать?

— Йо, пусть я лопну, если не постараюсь.

Джерин боялся, что так оно и случится, но вслух произнес:

— Вот и прекрасно!

А про себя прочел молитву.

Дуин был невероятно отважен и вовсе не глуп, но здравого смысла ему не хватало, и ой как.

Драго и Роллан тоже решили остаться в Лисьей крепости, предоставив защиту собственных замков отрядам своих вассалов, которых они намеревались отправить домой. Джерин надеялся, что они сумеют обуздать Дуина. После ухода остальных приближенных он провел несколько часов, давая наставления этому малому касательно вещей вполне вероятных, возможных и совсем уж невероятных, какие только его отнюдь не бедное воображение сумело нарисовать. В конце он сказал:

— Ради Даяуса, пошли сообщения обо всем по западной и по верхней имперской дороге. Бароны приграничных земель должны быть в курсе дела, чтобы подготовиться к буре.

— Даже Вольфар?

— Поскольку его владения граничат с моими, он все равно обо всем узнает. Но этот слизняк сейчас в отъезде, а его прихвостень Шильд, хотя и не испытывает ко мне особой симпатии, все же для одной лишь потехи не убивает гонцов. Кроме того, ты можешь послать туда Сиглорела. Он самый могущественный из элабонских волшебников к северу от Керс, несмотря на то, что слишком любит эль. По последним сведениям, он сидит в крепости у Гована, сына Хагопа, пытаясь вылечить его геморрой.

Дуин кивнул. Кажется, сейчас он мыслил вполне здраво. Он даже удивил Джерина, выдвинув собственное предложение:

— Если ты собираешься бороться с колдуном при помощи магии, господин, почему бы тебе не отправиться в Айкос и не спросить совета Сивиллы?

— А знаешь, это не такая уж плохая мысль, — задумчиво проговорил Джерин. — Однажды я уже заезжал туда. Это займет лишних пару дней, не больше.

На следующий день он в очередной раз пришел к выводу, что мешать эль с медом — не самая лучшая из затей. Прохладный бодрящий утренний воздух словно бы наполнял легкие илом. В раненом боку ощущалось болезненное одеревенение. Голова раскалывалась. Скрипы и оханья легкой повозки и мерный стук копыт по дороге, которых он обычно не замечал, сейчас немилосердно отдавались в ушах. А все солнечные лучи, казалось, стремились только к нему, чтобы задать ему жару.

Но хуже всего было то, что Вэн не дремал, а горланил какую-то песню. Обхватив руками ноющую голову, Джерин спросил:

— А ты не знаешь каких-нибудь спокойных напевов?

— Йо, почему же не знаю, — ответил Вэн и вернулся к прерванному куплету.

Джерин задумался о смерти и других недоступных ему наслаждениях. Наконец песнь подошла к концу.

— Спасибо, друг, — сказал с чувством Джерин.

— Не за что, капитан. — Вэн нахмурился и продолжил: — По-моему, вчера я так вымотался, что не очень внимательно тебя слушал. Что такого ужасного в том, что Баламунгу в лапы попала книга Шабет-Шири?

Лис был рад поговорить, хотя бы для того, чтобы отвлечься от собственных тревожных мыслей.

— Давным-давно Шабет-Шири был величайшим чародеем Кидзуватны — земли, где зародилось волшебство и где оно процветает по сей день. Говорят, он первым обнаружил законы магии и записал их, чтобы обучать своих последователей.

— Но ведь это не та книга, которой хвастался Баламунг, не так ли?

— Нет. Вообще-то у меня самого есть копия того учебника. Как и у всякого, кто хоть когда-либо практиковал волшебство. Там говорится не о заклинаниях как таковых, а о тех принципах, согласно которым они срабатывают. Но, следуя этим принципам, Шабет-Шири разработал такую магию, какой еще не видывал мир. Он сделался не только чародеем, но и королем, а потом провел столько войн, что воинов у него почти не осталось. Так, по крайней мере, рассказывают. Тогда, чтобы сохранить свое господство, Шабет-Шири вызвал демонов, которых заставил сражаться в своих интересах, а также прибег к другим подобным колдовским штучкам. Представь себе, в какой ступор должна впасть армия, привольно расположившаяся за широкой рекой и полагающая себя в безопасности, когда эта самая река вдруг выходит из берегов и затапливает весь лагерь… или превращается в кровь, а демоны Шабет-Шири уже несутся на тебя с воплями по мосту… ну, примерно такому же, какой Баламунг использовал против нас.

— Ступор тут едва ли подходящее словцо, капитан.

— Полагаю, ты прав. Этот Шабет-Шири создал еще одну книгу, где описал все свои самые жуткие заклинания. Вот ее уже он никому не показывал. Говорят, берег для сына, однако, несмотря на все свое могущество, великий чародей был наконец побежден. Все остальные маги и все военачальники Кидзуватны объединились против него, боясь, как бы он не захватил весь мир. А его сын был убит, когда пала последняя цитадель Шабет-Шири — Шошка.

— Проклятая Шошка? Так это его, значит, крепость? Я ведь видел ее. Собственными глазами. Она находится далеко на севере Кидзуватны, на границе с равнинами Шанды. Жители равнин показали мне ее издали. Неприступная, мрачная, опустошенная. Там до сих пор ничего не растет, хотя прошло уже… сколько же?

Джерин вздрогнул.

— Около двух тысяч лет. Но победители так и не нашли ни тела Шабет-Шири, ни его книги. С тех самых пор чародеи продолжают ее искать. Легенда гласит, что некоторые ее страницы — из человеческой кожи. И что, когда ее раскрывают, она светится изнутри. — Он покачал головой. — Клиат действительно видел ее, это точно.

— Славный малый этот Шабет-Шири. Думаю, он бы гордился тем, кто сейчас завладел его книгой. Однако, по-моему, все кидзуватна любят кровь, — сказал Вэн. — Однажды, когда я путешествовал с кочевниками…

Но Джерину так и не суждено было ничего узнать о кочевниках, с которыми путешествовал Вэн, поскольку в этот момент из дубравы, удаленной от них на расстоянии полета выпущенной из лука стрелы, с шумом вылетели два тела.

Первое принадлежало оленю. Его обычно гордо вскинутая голова теперь клонилась к земле. Но не успел лесной красавец сделать и трех прыжков, как рыжевато-коричневая молния обрушилась на него сзади и повалила в траву. Громадные острые клыки вонзились в беззащитное горло. Раз, другой. Хлынула кровь. Сначала сильно, затем потекла слабее, оленьи копыта подергались и затихли.